"Фантастика 2024-14". Компиляция. Книги 1-21 (СИ)

– Угу, – флегматично подтвердил его слова Адинук.
Шаман грустно вздохнул и отвернулся от компаньонов. Злоба тоже ушла, оставив вместо себя чувство вины и душевную пустоту.
– Прости меня, – услышал он скрипучий замогильный голос.
Гарб повернул голову и увидел знакомую фигуру Бурбалки. Призрак выглядел не лучшим образом: обычно плотный сгусток тени, бесконечно меняющий очертания, был местами разорван, и сквозь клочья проглядывал мрачноватый адский ландшафт. Дух бывшего ученика чародея судорожно трепыхался, силясь залатать прорехи, но, по всей видимости, не мог этого сделать. Гарб посмотрел на мучения Бурбалки, и скупая слеза раскаяния скатилась по его щеке. Призрак, очевидно, доживал свои последние минуты – шаман определил расклад сразу, едва взглянув на происходящее внутренним зрением.
– Больно? – упавшим голосом спросил гоблин.
– Типа того, – проскрипел призрак. – Чувствую, будто из меня нутро выдрали раскаленными клещами. Не в прямом смысле, конечно.
– Прости и ты меня. Я уже ничего не могу исправить.
– Понимаю, – безрадостно отозвался дух.
Его контур пошел сильной рябью, а прорехи забились на невидимом ветру. Бурбалка застонал, и этот стон вышел совсем уж потусторонним.
– Мальчики, ну что же вы так трагично-то? – проворковала где-то неподалеку Хиенна. – Что стряслось-то? Кто-то умер что ли? Ну, подрались немножечко, с кем не бывает!
– Помолчи, демон! – шикнул Каввель. – Сейчас не место для твоих козней.
– Жаль, – обиделась суккуба, – а я хотела ему помочь.
– Ты можешь его вылечить? – ахнул Гарб. – Так делай это быстрее! Ему осталось не больше часа!
– Ой, я просто так не могу! – стала загибать пальчики Хиенна. – Мне надо сначала напитаться живительной энергией! Потом…
– Возьми мою! – перебил ее гоблин. – Только быстро.
Демонесса критически осмотрела связанное тело шамана и фыркнула.
– Извини, дружочек, но ты не в моем вкусе. Кто еще хочет получить наслаждение, какого в жизни не пробовал?
– Это безопасно? – подозрительно прищурил глаза минотавр.
– Не помню точно, – на миг смутилась суккуба. – Кажется, я никогда такого не делала со смертными при живом контакте. Мы обычно ходим в гости как проекции… но я всегда осторожна и не пью лишнего.
Михель вышел вперед, оттеснив орка с троу, и скептически осмотрел демонессу. Такие девчонки, как эта, ему всегда нравились. Чары на монаха почти не действовали, и он лишь немного опасался последствий для души. Если хотя бы десятая доля того, что рассказывали про суккуб в Ордене, окажется правдой – может быть плохо. С другой, это же самопожертвование. Вседержитель такое одобряет и не даст пропасть своему верному слуге.
– Я готов, что нужно делать?
– Как маленький, честное слово! – оскалил зубы Аггрх, раздевая взглядом Хиенну. – Ты точно был женат?
Демонесса вместо ответа повела плечиком и, не оборачиваясь, пошла к ближайшему относительно целому строению. Адинук с Аггрхом переглянулись и наперегонки рванулись за ней. Михель медленно побрел следом. Пару раз он обернулся на Бурбалку, словно сомневаясь, стоит ли ради него так рисковать. Не так давно он сам хотел уничтожить это порождение тьмы, но теперь, после целой кучи совместных приключений, воспринимал его как друга. К тому же, он видел его человеком, и это сыграло решающую роль.
Отсутствовали они где-то с полчаса. Первой в дверном проеме появилась демонесса. Ее глаза сияли, коса растрепалась, а улыбка выглядела мечтательной.
– Это было так… необычно, – с удивлением сказала она и направилась к призраку.
Следом показался пошатывающийся Аггрх. Его лицо было усталым, но донельзя довольным. Только через минуту из дома вышел Адинук. Он горделиво выпятил грудь, сделал шаг вперед и упал. За ним выполз Михель. По замысловатой траектории он обогнул лежащего троу, дополз до Гарба и распростерся на песке возле него. Гоблину показалось, что на лице человека застыло удивленное выражение. Однако монах отвернулся, а шаман не рискнул сейчас приставать с расспросами.
– Я готова, – объявила Хиенна, – теперь мне нужна полная тишина и абсолютное согласие пациента на операцию!
  
