Навечно (ЛП)

― Пожертвовать?
― Мы вернули магию на землю. ― Она отстранилась, чтобы изучить мое лицо, ее взгляд метался по сторонам. Я понял, почему, и крепко сжал ее руки.
― Я чувствую это. ― Все ограничения магии пропали. Теперь она свободно текла через всех нас. Я никогда не знал магии, не связанной королевами. ― Все изменилось.
― Не все. ― Она положила руку мне на грудь.
Я посмотрел на нее, на свою жену, на свою пару и улыбнулся.
  
― Только не это.
Но прежде, чем я успел переступить порог радости, подошел Лисандр. Аурелия шла следом, ее плечи были напряжены. Я искал доказательства того, что рассказала мне Тея, но любые признаки феи исчезли. Аурелия сжимала руки в кулаки, костяшки ее пальцев побелели, и она держалась на шаг позади. Я приподнял бровь, глядя на Тею.
― Некоторые члены Совета вампиров хотят получить аудиенцию, ― негромко сказал нам Лисандр. ― Мама пытается их отвлечь, но…
― Все в порядке, ― вмешалась Тея. ― Чем быстрее мы с этим покончим, тем лучше.
― Тебе не нужно оправдываться за то, что ты сделала, ― сказал я.
― Я эксперт в том, как оправдать себя перед Советом, ― проворчала она, прижавшись ко мне. ― И будет лучше, если я им расскажу.
Я кивнул. Это было ее решение.
― Как пожелаешь.
Лисандр взглянул на Аурелию.
― А что с ней?
Мы с Теей переглянулись, и она медленно спросила:
― А что с ней?
― Ты собираешься рассказать им правду?
Аурелия вздрогнула, ее глаза забегали по сторонам, словно искали пути к отступлению, но она не двинулась с места.
Тея покачала головой.
― Не думаю, что в этом есть необходимость. Если Аурелия не хочет, чтобы они знали о ее участии, это ее дело. Квинн ничего не скажет. ― Она пристально посмотрела на моего брата. Я сомневался, что он сможет выдержать взгляд этих сверкающих изумрудных глаз. ― А ты?
― Нет, ― сказал он тоном, ставшим жестким из-за сковавшего его льда. ― Это не мое дело, кто она такая.
― Лисандр, ― мягко сказал я, потянувшись к его плечу, но он отмахнулся.
― Мне нужно подышать воздухом. ― Он направился к двери, ведущей к каналу.
Аурелия смотрела, как он уходит, и ее лицо исказилось от чувства, которое было мне слишком хорошо знакомо. Боль, смешанная с тоской. Наконец она отвела взгляд.
― Мне следовало этого ожидать, ― с горечью сказала она.
― Мы тоже ничего не скажем, ― пообещала Тея, и я кивнул. ― С нами твой секрет в безопасности. ― Она заколебалась. ― Насчет моей матери…
― Я доставила ее в Священный двор. Судя по тому, что мне говорила Гвинерва, они должны были помочь ей, ― объяснила Аурелия. ― И они это сделали. Что касается сделки, которую она заключила, я не знаю. Я выясню это позже.
― Спасибо. ― Тея взяла ее за руку и сжала ее. ― Я у тебя в долгу.
― Нет, ты освободила меня. Наша сделка состоялась. ― Ее взгляд устремился в ту сторону, куда ушел Лисандр. ― Теперь я свободна и могу жить своей жизнью. ― Похоже, это ее не обрадовало. Она улыбнулась, но улыбка не коснулась глаз. ― Если я не нужна вам на заседании Совета, думаю, я хотела бы побыть одна.
― Конечно. ― Тея посмотрела ей вслед и вздохнула, когда она исчезла внутри. ― Может, мне пойти поговорить с ней?
― Дай ей побыть одной, ― пробормотал я, снова заключая ее в объятия. ― Дай им обоим немного пространства.
― Лисандр повел себя как козел, ― категорично заявила она. ― Я… удивлена.
― И он тоже. Но они должны разобраться с этим сами.
Она нахмурилась, но в конце концов согласилась.
― И нам придется снова найти мою мать.
― Обязательно, ― поклялся я. ― Священный двор ― один из светлых дворов. Она в безопасности. Я попрошу Бенедикта связаться с ней.
― Спасибо. ― Что-то привлекло ее внимание за моим плечом.
Я повернулся и увидел, что к нам приближается моя мать и с ней остальные члены Совета.
― Думаю, пришло время посмотреть правде в глаза.
