Живой артефакт (СИ)

Земля под ногами завибрировала, говоря о том, что мишка собирается выскочить на поверхность. Находиться под землёй постоянно он не мог. Это расходовало слишком много стихийной энергии, и для её восполнения необходимо было вылезать из-под защиты земли каждые несколько секунд.
Воевода резко ускорился, оставляя меня далеко позади, но всё равно он не успел к тому моменту, как медведь только начал вылезать из земли. Туша, покрытая каменными наростами выскочила в десятке метров от Бунина, и в это же мгновение в неё ударили разу два реактивных снарядов и моя техника, сокрытая под взрывами.
  
Так получилось, что моя техника и одна из мин угодили медведю в правую заднюю лапу, сорвав с неё каменную защиту и оставив очень глубокую рану, возможно, повредили кость. Пока было непонятно. А вторая мина ударила в грудь, отчего медведь начал заваливаться назад. Он махнул передней лапой, и в том месте, где мгновение назад находились атаковавшие его дружинники, из земли выскочили двухметровые каменные копья. Но они угодили в пустоту, дружинников там уже не было. Они атаковали, моментально сменили полицию и готовились к новому удару. Но тут уже первым оказался Шум.
Воевода всем телом врезался в тушу каменного медведя, который был больше него раза в четыре и просто снёс косолапого, оторвал его от земли и отшвырнул на несколько метров. При столкновении произошёл мощный выброс огненной стихии и лапа, которой медведь атаковал дружинников отделилась от тела, моментально превратившись в каменную глыбу, едва не придавившую меня.
Бунин бросился следом за раненым медведем, который издал протяжный рёв, заставивший всех сделать несколько шагов назад, а затем произошло то, чего вообще никто не мог ожидать.
Прямо перед Буниным появилась каменная защитная стена, и создал её не медведь. Я чудом заметил, как открылось окно на втором этаже и из него выпрыгнула хрупкая фигурка. У неё под ногами из земли вырастали столбы, по которым Ольга с лёгкостью спустилась и бежала к нам, размахивая руками и что-то крича.
Ольгу заметил не я один, вот только никто не стал отвлекаться, необходимо было прикончить зверя, чтобы обезопасить её и сделать это как можно быстрее. Сестра стремительно приближалась к нам.
— Шум, круши стену! — заорал я и в этот момент вытащил из себя последние крохи энергии, чтобы максимально ослабить, выставленную Ольгой защиту. А ещё бросил в неё подготовленную гранату.
Воевода всё правильно понял и не сдерживаясь ударил по защите, превращая её в кучу щебня, а затем бросился на израненного медведя, который всё ещё не мог подняться, практически лишившись двух лап. Как и не мог уйти под землю с такими повреждениями.
Не стал смотреть, чем закончится дело, а бросился на перерез сестре. Ольга уже была совсем близко к схватке и когда я поймал её, попыталась вырваться. Ощутил, как её новый друг собирается атаковать меня и защититься против него уже не мог. Но это же ощутила и Ольга.
— Не смей! Это мой брат, и он имеет право прикасаться ко мне. Даже ругать и наказывать!
Этого вполне хватило, что стихийная энергия моментально присмирела, но это по отношению ко мне, а вот оставлять в покое Бунина она точно не собиралась. Вернее сказать, не собиралась бросать каменного медведя, который всё ещё продолжал хвататься за жизнь. Хотя Воевода уже уничтожил его броню и добрался до уязвимых мест.
— Брат, пожалуйста, отзови Илью Денисовича. Не нужно убивать мишку. Он не хотел никому причинить вреда. — стала умолять меня Ольга, но я просто не мог позволить оставить в живых изменённого зверя, который ворвался на территорию поместья, напал на дружинников, ранив их, и неизвестно, что ещё собирался сделать. Да и уже было слишком поздно. Последний, могучий удар обрушился на беззащитную грудь медведя и пробил её в районе сердца. После таких ударов не выживают.
— Бегом в поместье и не высовываться из своей комнаты, пока я не приду. Скажи Прохору, чтобы он проследил за этим. — сказал я Ольге, а сам бросился к Бунину.
