(Не)любимая жена (СИ)

Инквизитор поднял руку, и трибуны разом смолкли.
— Я узнал, — произнёс Аттар, и магическое эхо подхватило, усилило его голос, — что Ортан де Тайлерон, отец Гертана де Тайлерона, получил власть обманом. Он нанял ведьм, чтобы убить дракона моего отца, Орреда, чтобы не позволить ему стать королём. Также я выяснил, что боясь проклятия, король Ортан был причастен к гибели наших матерей. Гертан знал о деяниях отца и покрывал их. Учитывая вышесказанное заявляю: трон достался ему бесчестным путём. И вызываю его на бой. Да свершит Пресветлая Пара свой суд.
Пока он говорил, сзади принца появилась женская фигура в длинном плаще.
Ведьма, понял Аттар, даже не видя отсюда её лица.
— Этот человек, — ткнул принц пальцем в сторону Аттара, — сеет ложь, не подкреплённую доказательствами! Он подкупил ведьм, чтобы бесчестно отобрать у меня престол, за что пообещал им место в драконьем совете!
  
54
 
По собравшимся вокруг зрителям прошёл выдох. Я всматривалась в ведьму, пытаясь узнать. Кого это Гертан притащил?
— Госпожа Полария подтвердит, она передала мне весь коварный план! — добавил принц. Но я понятия не имела, кто такая Полария. Разве что… та седая?
Хотелось подбежать к Аттару, успокоить его. Показать, что я рядом.
— Вы поддерживаете лжеца! — хорошо поставленным, привыкшим командовать голосом провозгласил Гертан, указывая на драконов, собравшихся со стороны Аттара.
Но мой мужчина отозвался — спокойно, вкладывая магию в слова, создавая магическое эхо, чтобы каждому, кто пришёл сегодня сюда, всё было слышно:
— Меня поддерживают те, чьих женщин ты отобрал и использовал. Чьи дочери больше не смогут стать для кого-нибудь итерри.
— Давно ли ты печёшься об итерри, кузен? Давно ли сам всех убеждал, что это путь к порабощению мужчин?
— Итерри — лучшее, что случилось со мной в жизни, — просто отозвался Аттар.
Бросил на меня короткий, но такой наполненный взгляд, что сердце просто захлебнулось от безумной, бесконечной любви и нежности. Которую мы делили на двоих.
Я знала, что Аттар не дрогнет под напором принца. Но боялась, что ему нечего будет ответить. Доказательств-то действительно нет! Кроме слов Ширизы.
Но Аттар продолжил — так же твёрдо, едва насмешливо:
— И поскольку наши обвинения равнозначны, кузен, пусть решит суд Пресветлой Пары!
Аттар оголил меч и сделал несколько шагов вниз по лестнице.
Гертан явно растерялся. Похоже, не ожидал: думал, что Аттар начнёт оправдываться или пообещает найти доказательства.
Даже оглянулся на ведьму, которая, видимо, должна была свидетельствовать против инквизитора.
— Если вы поддержите его, — продолжил давить принц на массы, — он позволит ведьмам командовать нами!
— Ни один уважающий себя дракон, — отозвался Аттар, — не станет вмешиваться в ритуальный бой. Зря ты пытаешься спрятаться за их спинами.
Аттар подбирал очень верные слова. Ни один дракон не оказался «не уважающим себя». Никто не попытался встать на защиту принца. А некоторые, наоборот, направились на нашу сторону трибун.
Принц огляделся — даже отсюда, издали мне показалось, что жест вышел несколько нервным. Тоже оголил меч, сделал пару шагов навстречу инквизитору.
А после вдруг оттолкнулся от лестницы, превращаясь в дракона.
Это было ошибкой. В виде человека, принц наверняка должен отлично владеть мечом. Возможно, поединок вышел бы долгим, и возможно, принц восстановил бы свои позиции в глазах подданных.
Но он захотел взять неожиданностью, рассчитывал прыгнуть драконом на человека! Только дракон Аттара был проворнее и сильнее. И сам по себе, и — как я теперь знала — благодаря тому, что нашёл итерри.
В доли мгновения обернулся — меч, который он держал в руке, взвился магическим лучом. И он сиял ярче и был длиннее, чем у Гертана!
Ещё через несколько мгновений огромный чёрный с золотым дракон спикировал на жёлто-зелёного. С такой мощностью, что тот припал к земле. А мой чёрный зверь рухнул на него сверху, прижал лапами так, что вырваться оказалось невозможно.
 
