Кровавые тайны ателье миссис Миллер (СИ)

— Это ваш муж? – женщина проследила за моим взглядом. — Весьма привлекательный. И, судя по тому, что вокруг него вьется уже третья девица, не одна я так считаю.
— Да, это мистер Миллер, – произнесла я, стараясь, чтобы в голосе не было раздражения. Вероятно, получилось плохо, потому что миссис Бикентайл усмехнулась.
— Дорогая, это и есть участь женщин – наблюдать за своими мужьями, пока они развлекаются в чьем-то обществе. Но не дай бог они застанут нас за тем же занятием! Клянусь, меня бы сожгли на костре, словно настоящую ведьму.
Ее слова были правдивы, а от того печальны. Разница лишь в том, что я волновалась не о своем муже, а о репутации нашего брака. Если этот негодник продолжит развлекать дам, то поползут неприятные слухи. А ведь семья Миллер должна стать образцовой в этом городе, чтобы ателье процветало! Сейчас же все мои планы могли в одночасье рухнуть из-за одного повесы.
Я фыркнула, заметив, как Райан берет руку одной из девушек и ведет ее танцевать. Вкус у него, конечно, весьма странный. Девица вся в кружевах и рюшах, излишне нарумяненные щеки, совсем еще детские губки бантиком – наверняка это ее первый выход в свет. Ей бы в куклы играть, а не кружиться в вальсе со взрослыми дядями. Но через секунду мой взгляд усмотрел в весьма не детском вырезе то, за что конкретно ее выбрал Райан.
— А уж как жена мэра я знаю эту истину не понаслышке.
Я даже отвлеклась от лицезрения этого уморительного действа, где девчонка то и дело отдавливала ноги Райану, а тот каждый раз лишь сдержанно кривился в улыбке, а про себя наверняка проклинал всех и вся. Повернувшись к миссис Бикентайл, я удивленно на нее посмотрела.
— К сожалению, это так, – призналась она. — Это в городе он мэр и уважаемый человек, а дома лишь пьет виски, да часто пропадает ночами.
— И ничего с этим нельзя сделать?
Женщина тяжело вздохнула.
— Это началось после того, как мы потеряли сына, – ее взгляд устремился в толпу, но мне казалось, будто она задумчиво смотрит вникуда. — Он был такой крохотный, совсем еще маленький. Помню, как баюкала его, пела колыбельные, качала на руках. Мне нравилось сидеть в кресле, прижимать его к груди и рассказывать сказки, ощущая, как маленькое сердечко бьется, как тихо он сопит…
В ее глазах стояли слезы. Губы дрожали, будто вот-вот она заплачет, но женщина не плакала. Лишь говорила все тише и тише.
— А потом он вдруг умер. Утром я пришла в детскую, заглянула в кроватку, а мой мальчик лежал совсем бледный. Я взяла его на руки, я стала его качать, я кричала, я пела, но он не сделал больше ни единого вдоха.
Я почувствовала, как мои собственные руки трясутся. В голове будто был сплошной шум, словно вся эта толпа разом исчезла, все эти люди, лишь белый туман и тихий голос, напевающий еле слышно:
«Лондонский мост падает, 
Падает, падает… » 
Из оцепенения меня вывела прохладная рука миссис Бикентайл, которой она тронула меня за предплечье.
— Вы в порядке, дорогая?
Я растерянно моргнула несколько раз. Вокруг снова громко играл оркестр, и я снова была на приеме в Уэнфорд-холле.
  
4.2
 
— Соболезную вашей утрате, – запоздало проговорила я. Миссис Бикентайл вытирала уголки глаз шёлковым платком.
— О, не стоит, – она помотала головой. — Это было очень давно, и я уже проклинаю себя, что рассказала эту историю: вы так погрустнели!
Невольно улыбнувшись, я пожала плечами. Я действительно едва сдержалась, на миг абсолютно потеряв самообладание. Но лишь на миг.
Следующие несколько минут мы разговаривали обо всем на свете, словно давние знакомые. Мне было приятно в компании этой женщины, хотя, конечно, тоскливо осознавать, что все танцуют и веселятся, а я, видимо, так ни разу и не смогу насладиться вальсом. Райан всё ещё находился в чужом обществе, на этот раз другая девица, более взрослая, но не менее глупая, пыталась окрутить его. Я лишь закатила глаза, уже заранее понимая всю тщетность ее затеи.
— Вы позволите? – внезапно прозвучало рядом.
 