― Нам нужно поговорить с вами. ― Сабина вздохнула, оценивая окровавленное свадебное платье Теи. ― Это платье было из Парижа.
― Приоритеты, ― пробормотал я.
― Осторожно. Я снова глава семьи, ― напомнила она нам, ― поскольку, похоже, вы оба теперь Руссо.
Еще не поздно взять твою фамилию? Я сохранял бесстрастное выражение лица, посылая вопрос в сознание Теи.
Она подавила смешок.
― Если Совет хочет поговорить со мной, мы должны сделать это сейчас. Это моя брачная ночь. У меня другие планы.
Моя мама вздохнула, но на ее губах играла легкая улыбка.
― В итоге, ты женился на радикалке.
Спустя два часа споры не утихали. Тея рассказала им о том, что произошло, и о принятом ею решении, небрежно умолчав об участии Аурелии и подтасовав факты, чтобы взять на себя любую предполагаемую вину. Мы собрались в тронном зале, и моя пара настояла на том, чтобы все желающие могли присутствовать. Она сидела на своем теперь уже бессильном троне рядом со мной и пыталась скрыть зевоту, пока все продолжали препираться.
― Ты не имела права принимать такое решение одна, ― сказал Маркус, когда она закончила говорить. ― Без власти Le regine…
― Вы все были под действием заклятия. Я должна была принять решение, ― оборвала она его.
Хорошая девочка.
― Возможно, его можно было снять и без столь радикальных мер. Но теперь магия беззащитна.
― Беззащитна? ― повторила она. ― Вы были беззащитны ― все вы, и это был мой выбор. Сдаться было моим долгом.
― Но при этом…
― Нет. Это было мое решение. ― Тея поднялась на ноги. ― И я его приняла. Магия должна течь свободно. Магия ― для всех. Ее нельзя контролировать. Так должно быть, так было до Le regine. Заклятие нужно было снять. Магия не должна контролироваться или накапливаться. Все существа должны иметь доступ к магии.
― Идеалистка-идиотка, ― огрызнулся Маркус. ― Есть существа, которых нужно контролировать. Если бы тебе действительно суждено было стать королевой, ты бы это понимала.
На лице Теи застыла непоколебимая решимость.
― Я не просила, чтобы меня делали королевой. Я никогда не хотела такой ответственности. Но магия выбрала меня. Она задыхалась. Она умирала. Совету нужно адаптироваться к новой реальности, сотрудничать с другими существами, чтобы обеспечить ответственное использование магии, и представлять то, чего хотят все вампиры. Это не конец. Это возможность. Мы можем стать лучше. Мир меняется, и мы должны меняться вместе с ним. Иначе мы все обречены.
В зале воцарилась тишина, но моя мать слегка кивнула. В знак уважения к храбрости Теи.
― Мы обсудим это и найдем новый путь, ― объявила она. ― Вы останетесь в Венеции?
Тея посмотрела на меня и подняла бровь.
Решать тебе.
― Мы отправимся в медовый месяц, ― решила Тея, ― а после него дадим вам знать.
Не дожидаясь ответа, она схватила меня за руку и потащила к выходу из тронного зала. Мы оба знали, что Совет попытается задержать нас здесь. Как только мы оказались в коридоре, я спросил:
― Куда мы отправимся в медовый месяц?
― Куда угодно, лишь бы подальше отсюда, ― сухо сказала она.
― Хорошо, но выслушай меня. Почему бы нам не начать сейчас? Это все еще наша брачная ночь.
― Что ты задумал? ― промурлыкала она.
Я подхватил ее на руки и понес в сторону наших покоев.
― Давай я тебе покажу.
Лунный свет просачивался сквозь окна, заливая ее кожу мягким сиянием. Я провел пальцем по ее обнаженному животу, удивляясь небольшой припухлости, которая наконец-то появилась. Рука Теи скользнула в мои волосы, и она лениво улыбнулась мне.
  
― Это было отличное начало медового месяца.
― Согласен, ― сказал я, продолжая исследовать ее тело.
― Как ты думаешь, я поступила правильно? ― тихо спросила она.
Я поцеловал ее животик и сел.
― У тебя не было выбора.
― Выбор есть всегда.