Приставил меч-луч к горлу. Победно огляделся.
— Пресветлая Пара вынесла свой вердикт! — раздался чей-то голос. Кажется, того самого барона Сарцелиуса.
Аттар что-то сделал — я ощутила, почти увидела магический выброс. И вот уже перед нами на ристалище оказались два мужчины. Один держал меч у горла поверженного противника.
— Братья! — провозгласил Аттар, окинув собравшихся взглядом. — Как вы считаете, какой доли заслуживает Гертан де Тайлерон?
Вокруг ристалища началось шевеление. Драконы — сначала по одному, а потом все вместе, — ринулись на поле. Окружили принца и его кузена.
Следом двинулись драконессы, и я не выдержала, поняла, что безумно хочу туда, к Аттару. Когда я поднялась, Аттея тоже вскочила и бросилась вниз вместе со мной.
Драконы расступились, пропуская нас к победителю.
Тот оглядывал всех пристальным взглядом, ожидая ответа на свой вопрос.
— Он… брал наших жён и дочерей, — произнёс немолодой дракон с сединой в волосах.
За его плечами стояла брошенная виконтесса Ильир. Наверное, это был её отец.
В глазах виконтессы, обращённых к принцу, читалось столько ненависти, что мне стало не по себе!
Большинство бывших фавориток смотрели на поверженного сюзерена без жалости, лишь в паре лиц мелькнуло сожаление. И то, скорее, по тому положению, которого они добились, ублажая будущего короля.
Мужчины же недовольно загудели. Даже старикашка, что с радостью делился молодой женой, и то, оказывается, был не так уж и рад.
— Лишить… — начал кто-то, и остальные драконы подхватили:
— Лишить! Лишить его возможности прикасаться к нашим женщинам! Впредь портить достойных дев недостойным монарха поведением!
Признаться, не все высказывания были высокопарны — от некоторых у меня начали гореть уши и щёки. Похоже, драконов прорвало. Они кричали такое, что сразу стало ясно: видеть принца на троне больше не желают.
Тот лежал на земле и слушал всё это. На какие-то мгновения мне даже стало его жаль. Пока не вспомнила, как он пытался залезть ко мне под юбку. Как пришлось варить и пить снадобье, чтобы все драконы унюхали у меня женские дни!
— Аттар! — вдруг откуда ни возьмись к нам протолкалась Габелия. — Твои слова про итерри прозвучали так… сильно. — Как же я рада, что ты победил! Теперь мы…
  
55
 
— Мы? — поднял бровь Аттар, и она вмиг замолчала, бросив на меня быстрый, злой взгляд. — Ты служила принцу Гертану. Предательства я не прощаю. Мои слова не имеют к тебе ни малейшего отношения. И сражался я не за тебя.
Он крепче сжал мою руку, побуждая подойти, встать рядом.
— Вижу, вы уже выбрали себе нового правителя, — раздался голос ведьмы, и я узнала её.
Действительно, та седая стерва, которая так легко говорила про убийство Мелиссы! Вещает с трибуны Гертана, всё ещё пытается что-то выиграть.
— И вас не заботит то, каким способом он пробрался на трон? — не отступала седая. — Что он прячет у себя серьёзное оружие ведьм?
Голоса притихли, Аттар напрягся. Это она о Мелиссе, что ли?!
— Ваш истинный король собирался предотвратить это!
Уж не Лиську ли пообещал ей выдать, урод?!
— Достаточно, Полария, — раздался сзади, со стороны нашей лоджии, совсем другой голос.
Сердце встрепенулось: я узнала Ширизу. Всё-таки пришла!
— Ты давно вела к этому, разве нет? — Полария сделала шаг, и тут же, с истинно ведьмовской скоростью, оказалась рядом с нами. Будто и правда подлетела.
Через миг Шириза стояла напротив неё, чуть в стороне от Аттара.
— Да! — согласилась она. — Потому что пора прекратить вражду.
— Хочешь стать Верховной над всеми ведьмами? — презрительно бросила седая.
— Если потребуется! — отрезала Шириза. — То, что творят некоторые из вас, выходит за грань. А ведьмы, способные убивать детей ради силы — подлежат изгнанию из Ковена! Но ты ведь готова оправдать даже убийство ребёнка, да, Полария? Не везде чтут старые заветы.