Я подняла глаза и увидела перед собой мужчину, который протягивал мне руку. Внешний вид, чуть приглушенный голос, уверенный взгляд выдавал в нем знатного господина. Мое внимание также привлек перстень с блестящим сапфиром, явно очень дорогой.
— Прошу прощения, сэр, но… – начала было миссис Бикентайл, увидев моё смятение, но я тут же ее перебила и решительно поднялась с пуфика.
— Да, сэр, – я присела в реверансе и приняла ладонь.
Если Райан развлекается, то, черт возьми, почему мне нельзя?! С этой мыслью я, улыбаясь, продвигалась в самый центр зала вместе с моим новоявленным спутником. Мужчина был высок, я едва доставала ему до плеча, и в то же время даже в его походке чувствовалась некоторая изящность и твердость. Повернув меня к себе, он сжал мою талию, и пронзительный взгляд золотистых глаз поглотил меня полностью. Он умело закружил меня в быстром танце, легко подхватывая, наклоняя и прижимая к себе. Я полностью отдалась ему, крепко схватившись рукой за плечо, и едва не закрыла глаза от удовольствия, растворяясь в чувственно трепещущей скрипке. Казалось, будто мы остались совсем одни в этом огромном зале, и музыка играла лишь для нас двоих. Наконец, сделав очередной пируэт, он поймал меня и опустил очень низко, внезапно оказавшись совсем рядом. Так, что еще немного – и наши губы сомкнулись бы в страстном поцелуе –настолько мы оба были распалены этим танцем. Скрипка вспыхнула и стихла, оставляя нас в полной тишине.
— Вы превосходно танцуете, – проговорил он, медленно возвращая меня в вертикальное положение.
— Вы тоже, но… Я не знаю вашего имени.
Мужчина поклонился, подхватил мою ладонь и прикоснулся губами.
- Меня зовут Эйдриан Ивенберг, – представился он. Я попыталась справиться с собой и не показать слишком явного удивления. Тем не менее, мой рот слегка приоткрылся.
Неужели это тот самый герцог Ивенберг, которому принадлежит герцогство Ивенберг на юге Англии? Интересно, что он забыл в этой глуши.
— Роуз Миллер, – я улыбнулась в ответ. Лишь когда он отпустил мою ладонь, я заметила, что люди вокруг перестали танцевать и с любопытством смотрели на нас. Скользнув взглядом по толпе, я заметила Райана, лицо которого не выражало абсолютно ничего.
Я демонстративно отвернулась и прошла к лакею. Оркестр снова играл, на этот раз более ритмичный танец, и я решила немного отдохнуть, выпив бокал вина. Лорд Ивенберг изъявил желание составить мне компанию, чему я была очень рада: практически все присутствующие дамы, даже некоторые мужчины, смотрели на меня с завистью.
— Что привело вас в этот небольшой город? – спросила я, присаживаясь в кресло. Мужчина сел напротив, продолжая следить за мной внимательным взглядом, и я на мгновенье почувствовала себя неловко. Словно он раздевал меня.
— Королева приказала мне лично проследить за продвижением строительства железной дороги, – пояснил герцог. — Поэтому какое-то время я проведу здесь, чтобы уладить все вопросы. Ну а вы, – он вдруг улыбнулся, и по моим рукам невольно пробежали мурашки, — выглядите очень роскошно, явно не из местного общества.
— Благодарю, это действительно так. Мы… – я запнулась, боясь произнести вслух, — с моим мужем решили открыть ателье в Релианте.
— О, с такой красивой владелицей успех неминуем!
Я усмехнулась, внезапно осознавая, как давно не получала комплименты, и как это всё же приятно. Конечно, мое лицо можно назвать красивым: миндалевидные глаза редкого каре-зеленого оттенка, точеные скулы, аккуратный нос и нежные губы. В сочетании с волосами цвета кофейных зерен и гладкой бледной кожей, я всегда считала, что выгляжу очень привлекательно. Только вот из-за работы общение с мужчинами приходится ограничивать, и в последний раз мне говорили такие лестные слова очень давно.
— Открытие состоится уже завтра в полдень, я вас приглашаю.
— С удовольствием приду! – герцог вдруг встал с кресла, взял с небольшого столика ложку и, к моему удивлению, начал ритмично стучать ею о бокал. — Минуточку внимания, леди и джентльмены!