Темный Лекарь 10 (СИ)

К нашему столику спешил разъяренный мужчина средних лет. Лысый, зато с густой бородой.
— Я требую дуэли! — с ходу заявил он, яростно сверкая глазами.
— Ладно, — зевнул я.
От такой реакции мужик опешил и на секунду даже принял смиренное выражение лица и вполне вежливо спросил:
— Даже не спросите почему?
— Зачем? — пожал плечами я, — ты уже всё решил. Так чего время тратить.
  
Но его мой ответ не устроил, и он зло воскликнул:
— Понятно! Значит, ты всё признаёшь! Что сам меня провоцировал! Ты не спускал глаз с моей дамы!
— А кто она? — сразу навострила уши Октавия.
Я взглянул на ведьмочку с изумлением. Похоже, для неё это стало чем-то вроде рефлекса.
Как и ожидалось, столик этой парочки просто находился по линии моего взгляда. И ему действительно могло в какой-то момент показаться, что я смотрю прямо на них. Хотя на самом деле я в это время подключался к своим теневым разведчикам.
Да и, надо сказать, его дама во всём уступала любой из моих спутниц, даже в их маскировочном виде. И в возрасте, и в умении следить за собой, и в чувстве стиля.
Так что надо быть чудаком, чтобы решить, что я строю ей глазки. А значит, причина вызова была скорее в том, что это он хотел порисоваться перед девушками за моим столом.
В любом случае, когда мы условились о времени, он ушёл. Но ко мне уже двигался следующий дуэлянт с такой же придурочной причиной для вызова.
— Странно, — хмыкнул я, — даже для Вийон-де-Тур, три вызова за полчаса — это уже перебор.
  
