(Не)любимая жена (СИ)

Инквизитор осторожно лёг рядом, обняв её со спины.
Внутренний зверь удовлетворённо затих, принюхиваясь и наслаждаясь ароматом.
Делира тоже притихла, замерла, словно боясь пошевелиться, повернуться и посмотреть ему в лицо. Дыхание восстановилось, сделалось ровным — а после медленным и размеренным. Девушка заснула.
Аттар притянул, властно прижал её, с удивлением понимая, что не хочет уходить.
Обычно его раздражали женщины в постели. Редко кому из них он позволял остаться — если ночь была достаточно хороша. Но чаще намекал, что у него ещё дела, и мягко, но настойчиво выпроваживал.
А сейчас его даже не смущало, что он не в своей привычной постели. Лежал, перебирал её волосы, осторожно поглаживал упругую девичью грудь под тонкой тканью. И не хотел отпустить, убрать руку.
В кресле возле кровати сидела купленная днём кукла, и это почему-то вызывало у него нежность. Такая забота о сестре… а ведь Делира и сама ещё юна и наивна!
В голове вяло шевелилась мысль, что это всё из-за ведьмовской привязки. Просто дракон так реагирует на девушку. Но мужчине было слишком хорошо, чтобы размышлять об этом.
Потом, когда они проведут ритуал, всё пройдёт. А сейчас вдруг захотелось насладиться этим странным приятным чувством, которого инквизитор никогда не испытывал.
Он так и лежал остаток ночи. Почти не спал — чутко дремал, как умеет только дракон, охраняющий своё сокровище.
Лишь под утро поднялся, чтобы привести себя в порядок. Хотя, если признаваться себе совсем честно — просто не готов был проснуться рядом с ней. Показать ей эмоции, совершенно не нужные здесь и сейчас.
В отличие от дракона, человека вполне устраивал контракт. Ну и небольшой бонус в виде вкусной девственницы напоследок — побаловать себя и своего внутреннего зверя. Когда угроза привязаться навсегда останется позади.
* * *
Приятную негу, в которой я проспала всю ночь, во время пробуждения прострелило воспоминанием, осознанием случившегося.
Дракона уже не было — хотя когда я засыпала, казалось, он лежал рядом. Но я глянула, не увидела, и зарылась лицом в подушку, умирая от смущения.
Это что он вчера вытворял? И как я заснула, когда он оставался в моей постели?!
И неужели… он не стал ничего требовать.
И… почему, шерс возьми, почему мне было так приятно?! Почему так понравилось, что хочется испытать это удовольствие ещё раз?
Сердце колотилось, между ног снова сделалось горячо и влажно. И я поспешила в ванну: прийти в себя, собраться с силами. Понять, как теперь смотреть в глаза дракону.
Что он вообще обо мне подумает?!
Долго, очень долго уговаривала себя выйти к столу. Все платья казались развратными — я надела самое длинное, из тонкого синего бархата, с небольшим вырезом на груди и без всяких разрезов. Единственное, что оно открывало — руки.
Дракон невозмутимо жевал, будто не он ночью этими самыми губами…
Пресветлая Пара!
— Доброе утро, Делира, — как ни в чём не бывало поздоровался Аттар.
Я слегка поклонилась, судорожно соображая, как теперь с ним разговаривать — на «ты» или на «вы»?
— Есть новое о ведьмаке? — спросила, садясь за стол, лишь бы что-то спросить. Лишь бы не молчание, не его взгляд, заставляющий меня вспоминать прошедшую ночь.
— Расскажите о пятне в виде фамильяра, — не знаю, то ли он поддержал разговор на нейтральную тему, то ли действительно захотел углубиться.
Ну, по крайней мере, с обращением определились. То, что можно позволить себе ночью в постели — не переходит на дневное общение.
— После гибели фамильяра какое-то время их энергия остаётся с ведьмами. Если уметь, ею можно воспользоваться… или направить.
Аттар кивнул — похоже, он уже тоже выяснил это.
— Но след всегда остаётся, — добавила я. — И изменить форму практически невозможно.
— Фамильяр исчез, когда я убил его, — произнёс инквизитор.
— Да, они исчезают. Они ведь магические создания. Как и ваши драконы, — не знаю, что дёрнуло меня это сказать. Но, по крайней мере, говорить о чём-то постороннем было легче, чем постоянно возвращаться мыслями к прошлой ночи.
 
