(Не)любимая жена (СИ)

— Фамильяр мог… — я замолчала от внезапной мысли.
— Что? — отреагировал он на мой взгляд.
— Я вдруг поняла, что никогда не видела её фамильяра. Да, им могут дать другое задание или оставить дома, но это странно. Это означает, что или он слишком маленький, или… может менять внешность? Она его скрывает?
— Или у неё вообще нет фамильяра?
— Это… большая редкость.
Мы уже приблизились к дому ведьмы, и разговор пришлось прервать. Но я как могла попыталась передать мысль Фиссе: «Ищи фамильяра!»
Вокруг дежурили всё те же драконы в формах. Почему-то казалось, что они все смотрят, смотрят на нас и знают, что между нами сейчас происходило!
Но Аттар шёл так уверенно — и меня тоже потихонечку стало отпускать.
В доме на этот раз горели окошки — внизу, в лавке. Когда мы вошли, Райния была там. Стояла за стойкой, сзади которой виднелись пучки трав и разнообразные баночки со всем, что может понадобиться ведьме — от прозрачных стеклянных до глухих жестяных.
Ведьма глядела настороженно и устало. Проводила взглядом Фиссу, которая, ворвавшись, решила облететь лавку.
И тут я не выдержала. Подалась вперёд, ощущая, как сами собой сжимаются кулаки, а на глаза набегают предательские пекучие слезинки:
— Как ты могла?!
  
32
 
Аттар придержал меня за локоть, недовольно поморщившись.
— Меня в чём-то обвиняют? — устало уточнила ведьма, и мой запал ощутимо подтаял. Она перевела взгляд на инквизитора, и тот вдруг снова сделался таким сильным, таким страшным, таким могущественным!
Не верилось, что это он мне так тихо шептал на ухо, вытаскивал из ванны, вытирал полотенцем…
— Расскажите всё, что знаете, о деле Деналь.
Ведьма огляделась, будто не доверяя собственным стенам. Аттар сощурился, в тёмных глазах сверкнуло что-то нехорошее, как если бы он понял ведьму без слов.
Инквизитор достал из кармана небольшую коробочку всё с тем же знаком огнедышащего дракона. Раскрыл — в ней зазвучала музыка, странная, будто усыпляющая. Внутри клубился фиолетовый туман, потом из него показались несколько прозрачных камушков.
Высыпав на ладонь, инквизитор зажал их в кулаке, шепнул что-то, а после бросил в воздух. Камушки, продолжая издавать незнакомую тихую мелодию, разлетелись вокруг нас. И вдруг меж ними начал натягиваться тонкий, почти невидимый купол — и я сообразила, что это защита от прослушивания! Ещё один артефакт, который используют в инквизиции!
— Говорите, — произнёс Аттар.
Ведьма кивнула понимающе.
— Вряд ли я расскажу вам что-либо новое.
— Из-за вас погибли мои родители! — не выдержала я. — Вы улыбались им в лицо, мне в лицо, а за спиной…
— Твои родители применили магию! — перебила ведьма. — И как добропорядочная гражданка, я должна была доложить об этом. Но не стала. Сомневалась, не могла решить, что делать. Не я — артефакты всё равно засекли бы рано или поздно. Не знаю, использовал ли Раоль это, чтобы подняться на статусной лестнице, или действительно случайно сболтнул не там, где нужно. Но информация была услышана.
— Но это не всё, правда? — Аттар упёрся ладонями в стойку.
Фисса тихо кралась вдоль стойки, прислушиваясь. Но ведьма её не видела.
— Понятия не имею, о чём вы… — произнесла прохладно.
Тут моя кошка сиганула и со всего размаху прижала что-то к полу.
Вскрикнув, ведьма вдруг начала задыхаться.
— Отпусти… — прохрипела.
Аттар перевёл на меня вопросительный взгляд.
— Её фамильяр — мышь, — произнесла я.
У нас не принято насмехаться над чужими фамильярами. Поэтому я сдержала на языке колючие слова о том, что фамильяр точно отражает её паршивую душонку!
Фисса взвизгнула — мышь попыталась укусить её, и меня будто ударили током. Сразу вспомнилось, что она только-только исцелилась, и что сил набираться неоткуда, и…
Но кошка победно прижала мышь к полу.
— Что ты знаешь о контракте, — грозно произнёс Аттар, подавшись вперёд. Он не говорил, о каком именно, но ведьма, кажется, поняла.
Ожидая от ведьмы подвоха, я наоборот, опасалась приближаться к стойке, стояла чуть позади него.
 
