Проклятие Ильича (СИ)
— Считай! — рыкнул он на вертящегося рядом судью.
— Нет фиксации! В стойку, — хлопнул его по руке продажный судья.
Да, чтоб тебя! Сволочь, чтоб ты свисток проглотил! Крекс-фекс-пекс! Ой, мать вашу! Чего натворил!
Судья свистнул и закашлялся. Свалился на землю и стал синеть, Хватаясь за горло. Нет. В руке свисток. Блин. Твою же налево. Свисток сломался, от него отделилась чёрная пластмасска полукруглая, и, видимо, шарик попал в рот и дальше не в то горло. Да ещё и с этим куском свистка. Приличная такая дырка вместо этой полусферы.
Левин всё это в мгновение оценил и тоже бросился к судье, хотел обхватить за руки сзади и встряхнуть, как в фильмах показывают. Не дали, второй судья и врач оказались у крутящегося и выгибающегося на ковре бедняги раньше. Они перевернули его на живот и потом стали стучать по спине. Да хрен там! На глазах мужик синел, уже и дёргаться почти перестал. Левин оттолкнул второго судью и попытался всё же приподнять тело, но получил удар в бок от Левицкого. Что за хрень? Умрёт же дядька. Удар в чухальник он за своё судейство и дисквалификацию, может, и заслужил, но вот смерть…
Левин снова рванулся к судье, хрипящему на ковре.
— Поднять нужно! Он куском свистка подавился! — закричал Владимир Ильич, но опять был остановлен Левицким. Дебил, блин.
В это время принесли носилки доктора и унесли беднягу. Точно помрёт. А скорая откуда? А, ну да — на соревнованиях должна быть.
Соревнования прекратились. Судьи и тренера ушли из зала вместе с докторами и долго не возвращались. Владимир Ильич отправился в свой угол на ковре и, скрестив ноги, сел на него. Хотел дыхание и спокойствие восстановить. Не получилось. Только глаза прикрыл.
— Ты кто такой? — напротив стоял Михайло.
Как там у мужа Анжелики Варум?
— Ты не бойся, я хороший, хоть на вас и непохожий.
Непохожий на тебя, непохожий на меня,
Просто так прохожий — парень краснорожий, — пропел Левицкому Левин.
Фамилии похожие. Отсюда ассоциация.
— Что⁈ — выпучил глаза ветеринар будущий.
— Я есть Грут.
Так лучше?
— Что⁈
— Сами мы не местные, отстали от поезда, поможите на билет, кто сколько может.
— Что⁈ Ты дурак, пацан? — отошёл от него Михайло, махнув рукой.
Если честно, то шутить не сильно хотелось Владимиру Ильичу. Ведь после ситуации с прыщавыми деревенскими парнями дал себе зарок держать этот свой дар в узде. И при первом же поводе воспользовался. Теперь ещё понятнее стало, как работает его проклятье. Его нужно сильно разозлить. И этот крекс-фекс-пекс тогда сам получается. Просто не думал о последствиях. Нужно будет попробовать на каких-нибудь мышах или тараканах, решил Владимир Ильич. Додумать не дали.
— Товарищи, продолжаем соревнования, — булькнул хрипящий динамик. — Судью Карпенко увезли в больницу. Его заменит на турнире судья республиканской категории Востриков. Схватка между мастером спорта международного класса Левицким и Костиным продолжится. Время с начала схватки сорок пять секунд. Соперники на центр ковра.
Событие пятьдесят девятое
Если ты упал семь раз, встань восемь.
Не важно, будешь ли ты лучше кого-то. Важно, будешь ли ты лучше, чем вчера. Дзигоро Кано — создатель дзюдо и основатель школы Кодокан
— А говорил, что круче крутого яйца, — к лежащему на полу Владимиру Ильичу подсел на корточки председатель колхоза Рыжов.
