Навечно (ЛП)

― Пойдем.
Ее дыхание было таким же неровным, как и мое самообладание.
― Куда мы едем?
― Увидишь.
Нам оставалось пройти еще несколько футов, прежде чем морская трава уступит место песчаному пляжу. Я остановился на краю тропинки и опустился на колени.
― Что ты делаешь? ― спросила она со смехом, глядя на меня сверху вниз.
Я потянулся к ее лодыжке и расстегнул ремешок эспадрильи.
  
― Песок здесь мягкий и теплый. Он будет приятен твоим ногам, ― пообещал я, снимая с нее туфли по очереди, ― и я не хочу, чтобы ты сломала себе шею, пытаясь ходить в них.
Я встал, подцепив ее туфли указательным пальцем, и снял свои. Через секунду я стянул носки. Тея тряслась от едва сдерживаемого смеха, наблюдая за мной.
― Что смешного, котенок?
― Никогда раньше не видела, как большой и страшный вампир избавляется от носков, ― хихикнула она, немного разрядив напряжение в воздухе.
― Рад, что развлекаю тебя, ― сухо сказал я. Я взял ее за руку, все еще держа ее туфли в своей, и направился к пляжу.
― А как же твои туфли? ― спросила она, пытаясь угнаться за мной.
Я замедлил шаг и пожал плечами.
― У меня есть еще.
― Но… ― Все, что она собиралась сказать, замерло у нее на губах, когда она заметила мой сюрприз.
Я сделал мысленную пометку повысить Селии зарплату.
Стол, покрытый льняной скатертью, с фарфоровой посудой и хрусталем был накрыт у самой кромки воды, как раз там, где начинался прилив. Вода вздымалась, разбивалась и отступала обратно в океан. Белые лепестки, разбросанные по столу, колыхались на ветру, некоторые из них улетали в море вместе с приливом, наполняя соленый воздух ароматом роз. Ветер проносился по пляжу и трепал льняную ткань, надувая ее, как парус. Горели фонари, что добавляло настроения, но не отвлекало от мерцающих над нами звезд.
― Это идеально, ― пробормотала Тея. Она смотрела на меня сияющими глазами.
― Это прекрасно, ― поправил я ее. ― А идеальна ты.
Я потянул ее к нашему ужину. Тея застонала, когда ее ноги погрузились в песок.
― Я был прав насчет туфель? ― спросил я, улыбнувшись, когда она с энтузиазмом кивнула.
― Я буду ходить босиком до конца нашего отпуска. ― Она улыбнулась в ответ, и от ее взгляда у меня защемило сердце.
― Голая ― было бы лучше.
Но она рассмеялась.
― Я видела, сколько людей работает на этом острове. Я не уверена, что хочу расхаживать здесь голой.
― Они нас не побеспокоят. ― Я уже позаботился об этом. ― Персонал возвращается на Кубу.
― О. ― Она сглотнула. ― А Селия?
Я кивнул.
― Охрана оцепит периметр. Я уже договорился о еде. Это место полностью в нашем распоряжении.
Она прикрыла глаза, ветер разносил ее сладкий аромат.
― Что мы будем делать здесь одни?
Она закинула удочку, и я заставил себя не броситься на нее. Сначала мне нужно было позаботиться о ней.
― Давай поедим, и я расскажу тебе, любовь моя.
― Я не голодна.
Я приподнял бровь, уличая ее в блефе, и она застонала.
― Это так нечестно. ― Но она не сопротивлялась, когда я подвел ее к столу.
Я выдвинул стул и помог ей сесть. Тея пошевелила пальцами ног на теплом песке и счастливо вздохнула, глядя на пиршество перед нами. Благодаря моему личному шеф-повару это были лучшие блюда островной кухни: севиче из свежих креветок мексиканского залива и авокадо в соке лайма, блюда со спелой дыней, устрицы в половинках раковин и шампанское на льду. Я наполнил ее тарелку едой, а затем налил бокал «Dom Pérignon».
― Что мы празднуем? ― спросила она, когда я сел напротив.
― Возможность побыть одним, ― признался я, и она покатилась со смеху.
― Я выпью за это. ― Она подняла свой фужер. Сделав глоток, она огляделась вокруг. ― Здесь так спокойно. Я чувствую себя так, словно попала в другой мир.
― Вот почему мне здесь нравится, ― сказал я, когда она начала есть с впечатляющим аппетитом. Может быть, Селия и правда что-то почувствовала. Но я бы знал это, если бы у Тея был ребенок. Я был уверен в этом.