— Знаю, что Лира ему нравилась, — произнесла она, глянув на меня.
Я презрительно фыркнула: какое мне до этого дело? Слышать о нём ничего больше не хочу!
— Однажды он пришёл ко мне с контрактом, — вздохнув, продолжила ведьма.
— С моим… — пробормотала я.
И ведь я сама давала ему контракт мадам Пенни, чтобы изучил, чтобы проверил, что там всё честно! А он? Понёс его к ведьме?!
— Зачем? — рыкнул дракон.
— Он должен был уговорить девушку отдать девственность дракону. И после ночи дракон оказался бы привязан. Я не хотела в это встревать! Но есть предложения, от которых невозможно отказаться.
— Принц Гертан, — процедил сквозь зубы Аттар. — Он поспешил. Думал, мы уже… — инквизитор замолчал, но я и без слов поняла. Думал, что Аттар уже привязан, хотел лично убедиться, ещё и закрепил приказом жениться!
Или наоборот, когда понял, что ещё ничего не было, разозлился и приказал?
— И зачем? — не поняла я.
— Этого я не знаю, меня в планы никто не посвящал, — отозвалась ведьма. — Возможно, полагал, что на одинокую девушку из опальной семьи проще оказать влияние. А может, знал нечто, другим неизвестное, — от взгляда, который она бросила на меня, по телу прошлась волна обжигающего, муторного озноба.
Показалось, ведьма тоже знает… много чего знает — о прошлом моей семьи, о том, что моя семья может быть связана с королевской…
Ох, зачем мама с папой прибежали сюда, в столицу? Лучше бы скрылись в самом дальнем селении! Она так надеялась, что отказавшись от прошлого, сможет построить новую счастливую жизнь… Но похоже, прошлое догнало её.
А потом я ужасно испугалась: вдруг ведьма сейчас расскажет всё Аттару, и он возненавидит меня! Нет, пожалуйста, только не так, ведь мы и без того скоро расстанемся!
— Отпусти Маньку, — произнесла она, и я попыталась передать Фиссе мысленный посыл.
— Как? — твёрдо перебил Аттар. — Как должно было сработать заклинание? Даю слово, это останется между нами. Но мне нужно знать!
— Разумеется, это останется между нами, — хмыкнула ведьма. — Вы же не планируете свергать короля?
Думаю, Аттар мог бы испортить ведьме жизнь сотней других способов. Но он благородно не стал об этом напоминать.
— Какое было заклинание? — повторил. — Объясните Делире, как его снять.
— Очень просто, — отозвалась ведьма. — В контракт вплетён её волос. Вам достаточно найти и разорвать его. Даже самая слабая ведьма легко обнаружит собственный волос, сколько бы иллюзий его ни скрывало.
И всё? Вот так просто? Я найду волос, и Аттар освободится? И мы расстанемся? И не будет больше этой страсти? Не будет… ничего?
Фисса всё-таки отпустила мышку и на мягких лапах приблизилась ко мне. Оттолкнулась от пола, чтобы спланировать на моё плечо. Будто ощутила внезапно охватившую меня тоску.
— Благодарю, — произнёс дракон.
Ведьма кивнула.
— Вы не числитесь среди родственников Раоля Жалпена, — добавил вдруг.
— Мой брат не ведьмак, с детства полностью лишён силы. Он очень рано покинул ковен, жил у приёмных родителей. Когда я переезжала сюда, он обещал помочь обустроиться на новом месте. Только с одним условием: чтобы никто не знал о нашем родстве. У него фамилия и родословная приёмных родителей, и мне жаль, что из-за всей этой истории всплыла правда.
Райния тяжело вздохнула, бросила на Аттара взгляд, в котором удивительно перемешались просьба и недоверие.
— Раоль и вам подгадил, — не удержалась я.
— Не трогайте мальчика, он пешка в этой игре, — попросила ведьма, даже не взглянув на меня — глядя только на Аттара. Подалась вперёд, коснувшись стойки со своей стороны, будто прокладывая хрупкий мостик к тому, в чьих руках сосредоточено столько силы и власти в Нерре.
Мальчика? Странно было слышать это по отношению к Раолю. Нет, конечно, для сестры его отца он всегда будет мальчиком… Но если участь, что Аттар ненамного старше, то я предпочту мужчину!