Больше, чем товарищи по кораблю (ЛП)

Когда мы приходим на место, там уже выстроилась огромная очередь из семей, ожидающих прохода. Люди действительно любят Хэллоуин, да?
Когда я не нахожусь в самом доме с привидениями, я либо разношу обед, либо провожу разминку для тех, кто приходит на смену, либо подшиваю костюмы, либо учу людей, как наносить грим со спецэффектами. Я не против того, что они обращаются ко мне за помощью: мне приятно быть нужной, и то, что все хотят убедиться, что они "соответствуют моему видению" — да, кто-то действительно это сказал, — греет мне сердце.
Моя последняя ночная смена заканчивается вместе с Оскаром, Валентиной и несколькими актерами. Когда мы приходим в репетиционный зал, я собираюсь похвалить их всех за еще один прекрасный вечер, но ничего не выходит. Я рычала, задыхалась и кричала последние пять с половиной часов, и мой голос совсем сел.
Оскар с усмешкой произносит "ой" и обхватывает меня за плечи своей сильной рукой.
"Спасибо всем", — хриплым, прерывистым шепотом произношу я".
Сейчас 11.30 вечера, и вечеринка в честь Хэллоуина в команде уже идет полным ходом, так что, собрав свои вещи, остальные спешат привести себя в порядок и облачиться в выбранные для вечера костюмы. Все, кроме Оскара, который пытается удалить фальшивую кровь салфетками для лица, хотя я сказала, что единственный способ снять ее как следует — это принять душ.
Я думала, мы сможем все обсудить вчера вечером, но он исчез. Когда он не вернулся в кабинет капитана, я предположила, что он будет в баре, когда мы все сгрудились там, но его и там не было. Я ускользнула, чтобы постучать в его дверь, но ответа не последовало. Я даже поднялась на наше место, ожидая, что он будет ждать меня там, но его нигде не было видно.
Сегодня мы вели себя так, будто ничего не изменилось, но мы не были одни с тех пор, как Джерри застал нас вчера. А сейчас мы очень даже одни. Хотя делать это — что бы это ни было — пока он не уйдет, как-то неправильно.
Даже если мы оба знаем, что это временно, если мы оба согласились извлечь максимум пользы из дерьмовой ситуации, то все в порядке, верно? Оскару потребовалось так много времени, чтобы наконец позволить себе то, чего он хочет, и если это действительно то самое — меня еще на одну неделю, — я не могу ему в этом отказать.
И, возможно, я тоже не могу отказать себе в этом.
Оскар медленно подходит к двери и поворачивает замок. "Жестокая. Вот кто ты". Дерзкая улыбка растягивает его губы, когда он поворачивается и направляется ко мне.
Он все еще в своей рваной полосатой футболке, которая на всех остальных выглядит так, будто они попали в сильный шторм или подверглись нападению другого существа, как и должно быть. Но на нем она выглядит так, будто его выпуклые мышцы сделали это с футболкой, и это чертовски сексуально.
"Почему?" Я пытаюсь спросить с сексуальным любопытством, но это выходит как писк.
"О, ты знаешь, что ты сделала, Чепмен".
Я поворачиваю голову в сторону и притворяюсь смущенной. "Что ты имеешь в виду?"
Вот что я бы сказала, если бы смогла.
"Протискивалась мимо меня в тесных коридорах. Пряталась со мной в этих невыносимо крошечных углах. Прижималась ко мне при любой возможности".
Я гордо ухмыляюсь. Я точно знала, что делаю.
Он властно берет мой подбородок между большим и указательным пальцами. Его один побелевший глаз пугающе сексуален. "Не думай, что я хоть на секунду оставлю тебя безнаказанной."
Да, мы явно опоздаем на эту вечеринку.
В конце концов, я явилась в бар команды в своем самодельном костюме "Девочки Пауэрпафф", очищенном от фальшивой крови и чешуи. Поскольку это была последняя вечеринка Мэдисон перед ее отъездом, мы, три девушки, постарались скоординировать свои действия. Валентина в роли Лютика, конечно же, вздорная зеленая. Мэдисон, наш уходящий лидер, в розовом, как цветок. А я, маленькая старушка, в голубом, как пузырьки. Если бы только Оскар мог подождать. В этом я выгляжу гораздо лучше, чем полчаса назад.
