Больше, чем товарищи по кораблю (ЛП)

Я беру ее с собой на прогулку по пляжу, потому что поход куда-нибудь выпить или пообедать — этого недостаточно, а прогулка по пляжу может занять полчаса, и на этом все закончится. Раньше мой гнев всегда был направлен на Кейт, но я затаила обиду и на Тару с тех пор, как увидела их совместную фотографию у дверей сцены. Либо она никогда не видела темную сторону Кейт, либо видела, но все равно предпочла ее мне.
"Прости, что привезла Кейт".
Думаю, нам лучше покончить с этим.
"Она ведь не знала, что я здесь, правда?"
Она с сожалением смотрит вниз. Тогда я расцениваю это как "нет".
"Мы можем присесть?"
Я соглашаюсь, как будто это внушает мне что-то, кроме ужаса. Мы находим тенистое место и усаживаемся на песок.
"В тот вечер, когда мы приехали сюда, она рассказала мне, что случилось в твой день рождения. Почему ты действительно съехала. Я знала, что вы поссорились, но слышала только ее версию событий". Она смотрит вдаль с обеспокоенным выражением лица.
"Я думала, что приезд сюда — это шанс создать новые воспоминания, оставить все, что случилось, позади. Я скучала по нам. Ты всегда была для меня таким хорошим другом, а я воспринимала это как должное. Очень сильно. Этой поездкой я хотела исправить ситуацию, и если бы я знала…"
"Все в порядке", — говорю я. Она пыталась поступить по-доброму, но у нее ничего не вышло. Я смотрю на свои ноги, зарывая их глубоко в теплый песок.
"Мне жаль, что я не спросила тебя о твоей версии событий.
"Это ничего бы не изменило".
"Конечно, изменило бы. Ты моя лучшая подруга".
"Как и она", — возражаю я.
Ее реакция говорит мне, что она уже не так уверена в этом, но я не поощряю ее. Наши глаза ненадолго встречаются, а рты складываются в жалкие улыбки.
"Я действительно горжусь тобой. Быть здесь, и наконец-то делать то, что ты всегда хотела. У тебя получается". Она меняет тему.
Я вытаскиваю ноги из песка и шевелю пальцами, пока все песчинки не осыпаются с моей кожи. Я могла бы притвориться, что это правда, и принять комплимент, но то, что мы не были откровенны с ней, достаточно долго держало нас в разлуке.
"Нет, я не такая. Я неудачница по сравнению с тобой".
"Боже мой, ты же не думаешь так на самом деле? Элиза, скажи мне, что ты врешь".
Она смотрит на меня, но я не поправляю себя.
"Как ты можешь быть неудачницей, если делаешь что-то, что делает тебя счастливой?"
"Ну, это не делает меня счастливой, так что вот так". Я тереблю свободную нитку на своем сарафане, чувствуя на себе ее сочувственный взгляд.
"Что случилось?"
Я делаю долгий вдох и выдох. Ничего. "Я бы хотела быть достаточно хороша, чтобы делать то, что делаешь ты".
"Ты шутишь? Я бы хотела быть достаточно хорошей, чтобы делать то, что делаешь ты. Тебе приходится не только вести все эти мероприятия, но и общаться с людьми, импровизировать, развлекать их двадцать четыре на семь. А я изо дня в день делаю одно и то же. Конечно, бывают сумасшедшие дни, но я ухожу домой и больше никогда не вижу зрителей. Кроме того, после этого у тебя практически гарантировано есть работа, в то время как я понятия не имею, что буду делать после "Официантки". Я неделями хожу на прослушивания и нигде не могу найти работу".
Я бросаю взгляд на берег и наблюдаю за тем, как набегают и уходят волны. Тара талантлива, обучена, в ее резюме есть профессиональный концерт в качестве дублера, и все же люди не берут ее на работу. Я не настолько глупа, чтобы думать, что жизнь актера — это сплошное плавание, но я думала, что становится легче, когда первая роль уже в кармане.
"Знаешь, почему все всегда считают актеров самовлюбленными?"
