Шоу "Невеста для вампира" (СИ)

— Это и так понятно.
— Нет никаких следов, понимаешь? Будто действует призрак, — признался Вианор.
— Или тот, кто лишил себя возможности оставлять отпечатки, — предположил Илай.
— Убийство Келли было обставлено так, словно ее растерзал оборотень, — помолчав, сказал Вианор. — Слюна, следы от клыков — все присутствовало. Не рассчитали лишь силу сжатия челюсти, собственно, с этого промаха и стало понятно, что это инсценировка, но очень красивая.
— Оборотень? — удивленно переспросил Илай.
— Ну ты понимаешь, как выглядит убийство, совершенное им на шоу 'Невеста для вампира?
— Как провокация.
— А учитывая взаимную неприязнь между оборотнями и вампами, это может вылиться в нешуточный конфликт.
— Поэтому убийство Келли замяли, — догадался Илай.
— Ее семье пришлось очень хорошо заплатить, — вздохнул Вианор. — Хотя оборотни здесь совсем не причем. Но кто в пылу скандала станет разбираться?
— А что со слюной? По ней разве нельзя узнать, кому она принадлежит?
— Можно, но ни по базе ни одного совпадения.
— Я вот только не понимаю, как это все может быть связано с Николь Марией?
Вианор пожал плечами. Они остановились возле трехэтажного здания с карминовыми стенами и темными рамами. Илай вышел из машины и ветер тут же обжег ему лицо. Он запахнул пальто и двинулся к воротам. Обернулся и посмотрел на Вианора. Тот вылез из машины и привалившись к ней спиной, кому-то звонил. Сопровождать к Грею он его не собирался. Что ж, и на том спасибо. Говорить с Греем в его присутствии Илаю не хотелось.
Он нажал на кнопку звонка и через мгновения калитка открылась. Илая охватило предчувствие, что, если он сейчас шагнет через порог, пути назад не будет. Он посмотрел на мощенную камнями дорожку, ведущую к крыльцу, и двинулся вперед.
Илая встретил дворецкий — молодой вамп с белыми волосами и бесцветными глазами. Он проводил его в просторное помещение, окна в котором были плотно зашторены. Там, при свете свечей за столом сидел Томас Грей. Никто не знал, как и где он получил увечья, но к его внешности необходимо было привыкнуть.
— Оперативность и точность, это то, что я ценю в любых существах, — поднявшись из-за стола, сказал Томас.
— У меня мало времени, — сказал Илай. — Я должен вернуться к началу съемок.
— Тебе придется научиться правильно расставлять приоритеты, — заложив руки за спину, сказал Томас. — И видеть более долгосрочную перспективу.
— Давайте уже перейдем к делу, — предложил Илай.
— Конечно. Не сомневаюсь, ты уже в курсе того, что люди все-таки взяли над нами верх и создали смертельную инъекцию, — медленно проговорил Томас. — Я видел, как умирает вамп. Эта смерть приходит в великах муках. Такого не желают даже врагам.
Илаю стало не по себе. Он не сомневался, что Томас говорит правду и от этого было еще страшнее. Но еще больше его интересовало при каких обстоятельствах он увидел смерть вампа.
— Я так понимаю, вы не верите, что люди будут делать это законно.
— Верно. Да и нет такого закона, чтобы убивать. Люди не могут выносить смертный приговор другому виду.
— Что вы хотите от меня?
— Видеть тебя членом своего клана.
— Мне это невыгодно.
— В одиночку тебя будет легко сломить Илай. И уничтожить. Твои враги уже близки к этому, — в голосе Томаса проскользнуло легкое сожаление.
— А вы, значит, хотите меня спасти? — усмехнулся Илай.
— Я хочу, чтобы мой клан стал самым сильным и был оплотом безопасности для всех вампов. Люди не должны взять власть над нами и уничтожить, как вид. А это то, к чему они стремятся. Позволить это значит — проиграть жизнь. Я, как глава клана, не могу допустить этого.
— Но это значит войну.
— Я бы начал с мирных методов пропаганды, — улыбнулся Томас и стал еще более уродливым. — Пока я формирую свою армию, ты должен сделать все, чтобы люди всем сердцем научились любить вампов. Видеть в них не опасность, а друзей и что они для нас не еда — мы строим фабрики, чтобы питать себя. Но если они начнут истреблять нас, им мало не покажется.