 
Мне требуется секунда, чтобы привыкнуть к громкой музыке и темному, наполненному дымом помещению. Свет в клубе переливается от оранжевого к фиолетовому, и почти везде висят паутины. Я прохожу дальше и оглядываюсь в поисках банды. Оскар привлекает мое внимание из-за столика, за которым он сидит с девушками, и мило улыбается, как будто не он только что выбил из меня все соки. Однажды я смотрела порно ужасов, и, несмотря на мою страсть к обоим этим вещам, оно не произвело на меня никакого впечатления. Однако наблюдение за ним в зеркале, когда он заставлял меня платить за то, что я его дразнила, заставило меня пересмотреть эту категорию.
Он одет как Фред из "Скуби Ду". Исключительно раздолбанный Фред. Ну и дела. Он поднимает бокал, который я уже давно приняла за знак "Я рядом", но по какой-то непонятной причине это чашка чая. Конечно, он принес чашку чая на маскарадную вечеринку.
"Ты не торопилась", — пробормотала Валентина, когда я подошла к ним, прекрасно понимая, почему я это сделала. Я провожаю ее взглядом, специально садясь на пустой стул рядом с Оскаром и не отходя от него так далеко, как только могу, что Мэдисон, похоже, одобряет.
"Вот если бы ты нарядилась Дафной", — говорит Мэдисон, и я бросаю на нее взгляд, напоминая ей о ее обещании держать рот на замке. Хотя, думаю, по ее логике, было бы более очевидно не сводить меня с Оскаром каждую свободную минуту.
Оби подходит к нам с напитками в полном составе, как Велма.
"Почему ты все еще молчишь? Все знают", — спрашивает Валентина.
Как по команде, появляется Том, переодетый в Лохматого, с новыми напитками.
Мэдисон мгновенно восполняет пробелы, а Валентина — вскоре после нее.
Оказалось, что Оскар не принес мне чай. Он сделал мне горячий мед с лимоном для больного горла, и мне требуется вся моя сила, чтобы не заплакать при мысли о том, что я потеряю его на следующей неделе.
Я переключаю внимание на сидящего напротив меня Тома. "Не ожидала увидеть тебя здесь", — подшучиваю я над ним, а теплый напиток уже успокаивает меня.
"Скучала по мне, Элизабет?"
"Я не буду скучать по хлопку дверью в три часа ночи", — поддразниваю я. Он знает, что это меня раздражает. Как бы тихо он ни пытался войти, дверь все равно остается самой громыхающей вещью на свете.
"Ночь еще не наступила". Он ухмыляется, и я закатываю глаза.
Несмотря на его насмешку, впервые за долгое время он остается с группой на всю ночь — или на сколько там осталось. Он ложится спать, когда и я, а утром, когда я просыпаюсь, он все еще в комнате.
У меня все утро выходной, и я отчаянно нуждаюсь в дополнительном сне, но не хочу упускать возможность провести время с Томом.
Может, я чувствую себя виноватой за то, что провела столько времени тайком с Оскаром, но я точно знаю, что очень, очень скучаю по своему другу.
Это больше, чем просто тоска. Я прошла через то же самое, когда заново открывала себя после всего случившегося. В компании Лоуренса я проводила дни в окружении людей, которые смотрели на меня сквозь пальцы, а я хотела только одного — чтобы меня заметили. У меня больше не было друзей, поэтому после работы я ходила на свидания так часто, как только могла, но это было лишь быстрым решением проблемы. Сколько бы я туда ни ходила и как бы ни пыталась найти с кем-то общий язык, мне никогда не становилось легче, и мне потребовалась целая вечность, чтобы понять, что я просто одинока. Так что теперь мне нужно напоминать Тому, что я его вижу. Друзья находят время друг для друга, а я в последнее время не находила времени для него. Я имею в виду, что и он для меня тоже, но это касается обеих сторон. Иначе мы рискуем превратиться в простых коллег, а он всегда был для меня чем-то большим.