Воевода был весь в крови и сидел на туше поверженного монстра, тяжело вздымая плечи. Даже не представляю, насколько трудно ему было справиться со зверем четвёртого ранга, пусть и раненого. Это добыча для полноценного отряда опытных бойцов. Или охотника, который провёл рядом с такими монстрами долгие годы и сильно изменился за это время, выйдя за пределы возможностей дружинников.
— Шум, ты как? — спросил я, не рискуя подходить слишком близко.
Кто знает, как сейчас отреагирует Бунин после подобной схватки. Да и вероятность того, что медведь ещё сможет выкинуть, что-нибудь напоследок была ненулевой. Он уже успел сродниться со стихией и вполне мог оставить какой-нибудь не самый приятный подарок своему убийце.
— В норме. — ответил Илья Денисович, и с трудом начал подниматься. — Силён оказался зараза, почти пятого ранга. Думал уже, что не по силам он мне. Все запасы артефактов, что у меня были, израсходовал. Вяз, необходимо срочно что-то предпринимать для защиты границы. Если прорыв случиться, когда меня не будет в поместье?
— Пока ты не покидаешь поместье, что бы ни случилось. А я займусь защитой сегодня же. Помогите, Шуму добраться до поместья. — заметив, как пошатнулся Воевода, крикнул я дружинникам, которые уже были рядом.
Они тут же подхватили своего командира, и несмотря на то, что он всячески пытался показать, что помощь не нужна, потащили его в поместье. К этому времени к нам подоспели бойцы, которые тренировались, их оставил возле трупа медведя. Нужно разделать его и отвезти к хранителям, как раз сегодня собирался. А потом и сам поспешил в поместье.
Уже там я организовал для Бунина полный комплект целебных артефактов, забрав их у Антипа и Васи. А самих бойцов отправил патрулировать прорванный участок. Сейчас там пусто и по следам более сильного зверя могут пробраться и другие. Чего нам сейчас только и не хватало.
— Где Владислав? — спросил я у Прохора, когда Илья Денисович был приведён в относительный порядок.
Он отказался от целебных артефактов, а вот парням, что встретились с медведем на границе, они были очень нужны. Зверь потрепал их очень сильно. Они лежали без сознания, и никто не мог дать гарантий, что вообще смогут прийти в себя.
Всё это происходило в одной из комнат на первом этаже. Постарались сделать так, что никто из домашних не видел Воеводу в таком состоянии. Медведь даже будучи сильно потрёпанным, смог достать Бунина. И его слова о том, что всё в норме, были лишь бравадой. Костяшки на руках были стёсаны до мяса, да и на теле оказалось множество рваных ран.
— Утром ушёл в угодья. Сказал, что почувствовал, что-то неладное. В последнее время он всё чаще чувствует что-то, но не может понять, что именно. Угодья стали более беспокойными. И случившееся сегодня тому прямое подтверждение. Раньше столь сильные звери не заходили на территорию поместья. Хранители разбирались с такими монстрами на их территории.
— Привлекла его к нам стихийная энергия. — произнёс Бунин, озвучивая мои мысли. — И не только его привлекла, но и Ольгу Михайловну. Вон, она как пыталась защищать зверя. Даже создала каменную стену. Такую только маг третьего ранга может возвести, а у неё ещё и источник повреждён.
— Давайте не будем никому рассказывать об этом. Способности Ольги для меня огромное открытие. И проявились они, как мы ступили на родовые земли.
Сейчас в комнате находились только я, Прохор и Илья Денисович, возможно, больше не выдастся такого удобного случая, чтобы узнать у дворецкого о том, что произошло со всеми, кто остался в поместье после казни Вяземских.
— А ещё у Виктора открылись невероятные способности к магии. Он способен видеть её потоки. Любые. Без каких-либо техник. Вот и у меня вчера произошёл весьма интересный случай с родовым источником, который откликнулся, будучи в спящем режиме. Уверен, что вскоре и Василиса порадует нас каким-нибудь талантом.
Прохор аккуратно прокашлялся, привлекая к себе внимание.
— Хоть юная госпожа и просила меня, ничего вам не рассказывать. — мои глаза начали расширяться от удивления. — Хотела сама поставить вас в известность, князь. Но в связи с последними событиями, я считаю, что должен сделать это за неё. Василиса Михайловна, также получила дар от родовой земли. Пожалуй, этот дар на данный момент будет самым ценным среди Вяземских.