― Я купил остров очень давно.
― Как он называется? ― спросила она между креветками.
Я улыбнулся, глядя, как она закатывает глаза, наслаждаясь едой.
― Я не помню. Я хотела дать ему имя, но это никогда не казалось мне важным.
― Что? ― Она отложила вилку. ― У него нет названия? Как твои лодки находят его?
― По координатам. ― Я рассмеялся.
Она показала мне язык. ― Хорошо, конечно. Но у него должно быть имя.
― Исла3 Тея? ― предложил я.
Она поперхнулась и покачала головой.
― Ты не назовешь его в мою честь.
― Ну, тогда я понятия не имею. ― Я сложил пальцы домиком и ухмыльнулся ей. ― Думаю, тебе придется дать ему имя.
― Мне?
― Он все равно твой, ― заметил я.
― Половина.
― Нет, он весь твой, ― поправил я. ― Все твое. Все, что у меня есть. Все, чем я являюсь. Все твое.
Мы смотрели друг на друга в свете свечей, размышляя о том, что обещали эти слова. Наконец она отвела взгляд. Посмотрев на стол, она нахмурилась.
― Что не так? ― Мрачно спросила я. Что я упустил из виду?
― Десерт. ― Она покачала головой и, вставая, бросила салфетку на стол.
― Это упущение, ― согласился я, пока она обходила стол. ― Может, мне позвать кого-нибудь? На острове еще есть персонал, который может принести что-нибудь сладкое.
Тея впилась зубами в нижнюю губу, задрала юбку сарафана и забралась ко мне на колени.
― Не нужно. Я знаю, чего хочу.
― И что же это? ― промурлыкал я.
Она улыбнулась, сверкнув маленьким клыком.
ГЛАВА 34
Тея
Я забралась к Джулиану на колени и улыбнулась, когда его руки скользнули по моей заднице и обнаружили, что на ней ничего нет. Он застонал, и его глаза мгновенно потемнели, став такими же черными, как небо над нами. Его ладони легли на мои бедра, и он погрузил пальцы в их мягкую плоть.
― Я, кажется, забыла взять нижнее белье, ― сказала я, трепеща ресницами.
― Кажется, на мне слишком много одежды, ― промурлыкал он, ― или ты собираешься только перекусить?
Я облизала языком клыки и улыбнулась шире. Я перестала пить кровь в Венеции ― не то чтобы мне вообще нужно было это делать, но там это казалось особенно опасным. А здесь? Я не могла придумать ничего более желанного, чем разделить кровь своей пары.
― Я хочу, чтобы ты был внутри меня… ― Я наклонилась ближе и провела губами по его уху. ―…во всех возможных смыслах.
Он повернул свое лицо к моему, оставаясь на расстоянии нескольких дюймов от поцелуя, и потянулся к ремню. Быстро расстегнув его, он освободил свой член и начал накачивать его кулаком. Джулиан сглотнул, прикусив нижнюю губу и продемонстрировав мне удлинившийся клык.
― Могу я присоединиться к тебе?
Мое нутро расплавилось от этого предложения. Единственное, что было более соблазнительным, чем вонзить в него клыки, ― это мысль о том, что его яд будет струиться по моим венам, когда я это делаю.
― Конечно, ― выдохнула я, опустив веки и наклонившись вперед, чтобы поцеловать его. Наши губы мягко соприкоснулись, и даже от этого легкого касания по мне пробежала дрожь желания. Он передвинул меня к себе на колени, позволив широкой головке своего члена скользнуть по моей изнывающей киске.
― Да… ― Прошептала я ему в губы, чувствуя, как он продолжает медленно двигаться. Я глубоко вдохнула, наслаждаясь моментом, перед тем, как мы будем обладать друг другом. Его запах вытеснил из моей головы все мысли, кроме него. Джулиан вошел в меня, и я задохнулась, вцепившись в его плечи, когда наши магии слились воедино.
  
Темнота наполнила его глаза, когда он повернул голову, предлагая свою шею, и я наклонилась вперед, вонзая в него свои клыки. Джулиан зарычал, отчего густая кровь на моем языке стала еще слаще. Через мгновение он присоединился ко мне, и я сделала паузу, чтобы насладиться восхитительным ощущением его укуса. Мои бедра дернулись, желая, чтобы он вошел глубже, пока пьет.