"Фантастика 2024-14". Компиляция. Книги 1-21 (СИ)

— Не буду вам говорить, что подобные рассуждения отдают расизмом и чем-то похуже. Только наша страна давно поддерживает повстанческие движения, борющиеся с колониализмом. Или напоминать вам про интернационализм и социалистические ценности?
Надеюсь, что Ивашутин говорит искренне. Я подобные заблуждения не понимаю, но могу принять, если человек в них искренне верит.
— Мне плевать на каннибалов, которые и дальше будут изображать из себя пламенных коммунистов. В интернационализм я не верю, а социализм для начала надо построить в собственной стране, — может, мой ответ грубоват, но сейчас не до политесов.
— Как вы себе всё это представляете? По вашему мнению, Советский Союз должен нарушить все свои обязательства перед прогрессивными движениями, социалистическим лагерем, и в корне изменить внешнюю политику? Может, нам завтра начать дружить с южноафриканскими фашистами?
Бля, как всё запущено! И это говорит глава одной из самых эффективных разведок в мире. Хотя, не факт, что он так думает на самом деле.
— Новым экономическим партнёром так называемых фашистов, является Израиль. По идее, евреев в ЮАР не должны считать за людей. Но разногласия в идеологии не мешают израильтянам сотрудничать с бурами. И этот процесс будет расти в геометрической прогрессии. Деньги и ресурсы африканеров нужны оказавшимся в изоляции израильтянам. В ответ Йоханнесбург получит оружие, технологии, в том числе и ядерные. Во второй части доклада есть вся информация, которая мне доступна, — поясняю в ответ на вскинувшегося собеседника.
Интересно, я не наплёл ничего лишнего? Но точно помню, что в моей истории буры сделали атомную бомбу, но затем закрыли ядерный проект. И главным их союзником долгие годы был Израиль, который предал белых в нужный момент.
Далее я детально описал генералу план альянса с бурами и швейцарцами, который должен помочь контролировать рынок золота. По крайней мере, можно сильно потеснить американцев и английских Ротшильдов, устанавливающих цену на главный драгоценный металл Земли.
Уже в конце я вспомнил об одном важном деле. Также в общих чертах описал, что скоро «дорого Ильича» начнут пичкать лекарствами на основе барбитуратов. Это название я точно помню. Ну и вкратце рассказал, кто извлечёт из этого основную выгоду. Ивашутин быстро оглянулся, будто в поисках свидетелей разговора и ответил очень жёстко.
— Да ты… Какого хе… рожна ты мне здесь про всяких негров вещаешь ещё с таким умным видом? Ты понимаешь вообще, что натворил? Почему я узнаю об этом по остаточному принципу и так поздно?
Вроде человек не кричит и старается говорить спокойно, но я сразу перепугался, уж больно резкими были перемены. Меня аж резануло от изменившегося тона. Ведь запрут Лёшу в уютной лаборатории, и станет он штатным прогнозистом, пока не выдоят его до последней капли. И ещё сразу стало понятно, что с забавным режиссёром просто играли, давая почувствовать свою значимость.
Но одновременно на меня накатила такая злоба, что пришлось до боли стиснуть зубы. Эти суки просрали страну, которую строили мои предки. Особенно, в этом позорном занятии, отличился бровастый генсек, который хотел и рыбку съесть и на хер не сесть. Мол, типа всё же хорошо, значит, так будет вечно. А ещё типа никто не заметил, что у главы страны начались изменения психики и он стал посмешищем для собственного народа! Ага, так я и поверил! Наверное, генерал заметил, что ситуация изменилась, поэтому сразу сбавил обороты. Это ничего не значит, но для себя я решил, что если последует попытка давления, то сопротивляться буду отчаянно. Живым в подопытные кролики точно не пойду.
Самое забавное, что Ивашутин не спросил главного — откуда я всё это знаю. Значит, они мне верят. Безусловно, всю информацию будут рассматривать под микроскопом. Только предыдущие прогнозы по бирже явно проверили и сделали выводы, что оракул не врёт.
— Алексей, вы должны понимать, что есть вопросы первостепенной важности. Игнорировать подобное просто преступно, — спокойным тоном произнёс генерал, — За информацию по золоту спасибо. Что касается второй папочки, то она уже сегодня должна быть у нас. Впредь прошу не оставлять ничего подобного дома или на работе. Если у вас появилась новая информация, то сразу вызывайте куратора, который всё запишет. И ещё — нам нужна детализация вашего разговора с женой в Нью-Йорке. Этот вопрос не такой важный, но просьба не затягивать с отчётом.
