Остаюсь твоей (СИ)

Яся приложила дрожащие пальцы в к губам. На ее белоснежное лицо легла тень. Она медленно убрала телефон и хрипло сказала:
— Нурлан разбился. Он в коме.
  
Глава 38
 
Месяц спустя
Ближе к шести Тёма подъехал к офису Яси. Припарковался, вышел из белого джипа и только сейчас увидел знакомую машину неподалеку. Подошел к ней и постучал по стеклу костяшками пальцев. Мужчина, читавший что-то в телефоне, чуть не подпрыгнул от неожиданности, повернул голову и расхохотался. Он открыл дверь, вышел на улицу и протянул руку Тёме.
— Брат, так до инфаркта моджно довести, — засмеялся Кайрат.
Артём заглянул через его плечо в салон и заметил шикарный букет на заднем сидении.
— Подготовился? — усмехнулся он, указывая на цветы.
— Обижаешь, — ответил лучший друг и полез в карман брюк за маленькой коробочкой. — Мне 31, а руки, как у пацана трясутся.
— До сих пор не могу поверить, что ты и Ясина сестра встречаетесь. Я же ее помню шестилетней девчонкой, она постоянно за ней хвостиком ходила, — Артём улыбнулся своим воспоминаниям.
— Кто думал, когда я в армии мочил тебя в сортире, что мы породнимся, — великан засмеялся над собственной шуткой.
— Поосторожнее. Енлик твои армейские приколы может не понять.
— Ты прав. Она у меня такая нежная, скромная, ранимая. Как увидел ее в первый раз, в меня как молния шарахнула. Думал, умер и попал в рай. А она меня боялась. Говорила, что я слишком взрослый лдя нее. Ну, скажи, Тёма, 12 лет разве разница? Вот и я думаю, что нет. Целый месяц от меня бегала.
— А говорил, к черту любовь, не нагулялся.
— Нагулялся. Честно. Матушка моя уже всех теток призывает в город на кудалык (сватавство — прим. автора). Событие года: "Кайрат хочет жениться"!
— Главное, что все счастливы, — заключил Артём.
Два друга стояли у черного джипа Кайрата и даже не заметили движение рядом с офисом клининга. Но когда Артём повернул голову и увидел, как Яся с сестрой спускаются по ступенькам, он ударил ладонью в грудь Кайрата, и тот сразу собрался.
— Привет, мальчики! — поздоровалась Яся и улыбнулась, переводя взгляд с сестры на бородатого великана. Все-таки они были инетерсной парой: он большой и воинственный; она — тонкая и хрупкая девушка с белоснежной кожей, черными, раскосыми глазами и волосами до поясницы. — Что затеваете?
— Это секрет, — отшутился Кайрат. — А вы?
— Мы поедем в больнциу за Маликой, — ответил Тёма. — А потом нас ждет мама на ужин.
— Тете Наде привет! А нам пора, мы уже опаздываем! — Кайрат протянул руку Енлин и помог ей сесть в машину. Она помахала сестре из открытого окна, после чего машина выехала с парковки.
— И что он задумал? — спорила Яся, когда Артём взял ее под руку.
— Кайрат сегодня будет делать предложение. Так что предпреди тетю, что к ним скоро приедут сваты.
— Как здорово, — засияла Ясмина. — Сто лет не гуляла на свадьбе!
— Так давай поженмися, наконец, и устроим большую гулянку, — Тёма нажал на пульт и двери машины разблокировались.
— Нет. С тобой я хочу тихо расписаться в районном ЗАГСе и сбежать на неделю куда-нибудь очень далеко, — Яся села на переднее сидение и пристегнула ремень безопасности.
— Так это не сложно устроить, — Артем повернул ключ в замке зажигания и посмотрел на Ясю. Она потянулась к нему и поцеловала. — Завтра поедем подавать документы, через месяц распишемся.
— Отлично.
— Фамилию возьмешь мою, — это был не вопрос, а утверждение.
— Хорошо, только нам потом кучу документов придется переделать.
— Переделаем. Ну все, поехали за дочкой.
Малику выписали из больницы пару недель назад, но гипс еще не сняли. О том, что ее отец попал в аварию и впал в кому, ей пришлось сказать в тот же день. И она сказала, что чувствовала, что что-то не так. Нурлан приснился ей в первую же ночь, проведенную в больнице, когда она отходила от наркоза. Ясмина поняла, что примерно в это же время он и вылетел на встречную полосу и столкнулся с другой машиной. К сожалению, водитель погиб на месте, а Нурлана с тяжелыми травмами увезли в больницу. Неделю он пролежал в медикаментозной коме. А потом врачи шокировали: у мужчины поврежден позвоночник и он не сможет ходить. Нурик впал в депрессию. Он все также лежит в больнице, а мама и жена бегают вокруг него, как наседки. Несмотря на его любовниц, Зарина все равно осталась с ним. Почему — сложно судить. Кто-то скажет, это любовь. Кто-то — холодный расчет.
 