Инквизитор снова кивнул:
— Возможно, ваша привязка с драконом сродни связи ведьм с фамильярами? У вас есть ритуалы освобождения фамильяров?
— Нет, у нас такого нет, — замотала я головой. — Он же погибнет, если потеряет связь с семьёй! Только сила семьи, крови питает фамильяра!
Отчего-то сделалось обидно, даже больно. Ночью он так нежно ласкал меня, а сейчас снова говорит о разрыве нашей связи!
Я оборвала сама себя: мне бы тоже поскорее разобраться с этими привязками и вернуться к Мелиссе!
— Расскажите… о своей семье? — произнесла, откинув волосы назад. — Я ничего не знаю о вас, как же мне понять дракона?
  
23
 
— О семье, — мрачно отозвался Аттар.
Какое-то время рассматривал меня, словно решая, нужно ли мне знать такие подробности, или в нашей ситуации это совершенно лишнее. После всё же произнёс:
— Когда мой отец, принц Орред, лишился зверя, я был слишком мал. Поэтому не знаю, что послужило причиной. Он даже ездил к ведьмам. К небезызвестной тебе Ширизе, но те ничем не смогли помочь. Возможно, если бы он дождался, пока я выросту, рассказал бы, но…
Аттар сжал зубы, привычно чуть двинул челюстью. А я слушала с замиранием сердца. Чувствуя, понимая, насколько тяжело ему говорить об этом — каким бы ровным внешне он ни казался!
— Мы с принцем Гертаном были ещё подростками, когда наши матери погибли. Отец Гертана, король Ортан, устроил какой-то большой выезд на природу. Считается, произошёл несчастный случай, но лично я там не присутствовал. А отец… после этого совсем сдал. Ходил, словно не в себе, а потом и вовсе ушёл. Я думал, что он снова отправился к ведьмам, но найти его не смог.
— Несчастный случай… — пробормотала я, как-то слишком уж странно всё смотрелось.
Аттар лишь пожал плечами.
— А до того, как лишился зверя, он мог рассчитывать на престол? — спросила я.
— Разумеется.
— А мама… чему-нибудь угрожала?
Аттар остановил меня предупреждающим взглядом:
— Не смей даже думать о том, о чём ты сейчас думаешь. Во дворце принца Гертана запрещены подобные намёки. И нет, после того, что случилось с отцом, наша ветвь лишилась права наследования. К тому же, погибла и королева Заньина, мать Гертана, как я уже говорил. К сожалению, несчастные случаи случаются.
— А у ваших отцов не было какого-нибудь третьего забытого брата?
Что-то во всём этом казалось странным, неправильным. Словно стоит оглядеться — и поймаешь за хвост логичное решение загадки.
— Нет! — отрезал Аттар. — Делира, ты хочешь понять моего дракона, или встрять в интриги королевского двора?
Я смутилась бесцеремонному напоминанию.
Действительно, какое мне дело до того, что у них творится? Я здесь ненадолго, и уж точно не собираюсь ни во что встревать!
Замолчав, я принялась за еду. Аттар тоже вспомнил о тарелке, доел свой завтрак. Поднялся:
— У меня ещё много дел. Ты снова поедешь в свой дом?
— Никак не могу понять, мы на «ты» или на «вы».
— Как больше нравится, — хмыкнул инквизитор. — Помни, что сегодня ужин с принцем. Я заеду за тобой пораньше, а сейчас нужно поспешить, чтобы успеть освободиться вовремя. Сатр уже ждёт тебя, как будешь готова — отвезёт, куда скажешь.
— Спасибо, — улыбнулась я, глядя вслед удаляющейся широкой спине.
М-да, такими темпами с драконом не сблизиться… А время-то проходит, мне к Мелиссе нужно возвращаться!
Ладно, пока займусь поиском заклинаний… и, возможно, ещё каких-нибудь заметок о нашей семье.
Так захотелось побыстрее взяться за дело, что я наскоро доела. Привела себя в порядок, решив не тратить время на переодевания. Причесала мягкие волосы куклы, с которой не смогла вчера расстаться.
Надеюсь, репутация инквизитора не пострадает, если её найдут в его покоях! Потому что от взгляда на полупрозрачную ночнушку меня снова бросило в жар.