  
Не угрожают разными карами — уже хорошо. Интересно, откуда им известно про разговор с Аней? Хотя, она наверняка общалась с отцом, заодно разведчики проверили журналы и мои записи. Чувствую, что опять начинаю злиться, но усилием воли привожу мысли в порядок. Не прощу, если кто-то полезет своими грязными лапами в мою личную жизнь. Особенно это касается супруги, которая пока не при делах. Но я сам ввязался в это дело, поэтому надо терпеть. С ГРУ надо дружить, а не ссориться.
— И что? Можно быть спокойным, и меня не поместят в уютную палату с мягкими стенами, дабы основательно выпотрошить? Наверняка у вас есть такие апартаменты при каком-нибудь НИИ или лаборатории. Вдруг я скрываю, что-то особо важное для выживания страны. Например, точный вес дневной порции кала, выделяемых каждым членом ЦК.
Ивашутин даже не поморщился от подобной сентенции и ответил не раздумывая.
— Ваше ёрничанье не к месту и звучит оскорбительно. Что касается всего остального, то предпочитаю работать на добровольных началах, без всякого насилия. Это не отменяет того, что нам нужна вся информация, которой вы владеете, — генерал недобро усмехнулся, — И готовьтесь принять на работу двух новых сотрудников. Одним из них станет вашим водителем — думаю, директору ТО пора приобрести личный автомобиль, положенный по статусу. Второго человека надо принять на должность помощника звукорежиссёра. Отвечая на напрашивающийся вопрос — ранее вас опекал внештатный сотрудник, не считая наружки, конечно. Подполковник Афанасьев встретит вас сегодня вечером и заберёт бумаги. Заодно обговорите с ним рабочие детали.
Некоторое время генерал молчал, будто пытался что-то вспомнить.
— Чуть не забыл. Раз уж речь зашла о НИИ. Алексей Анатольевич, не подскажите, кому в голову пришла гениальная идея обратиться в Институт стали? И откуда этому человеку известно о новейших разработках композитных сплавов? Хорошо, что информация попала к нашему человеку, и никто не стал делать далекоидущих выводов.
Быстро прокручиваю в голове, о чём может идти речь. Через какое-то время вспоминаю, что подписывал Клушанцеву письмо в какой-то институт.
— Наверное, речь идёт о каркасе для дракона. Мы не справились собственными силами, и потребовалась помощь специалистов. Нам же нужен не только стационарный макет, но и уменьшенная версия, которая будет летать. Вернее, мы будем снимать специальной камерой, подвесив дракона к самолёту и в павильоне, чтобы придать реалистичность процессу. К сожалению, иные способы выглядят менее перспективно. Комбинированные съёмки не дадут нужной достоверности.
По мере того как я объяснял, зачем нам понадобился сплав, выдержка Ивашутина давала трещину. Он явно растерялся, но быстро пришёл в себя.
— Какой дракон?
— Мы скоро запускаем в работу детский фильм «Принц и дракон». Нам понадобились прочные и лёгкие материалы для изготовления фигуры дракона. Вот мы и написали запрос в профильный институт.
Генерал набрал побольше воздуха и выдохнул, явно пытаясь успокоиться.
— Алексей, надо быть очень странным человеком, чтобы обратиться за подобным в секретный институт, занимающийся разработкой сплавов для оборонной промышленности. Если в будущем вы задумаете снимать кино про космонавтов, то запросите у НИИ-88 корабль «Союз» для полётов?
А вот это было обидно. Пётр Иванович смотрел на меня, как на клинического идиота. Но я же не виноват, что в СССР всё засекречено к ядрёной фене!
[1] В связи с этим поэт-фронтовик и тоже студент ИФЛИ тех лет Юрий Левитанский писал: «Только в последние годы, припоминая былое, стали мы задаваться вопросом, почему все-таки тогда не пошли на фронт секретарь институтского комитета комсомола Александр Шелепин, комсорг нашей группы Зоя Туманова, некоторые другие комсомольские вожаки? Известно, как затем они быстро поднимались, обретя власть над миллионами».