Левин вымотался так, что мушки чёрные перед глазами летали — порхали. Еле доплёлся до скамейки после схватки и закатился под неё. Сам. Нужно было лечь, явное кислородное голодание мозга началось, ещё бы десяток секунд — и на ковре отключился. Не успел организм Костика старый тренер подготовить к таким напряжённым схваткам. Тупо времени не хватило. Хорошо хоть это успел, всё же операция была не простой, да потом ещё нагноение раны началось, долго заживала. А если по чесноку, то всё же слабоват был реципиент, явно не уровень чемпиона мира. С колхозниками и прочими студентами ветеренарными Левин бы справился. А тут чёрт принёс Левицкого. И это ещё хорошо, что Левицкого, Владимир Ильич его манеру борьбы знал, но, как ни крути, а шесть-семь килограмм веса разницы! И это не жирок на животе, а мышцы, длина рук и рост. Сплошные преимущества.
Сам Левицкий сдох не менее Костика. Оба последнюю минуту тупо ходили друг вокруг друга и активность пытались демонстрировать, чтобы предупреждение не получить. У обоих по одному уже было. Брали захваты, срывали, дёргали легонько. Понимали, что предстоит схватка в финале и просто тянули время, ожидая свистка. Закончилась схватка со счётом пять — три в пользу Левицкого. И это не давало ему вообще никаких преимуществ перед проигравшим Квасиным. В самбо в начале турнира не олимпийская система и не на выбывание. Придумали апологеты самбистские странную систему штрафных баллов. Нужно набрать шесть, и тогда ты выбываешь. За проигрыш дают четыре, за победу по очкам — два. В результате у Квасина четыре штрафных балла, а у Левицкого — два. Проигрыш в любой следующей схватке — и ты выбываешь. Правда, всё же Владимиру Ильичу чуть сложнее — ему, чтобы дойти до финала, все остальные схватки нужно выигрывать либо за явным преимуществом, либо болевым приёмом. Тогда штрафные баллы не начисляются.
— Угу. Не вечер ещё, Николай Петрович. Будет ещё и у нас в колхозе праздник. Русские не сдаются, — пересохшими губами с закрытыми глазами, чтобы мушек не видеть, прошептал Левин.
— Водички тебе дать? — в голосе Рыжова не сарказм, а участие.
Переживает, и не за призовое место колхозника, а за самого Костика.
— Сам попозже, сейчас полежать надо, — отказался Левин.
Выпитая сейчас вода на пользу не пойдёт. Душ пойдёт, но до него ещё доползти надо. Сейчас просто нужно отдышаться и в себя прийти.
— Лежи. Не простынь, холод по полу от двери несёт. Пойду смотреть Снегирёва, на ковёр вызвали.
За тренера Владимир Ильич не беспокоился, ему в первой схватке будет противостоять не чемпион мира, а пацанчик со вторым разрядом. Его у товарища и нет. Так, написали, чтобы до соревнований допустили. Без второго разряда не пропустят.
К следующей своей схватке Левин почти восстановился. Когда продышался, то сходил в душ, постоял пару минут под очень горячей водой, разминая пальцами мышцы рук. Потом включил на всю мощь холодную воду и тоже простоял пару минут. И растёрся до красна вафельным полотенцем. Вещь, в будущем такого и не добудешь. Там всё больше тонкие китайские с вываливающейся махрой.
После этого контрастного душа Владимир Ильич выпил стакан компота переслащённого и полежал снова. Объявляли новые схватки и победителей, но Левин не реагировал. Его пацаны предупредят. Или Снегирёв, справившийся со своим первым противником за минуту: сначала на удержание приём перевёл, а после и «отломил» руку. Подходил, похвастался. Заодно сообщил, что Костику не повезло и во второй раз. Его поставили с мастером спорта в паре. Однозначно, кроме отправленного им в больницу судьи, и главный судья болеет за Левицкого. Больше ничего сделать не может, так подставил Квасину очередного сильного соперника в надежде, что уж в этот-то раз если и не проиграет этот вундеркинд никому неизвестный, то выиграет только по очкам и вылетит из дальнейшей борьбы.
— На ковёр приглашаются борцы в весовой категории семьдесят четыре килограмма: Константин Квасин, второй разряд, и Михаил Капустин, мастер спорта СССР.
Блин, опять Михайло.
Глава 24
Владимир Ильич
Событие шестидесятое
Людям, которые влюбляются с первого взгляда, нужно хорошенько обследовать свои глаза и проверить зрение.
Разлука усиливает любовь… или у него к другой, или у вас к другому. Законы Мерфи