  
— Вы знаете, кто убил Реджи и Миллера? — спросил Илай.
— Конечно. И ты тоже узнаешь, когда станешь частью нашей большой семьи.
— Если, — поправил его Илай.
— Нет, когда, — спокойно поправил его Томас. — На такие предложения не говорят «нет», мой дорогой Илай. Но я хочу дать тебе возможность самому сказать «да», чтобы мы могли быть друзьями.
— Это все?
— Жду тебя после финала шоу, — ответил Томас.
Илай не прощаясь, вышел. Он для себя решил, что не будет поддаваться. Ему хотелось сохранить независимость и свободу, он очень ценил это и не собирался от них отказываться.
Ночью он узнал, что Томас Грей забрал из Дома Сумрака племянника Николь Марии.
Николь Мария
Я замерла, не веря своим глазам. Нет, это не может быть он. Просто похожий человек. Ноги дрожали и плохо слушались меня, пока я шла к ванной, где лежал мужчина. На нем была кислородная маска, когда я подошла ближе, то увидела, что его руки связаны, а из-под веревки торчат куски поролона — видимо, чтобы не осталось следов. Одет он в светло-синий костюм, на ногах были лаковые ботинки цвета молока. Таким я видела его вчера, прежде, чем покинуть шоу.
— Леон, — тихо позвала я, едва не задыхаясь от собственного сердцебиения. — Леон!
Ведущий шоу не отвечал. Робко коснулась его шеи — пульс был очень слабый. Осторожно сняла с него маску и прислушалась к дыханию. Оно было еле слышным, губы посинели. Что за дрянью его накачали? Я несколько раз ударила его по щекам, но это не помогло ему очнуться.
— Леон! Ну твою же мать! — чуть не зарыдала я. Не понимая, что происходит, я знала одно — нужно вызвать службу спасения и как можно скорее. Я бросилась обратно в гостиную на поиск телефона. Нашла я его быстро, но разочарованию не было предела — провод был перерезан. Моя вторая надежа — запустить сигнализацию так же не оправдалась. Нужен был этот треклятый пароль, которого я не знала.
Вернувшись к Леону, я обыскала его карманы — ключей не было.
На миг я застыла, глядя на свои фотографии. И все вдруг встало на свои места. Я прикрыла рот рукой, чтобы не закричать. Потом сорвала один из снимков и побежала на кухню. Лихорадочно выдвигая ящик за ящиком, нашла зажигалку. Там яростно высекала искры, но пламя дать не желала. Я со злостью швырнула ее об стену и продолжила поиски. Коробок спичек был старым, но спичка со второй попытки смогла вспыхнуть и поджечь край снимка.
Яростно размахивая им, чтобы огонь вспыхнул сильнее, я влезал на стул и поднесла уже пылающее фото к датчику пожарной безопасности. Я была готова поджечь все на свете, лишь к нам приехали на помощь. Леон, если выживет, будет вряд ли рад моему поступку. Впрочем, реакция Леона меня сейчас тревожила меньше всего. Тот, кто устроил нам эту ловушку, должен был прийти с минуты на минуту и довести все до конца. Меня убьют, а вину свалят на Леона. Иначе для чего еще весь этот цирк?
Пожарные датчики сработали, по дому пронесся звук. Оповещающий о возгорании. Сейчас он должен поступить на пульт службы спасения, и они обязаны прислать машину для проверки! Надо продержаться еще минут пять и нас вытащат отсюда!
Оставив фотографию гореть, я принялась искать нож. Вытащив самый маленький и острый, спрятал его в кармане пальто. А вот тот, что побольше, прихватила с собой и поспешила проверить Леона. От дыма хотелось кашлять и слезились глаза. Ведущий по-прежнему лежал без сознания, но синева вокруг губ уже была не такой пугающей; Я выглянула в окно гостиной — к дому подъезжала легковая машина. Вытянув шею, я постаралась разглядеть водителя, но не смогла. А вот авто мне показалось знакомым, где-то я уже его видела. Этот человек приехал чтобы убить меня, в этом сомнений не было. Я запоздало подумала, что нужно было найти место, где спрятаться. Но я тут же отмела эту идею. Тут же раздался вой сирен — это приближались наши спасители. Как вовремя! Шторы на окнах уже горели!