Беспринципный (ЛП)

Но обернется все, о чем мечтается, правдой.
Ведь вся моя карта желаний состояла из одной фразы «Я есть…»
Я рада, что больше не бедна.
Я благодарна за то, что я миллионер, который ни в чем не нуждается.
Я благодарна судьбе за то, что путешествую по всему миру.
А еще была та версия, за которую я отдам жизнь скорее, чем позволю кому-либо ее увидеть.
Я благодарна за то, что меня безмерно любит кто-то особенный.
Я сделала мысленную заметку добавить, что я благодарна за стейк, который я съела в шикарном ресторане, в начало моего списка благодарностей. Может быть, мне нужно было чаще конкретизировать свои желания. Если хорошенько подумать, я думаю, что гуру счастья упоминал именно об этом. В то время я работала, так что, возможно, некоторые детали ускользнули от меня в связи с невнимательностью.
Этот гуру счастья никогда не говорил конкретного времени, когда эти вещи должны начать сбываться. Я чертовски надеялась, что это произойдет скоро. Этот бифштекс выглядел так аппетитно. Если кому-то из людей там за стеклом понадобится почка, я обменяю свою на бифштекс. Насколько я знала, обе мои были довольно здоровыми.
Кроме того, какая надобность в двух почках, если для жизни людям хватает и одной? В свете этой перспективы я не была жадиной, и если кто-то нуждался бы в моей помощи в обмен на хорошую еду — хотя бы раз в жизни — я бы оказалась там именно для этого.
Еще вчера.
— Эй!
Я обернулась на звук голоса, крепче вцепившись в лямки своего старого кожаного рюкзака. Обычно я не оборачивалась, но голос был близко, и отражение в стекле, казалось, смотрело прямо на меня.
— Вы ко мне обращаетесь? — спросила я.
— Да, — сказал он. — Убирайся отсюда на хрен. Ты пугаешь наших клиентов. Уставилась в стекло, как какой-то жук с широко раскрытыми глазами, который только и ждет, чтобы его раздавили.
Хотя его слова ранили меня до глубины души, потому что я понимала, что он знает, что я мечтаю о еде за стеклом и не имею возможности даже насладиться гамбургером из какого-нибудь фастфуда, не говоря уже об этом пятизвездочном ресторане, я расправила плечи и прищурилась, глядя на него.
— Интересно, что ты и твои люди сделают со мной?
— Если ты не уйдешь, я попрошу охрану сопроводить тебя туда, где ты сможешь найти то, чего ищешь. К мусорным бакам.
Если бы у меня еще оставались слова, я бы, конечно, все высказала этому закулисному шутнику.
— Я не делаю ничего плохого! Я пытаюсь решить, хочу ли я зайти перекусить. — Ложь. — Но учитывая, что ваш ресторан, вероятно, полон таких же крыс, как и вы, я, пожалуй, пас.
И подумать только, я была готова обменять почку на один из его паршивых бифштексов. Мне нужно было немного повысить свои стандарты, прежде чем подобные мысли овладеют мной окончательно и появятся в моем дневнике желаний. Кто знает, когда это дерьмо сбудется? Скорее всего, я буду должна этому мудаку почку за бифштекс.
Он согнулся пополам и расхохотался. Затем он внезапно остановился и указал мне за спину.
— Я не собираюсь повторять тебе это дважды, Принцесса мусорных баков. Убирайся отсюда к чертовой матери или…
Слова замерли у него в горле, когда к ресторану подъехала дорогая черная машина и припарковалась перед ним, словно тот, кто был внутри, был здесь хозяином. Как будто он был королем мира. Я не могла сказать, был ли водитель мужчиной или женщиной, но что-то в этой немой сцене указывало на то, что все-таки мужчиной. Со склонностью к доминированию.
Я подумала о том, чтобы уйти, прежде чем таинственный мужчина выйдет, но так как умник все же заткнул свой рот, я ждала, чтобы увидеть собственными глазами, что будет дальше.
Умник почти подбежал к шикарному автомобилю и поздоровался с мужчиной — это был мужчина. В голосе умника сквозило желание угодить, полная противоположность тому, как он разговаривал со мной.
Умник продолжал болтать, когда мужчина ступил на тротуар и направился прямо к двери ресторана. Я знала не так уж много мужчин, но этот… Не солгу, если скажу, что я не могла оторвать от него взгляда.
 