Глава 2
 
— Разве? — удивилась Бланш, — по-моему, такое количество дуэлей — это вполне нормально.
Из всех девушек она одна чувствовала себя в своей тарелке и даже наслаждалась происходящим.
В конце концов, она даже будто бы забыла про свой фривольный сарафан и внешний вид, не отвечающий стандартам Вийон.
А иногда даже, наоборот, будто неосознанно начинала этим пользоваться, принимая соблазнительные позы каждый раз, стоило мне на неё взглянуть.
Разумеется, это не ускользало от внимания Октавии. И, хотя она пока молчала, я уже видел по её взгляду, как в ней созревают сценарии будущей мести.
— Но вообще, — продолжила Бланш, — я думала, что вы понимаете, куда едете. Это ведь было совершенно очевидно, что большинство городских дуэлянтов захотят набить рейтинг на слабом одарённом, каким всем сейчас видят нашего дорогого Макса. Я даже думала, что в этом тоже есть какой-то ваш план.
— Боюсь, что нет, — мрачно ответила Октавия, — если бы ты соизволила нас предупредить о придурочных законах Вийон-де-Тура, то уж, наверное, я бы подобрала личину чуть более опасную. Чтобы нас доставал хотя бы не каждый второй.
Кристина же в словах Бланш уловила кое-что ещё. И переспросила:
— Рейтинг?
Вийон же с удовольствием ухватилась за этот вопрос, только бы не пришлось отвечать Октавии.
— Вы и об этом не знаете? Существует рейтинг дуэлянтов. Даже два. Глобальный и ежемесячный.
— Только не говори мне, что за это безумие ещё и чем-то награждают, — фыркнула Октавия, а потом, немного подумав, добавила, — хотя, надо признать, мотивация в виде наград делает это занятие в моих глазах уже чуть менее безумным.
— Да! — Бланш радостно подтвердила подозрения Сципион, — конечно, есть награды! Например, дуэлянт, занимающий первое место в глобальном рейтинге, имеет право подарить титул королевы Вийон-де-Тур любой из дам.
— И ей, конечно, всегда становилась Катарина? — усмехнулся я.
— Ну… да, — призналась Бланш и продолжила, — а победителя месяца бесплатно обслуживают в ресторанах, принадлежащих клану Вийон, если он пришёл туда на свидание с девушкой, а второе и третье места…
— Достаточно, — поморщившись, прервала её Октавия, — всё же нет. Такие, — она сделала ударение на этом слове, — награды ситуацию лучше совсем не делают.
Бланш пожала плечами, а мы, наконец, покинули кафе и двинулись в сторону площади с большим фонтаном, гордостью города, как тоже сообщила нам Бланш.
Тысячу лет назад его ещё не было, но всё равно он был достаточно старинным.
И создал его какой-то великий скульптор, родившийся уже после моего исчезновения, но, увы, не доживший до наших дней.
Но, когда я увидел его творение, то едва сдержал смех.
Впрочем, чего я ещё ожидал? Конечно же, он был посвящён Катарине Вийон. Скульптура полностью повторяла её черты. Разве что она была полупрозрачная и похожая на ночное небо, полное звёзд. Вода же лилась из огромного светящегося кувшина, который она держала в руках.
Но, стоит признать, выглядело действительно неплохо.
— Особенно красиво этот фонтан выглядит ночью, — не преминула сообщить нам Бланш с патетическим вздохом.
А я и без этого давно подозревал, что втайне она восхищалась погибшей княгиней, как и многие другие. Может быть отчасти из-за этого она и старалась так отчаянно добиться моего внимания. Просто, чтобы доказать себе что-то.
В любом случае Катарины больше нет. И это к лучшему.
Несмотря на её недалёкость и вздорный характер, она имела уж слишком сильное влияние на недостаточно крепкие умы. И этим своим даром могла устроить мне множество проблем.
К счастью, ей самой ума не хватило, чтобы действовать тоньше, не ввязываясь со мной в прямую войну.
Но скульптура была и впрямь красивая, да.
Я подошёл ближе и достал из спортивного рюкзака, который отлично подходил моему новому образу, бутылку воды.
Открутил крышку и под удивлённым взглядом спутниц вылил воду прямо в фонтан.
Но если девушки просто удивились, то несколько окружающих нас мужчин буквально пришли в ярость.
— Как ты смеешь⁈ — взревел один из них, похожий на медведя, которого кто-то привёл из леса и нарядил в модную одежду, — Не смей осквернять память Великой Княгини!
— Да! — присоединился к его негодованию другой, высокий поджарый парень с рыжими волосами, видимо, какой-то слабый Вийон, — зачем ты вообще это сделал⁈ Я… — захлебнулся он от возмущения, — я не только вызываю тебя на дуэль, но и вызову стражей порядка!
Дуэли меня не волновали, но вот привлекать внимание представителей местного закона мне не хотелось. Так что я состроил крайне печальное и одухотворённое выражение лица и на ходу сочинил крайне глупую, но трогательную историю:
— Осквернять память? Конечно, нет! Я всего лишь выполняю последнюю просьбу своей недавно почившей матушки. Как только она узнала, что Великая Княгиня умерла, то и сама сразу же слегла. Она была большой её поклонницей.
— И что за просьба? — смягчились окружившие меня дуэлянты, но всё ещё смотрели с подозрением.
— Дело в том, что однажды Госпожа Катарина, проезжая мимо нашего имения, попросила воды. И мама принесла ей эту бутылку. Великая Княгиня сделала пару глотков и вернула, а в нашей семье она стала настоящей реликвией!
Внезапно слушателей этого бреда стало ещё больше. Вокруг нас собралось почти с дюжину зевак, и все они внимательно слушали эту байку. Так что я не стал томить их долгим ожиданием развязки и торжественно закончил:
— И мама посчитала, что эту воду, которую Княгиня Вийон благословила своим прикосновением, необходимо обязательно вылить в этот фонтан. Чтобы и другие могли прикоснуться к её частичке.
— Ого, — удивился какой-то дедок в модном сюртуке, — и что, этой бутылки правда касались губы нашей Великой Княгини?
— Конечно! — заверил его я, — стал бы я лгать в таком вопросе!
— А не продашь ли ты её мне? — моментально спросил он же, — я готов хорошо тебе заплатить.
— Э, нет, стой! — воскликнул другой мужчина, немного моложе первого, — не ты один хочешь её купить! Я уж точно могу предложить не меньше!
— Уверен? — злобно зыркнул на него первый.
Похоже, эти пожилые господа были готовы в любую минуту вцепиться друг другу в горло, даже без всякой дуэли. А случайных зрителей вокруг собиралось всё больше.
Да и бутылка обретала всё более легендарный ореол. В конце концов, под жадными взглядами местных сумасшедших, даже мне на секунду показалось, что она светится, будто настоящая драгоценность.