Малика навещает отца почти каждый день. Из всех посетителей, почему-то именно ее он рад видеть больше всех. Как странно все-таки устроена жизнь. Пока Нурлан был здоров, он не особо интересовался жизнью дочери. Есть, и ладно. Его и «воскресным папой» можно был назвать с натяжкой. Но теперь он звонил ей и спрашивал, сможет ли она прийти. Она сидела рядом с его кроватью, и они просто разговаривали. Малика говорила, что с папой, оказывается, интересно. А Ясмина только удивлялась: в нем было столько ненависти, гонора и бахвальства, а теперь, когда он оказался прикован к постели, все это вдруг куда-то ушло и на дочь, которую не замечал, посмотрел другими глазами.
Ясмина к Нурлану не заходила. Она разговаривала с его отцом и братом, но контактировать с бывшим мужем было ни к чему. Поэтому, когда они с Тёмой приезжали, Яся просто звонила дочери и ждала, пока та выйдет из больницы.
Сегодня был особенный вечер — вечер знакомства Надежды Игоревны и Малики. Ясмина очень волновалась, но, как выяснилось, зря. Едва Малика попала в квартиру тёти Нади, та тут же засуетилась, как настоящая бабушка.
— Ой, она же наша! — прижав руки груди, сказала тетя Надя, переводя взгляд с Малики на Артёма. — Разве такое бывает?!
— Она просто светлая девочка, — робко объяснила она, — в свою татарскую прабабушку.
— Ничего себе! — охала и ахала мама Артёма. — Ну, скорее проходите к столу, а то стынет все.
Малика с Артёмом налетели на жаренные пирожки, а Надежда Игоревна, посматривая на них, только смеялась и приговаривала: «Чудны дела твои, Господи».
— Ясенька, — обратилась она к будущей невесте, — а ты почему не ешь? Что-то не так?
— Нет-нет, все отлично. Просто жарко на улице, есть не хочется.
— Бедняжка, ну может хоть запеченную форель попробуешь, — спохватилась женщина и побежала вытаскивать рыбку из духовки.
Но стоило ей положить тарелку перед Ясминой, как та тут же позеленела и с ужасом посомтрела на Артёма. Он одним взглядом спросил: "Все хорошо?" А Яся только помогатал головой и резко выбежала.
— Что с Ясей? — спросила испуганно Надежда.
— Не знаю, — Артём выбрался из-за стола. — Сейчас посмотрю. Может, ее укачало? Хотя я аккуратно езжу.
Артём подошел к уборной и через закрытую дверь услышал, как Ясмину выворачивает наизнанку.
— Яся, милая! Я помогу! — открыв дверь, сказал мужчина.
Тёма собрал ее волосы и придерживал их, пока Ясе было плохо. Она опустошила желудок, но даже на этом ее мучения не закончились. Горло раздирало горечью, капельки пота выступили на лице, перед глазами мелькали огоньки. Всё, что сейчас хотелось — просто полежать в темноте.
— Ты, наверное, отравилась? — предположил он, поглаживая ее по спине.
— Угу, отравилась, — еле ответила она и отползла к стене.
Яся прислонилась к кафелю, рядом с ней сел Тема. Здесь было жутко неудобно и тесно, но он никуда не собирался уходить.
— Надо в аптеку, — промямлила она, поднимаясь на ноги с помощью Темы.
Яся открыла кран, умылась прохладной водой и прополоскала рот.
— Я сгоняю. Что надо: "Смекту", "Линекс" или какой-то порошочек? — растерянно спросил Артём.
Яся покосилась на него и усмехнулась.
— Да, милый, порошочек. Тест на беременность называется.
Тёма стоял с выпученными глазами, перевария информацию.
— Что ты завис? — Яся пощелкала пальцами перед его лицом. — Неси, говорю, тест, папочка.
— Ты серьезно? — все также обескуражено спросил он.