Я покачала головой.
"Это потому, что мы должны быть такими. На каждом прослушивании, на каждой встрече с потенциальным агентом, каждый божий день нам говорят, что мы не подходим для чего-то. Представь, если бы я верила в это каждый раз, когда слышала — я бы не продержалась в индустрии ни секунды. Неужели я действительно была настолько наивна, что верила в это все это время? Принимать близко к сердцу каждый отказ. При всем моем отношении "мне все равно, что обо мне думают", я обнаружила еще одну черную точку: комиссии по прослушиванию. Мне очень, очень важно, что они думают. Но к чему это меня привело? Я несчастна, завистлива и ненавижу себя.
 
"Ты никогда не шла за толпой и не меняла себя, чтобы угодить людям. Это одна из лучших черт в тебе. На каждом прослушивании я должна стать чистым холстом, на котором кастинг-директор может рисовать, — во всяком случае, такова одна из школ мышления, — но ты не чистый холст. Ты всегда собиралась проложить свой собственный путь. Просто посмотри на свою семью. Лоуренс открыл свой собственный бизнес, потому что ненавидел работать на других людей, я слышала, что Саймон собирается стать отцом, сидящим дома, потому что Сара — главный кормилец в своей будущей семье — кстати, поздравляю. А еще есть ты, развлекающая тысячи людей в день на этой уникальной работе всей жизни. Ты сияешь здесь, Лиз. Я действительно это имею в виду".
Я никогда не думала об этом так. Ни о чем из этого. "Спасибо".
Так приятно прояснить ситуацию с Тарой после стольких лет, но, естественно, как только что-то из моего прошлого разрешается, мое будущее становится туманным.
Когда я возвращаюсь в свою комнату, мне требуется секунда, чтобы признать ее своей. Если бы я не знала ничего лучше, то подумала бы, что на меня совершили налет. Слава богу, сегодня нет инспекции. Я достаю из середины кучи платье, которое хочу надеть сегодня на торжественный вечер, и вешаю его, чтобы оно успело расправиться. Мне нужно разобраться с остальным бардаком тоже, но сейчас у меня едва хватает времени переодеться в форму перед насыщенным днём и вечером, полными мероприятий.
Том настороженно относится ко мне на вечеринке "Уплыть", как и должно быть. Тот трюк, который он провернул сегодня утром, — последнее, что мне было нужно.
После окончания вечеринки он осторожно подходит ко мне. "Как прошла прогулка?"
"Хорошо".
Мы долго молчим, пока спускаемся под палубу.
"Ты еще долго думала о том, чтобы уехать, или…?"
"Да".
"О." Он звучит разочарованно. "Так ты действительно уезжаешь?"
"Нет".
"Ты остаешься?" Его настроение меняется в мгновение ока.
"Да".
"Это было из-за…?"
"Нет." Он не получил никакой благодарности за это откровение, но это не помешало его лицу расплыться в облегченной улыбке от уха до уха. Он ускользает в свою комнату, чтобы переодеться в смокинг для вечера, а я продолжаю идти к своей, думая о том, почему я решила остаться. Это совет, которого придерживается мой дедушка: "Если сомневаешься, то не делай ничего". А сейчас у меня много сомнений. Поэтому я ничего не буду делать. Пока что.
В конце вечера я отделяюсь от остальных, когда они все направляются в бар для экипажа, и возвращаюсь в свою комнату, полная решимости все исправить. Я делаю глубокий вдох, переодеваюсь в пижаму, включаю музыку и приступаю к реорганизации хаоса. Только одно дело за раз, повторяю я себе всякий раз, когда чувствую, что перегружена, — поначалу это происходит каждые пять минут, но со временем я нахожу в этом ритм.
Изначально я разбирала вещи вместе с Мэдисон, которая в большинстве случаев была очень полезна, но так было не со всеми. Поэтому я обустраиваю пространство по своему усмотрению и при этом нахожу кучу вещей, о которых совсем забыла, спрятанных в самых дальних уголках различных ящиков и полок.