– А больно не будет? – умирающим голосом поинтересовался Бурбалка. – Несмотря на свое состояние, он еще пытался пошутить.
– Будет немножко, – честно призналась суккуба. – Так что, можно начинать?
– Валяй! – согласился призрак. – Хуже-то уже навряд ли че-то случится.
В гробовой тишине демонесса потерла ладошки, протянула их к духу и начала процесс восстановления. Пять пар глаз напряженно следили за происходящим.
От рук суккубы к призрачному силуэту потянулись яркие зеленые нити. Они впивались в очертания духа и, словно вязальные спицы, принялись залатывать прорехи. Свечение усиливалось и в какой-то момент полностью обернуло Бурбалку непрозрачным коконом. 
– Все, – сообщила Хиенна минут через десять, убирая руки, – кажется, я даже немножко перестаралась.
Свечение померкло.
– Ничего себе перестаралась! – удивился Каввель.
Место изорванного в лоскуты призрака занял самый обычный человек из плоти и крови. Черноволосый загорелый юноша – на вид немного за двадцать – невысокого роста и щуплого телосложения с приятными правильными чертами лица и дерзким мальчишечьим взглядом пощупал себя в разных местах и захохотал. Одет он был в ту же самую матерчатую куртку и шерстяные брюки, что и раньше.
– Не, я не могу! – восклицал он в перерывах между приступами смеха. – Это ж надо! Стока мучений было в прошлый раз, чтоб вернуть мне тело, а это так просто!
Суккуба ласково прикоснулась к нему и лизнула в щеку длинным розовым языком.
– Потом как-нибудь поблагодаришь, – подмигнула она. – Никто не желает повторить, а то я что-то выдохлась? – обратилась она к давешней троице.
На сей раз никто не вызвался.
  
Глава 3
 
Любовь – лучший охотник. Она остается совершенно незаметной для своих жертв до тех пор, пока они окончательно не попадутся в расставленные ею сети. 
Эльфийская народная мудрость 
В конце концов компаньоны вспомнили и про Гарба. Тот все еще лежал связанным, а его щеки полыхали от стыда. Он нарочно не напоминал о себе, чтобы максимально отсрочить неизбежные объяснения.
– Ну, так что это было? – сурово спросил Аггрх, распутывая ремни, удерживающие лапы гоблина.
– Это все посох, – горестно сознался шаман, – кажется, он подчиняет меня себе.
– Я подозревал нечто подобное, – сказал Михель. – Хотя я никак не возьму в толк, почему так происходит. Злобная сущность этого места влияет или что-то другое? Посох пока придется разобрать и спрятать в вашу волшебную торбу.
– Не позволю! – дернулся было Гарб в сторону монаха.
Не развязанные до конца ремни причинили гоблину боль, но далеко не отпустили.
– Лучше послушай святошу, – назидательно шепнул Гарбу орк, – а то в следующий раз не развяжу.
– В следующий раз от нас может мокрого места не остаться! – многозначительно похлопал себя по лбу Бурбалка. – Мне еще повезло, что он не вздумал молиться, а просто стал им меня лупить, как обычной палкой.
– Конечно, вы правы, друзья, – сказал пристыженный шаман, – это все так неприятно! Простите меня, если сможете.
– Да ладно, чего уж там! Какие обиды! – Каввель был готов простить гоблина безоговорочно и сразу, тем более что, только помогая Гарбу, минотавр смог бы окончательно избавиться от своего проклятия.
Остальные оказались более злопамятными, но держать Гарба связанным дольше смысла не было, поэтому его освободили от пут под честное слово разобрать посох. С чаром возникла заминка.
Шаман обреченно взялся за резную поверхность, чтобы разобрать посох, но не тут-то было. Гоблин поднатужился – и снова без результата. Он попытался положить чар в бездонную торбу, но портал просто не сработал.
– Может, я попробую? – предложил свои услуги орк.