Под тем, что, без сомнения, было сшитым на заказ костюмом, у него, вероятно, было больше мышц, чем я могла сосчитать. Он был высок, широкоплеч, с черными, как смоль, волосами и смуглой кожей. Нос у него был угловатый, как и форма лица. Его губы были полными. Я хотела бы увидеть его глаза, но они были скрыты под солнцезащитными очками, которые, вероятно, стоили больше, чем я имела за последние три года.
Я чувствовала запах его одеколона — цитрусовый с легкими нотами сандалового дерева, — и это было похоже на глоток свежего воздуха в этом городе, где слишком много людей и слишком много мусорных баков. Он пах так, как я представляла себе океан — экзотическое место, где можно затеряться. Мужчина шел с таким важным видом, что я была уверена, — это владелец ресторана. Может быть, даже владелец тротуара под ним.
Умник открыл дверь ресторана для человека в костюме, и прежде чем они оба вошли внутрь, мужчина в костюме остановился. Две женщины в дорогих платьях проскользнули мимо него и умника, который приветствовал их с широкой улыбкой на лице и рукой, приглашающей их войти внутрь.
Один. Два. Три. Четыре. Через пять секунд после того, как женщины вошли, мужчина в костюме повернулся ко мне, и я выдохнула, не осознавая, что задержала дыхание.
Да чтоб меня.
С этого ракурса он выглядел еще привлекательнее — в полный рост. Единственное сравнение, которое пришло мне на ум, было сравнение лобового столкновения с огромной волной, возникшей из ниоткуда. Он унесет меня с приливом, с которым я не могу бороться, так как понятия не имею, как плавать, а затем разобьет меня, его силы хватит, чтобы швырнуть меня о скалу.
И это было легко. Разбить меня не составило бы труда.
Умник втянул воздух, когда понял, на кого уставился человек в костюме. Его лицо приобрело оттенок красного, характерный для сырого мяса. Может быть, из-за моей реакции на то, что умник смерил меня убийственным взглядом, мужчина в костюме посмотрел сначала на меня, потом на него.
— Прошу прощения, сэр, — сказал умник. — Я вот-вот…
Человек в костюме поднял руку и оборвал его, прежде чем тот успел произнести еще хоть слово. Я не могла вынести того, как напряженно мужчина в костюме изучал меня из-под очков. Я знала, что он изучает меня по тому, как реагировало мое тело. Прошло немало лет с тех пор, как я чувствовала себя… беззащитной в чьем-то присутствии.
Осужденной. Приговоренной. Высмеянной. Изгнанной.
Я посмотрела себе под ноги, играя с лямками рюкзака, и почувствовала себя еще хуже, когда мои глаза наткнулись на теннисные туфли. Они были на два размера меньше. Пальцы моих ног прижимались к ткани, почти прорвав ее, и иногда я думала, какое это, наверное, будет облегчение, когда туфли порвутся, потому что пальцы болели. Они были в пятнах от кровавых мозолей на моих ногах. С другой стороны, если бы у меня не было этих туфель, у меня не было бы почти ничего. У меня не было денег, чтобы купить подержанную пару, что уж говорить о паре новых туфель.
Я благодарна, что у меня есть обувь, которая подходит мне по размеру — шкаф ломится.
Подробности я расскажу позже, когда вернусь домой и смогу обдумать то, что мне больше всего нравится.
Я также благодарна за то, что эта бейсбольная куртка подходит к проклятым теннискам. Сегодня я ничем не отличаюсь от других.
Это было все, за что я должна быть благодарна в данный момент, что-то полностью мое и вместе с тем стоящее.
 
А, ладно, вернемся к парню в костюме.
Я хотела поднять глаза, бросить ему вызов, заставить его судить меня, чтобы я могла дать ему взгляд «видишь, как сильно меня волнует твое мнение» — пфф — но я не могла заставить себя снова встретиться с ним взглядом. Мои щеки были краснее помидора. Капелька пота скатилась по моей груди, в ложбинке меж грудей, и я внезапно остро ощутила свое тело. Это было волнительно!