"Фантастика 2024-14". Компиляция. Книги 1-21 (СИ)
Завтра у нас сумасшедший день. Будто предчувствуя это, ди Лаурентис заехал в отель, где мы основательно пообедали, а потом решили прогуляться. Хотя надо заметить, что сам приезд прошёл немного буднично. В Хитроу нас встретили всего два журналиста, которые задали несколько дежурных вопросов и особо не досаждали. Я изначально приготовился к более горячему приёму. Но пока всё было спокойно и с хорошим уровнем комфорта. В отличие от Парижа, встречающие нас машины не опоздали, а работники отеля были образцом расторопности. Как я и обещал, чиновник с безопасником расположились отдельно в какой-то низкосортной гостинице. Завтра с удовольствием послушаю их мнение на этот счёт. Но сейчас речь не об этой обузе, а о будущем проекте с американцами.
— Черновой вариант сценария давно готов, — отвечаю, рассматривая прохожих, — Осталось перепечатать его на чистовую и лучше сразу с переводом на английский. Для этого мне нужен помощник, а лучше двое. Мой английский излишне академичен, я не знаю многих технических оборотов, и обычных ошибок хватает.
— Это не проблема, — отозвался итальянец, — В любом случае нам надо ехать знакомиться с американской стороной. Ваша задача — получить разрешение на выезд. В Голливуде можно найти переводчика с любого языка и знатоков авиации. Там есть все нужные специалисты, лишь бы были деньги оплачивать их услуги. Только есть несколько условий, которые поставил Эванс, а значит «Paramount».
Жду, когда ди Лаурентис продолжит. Чего-то он странно мнётся, что ему несвойственно.
— Американская сторона согласна на участие в работе Клушанцева и его помощника. Только Роберт настаивает, что должен быть второй режиссёр. Это будет человек, который поможет освоиться тебе в незнакомой обстановке.
— Дино, мне абсолютно всё равно, с кем работать. Пусть даже Эванс назначит сорежиссёра. Лишь бы он действительно помогал, а не указывал мне, как снимать кино. Только не забывай, что мы оба иностранцы. Голливудские продюсеры и своих режиссёров отстраняли в самом разгаре работы, чего говорить обо мне. Тот же Спартак начинал снимать Манн, закончил Кубрик, а по сути, всем процессом руководил Дуглас, который был ещё и продюсером проекта.
— Я думал об этом. Несмотря на то, что у меня уже несколько работ с американцами, для них Дино ди Лаурентис какой-то малоизвестный европеец. Зайдём? — вдруг спросил собеседник, показав на вывеску паба.
— Неплохо. Но у нас пиво не хуже, — произношу, выпив половину своего бокала, — А вот все эти фиш-энд-чипс, сыры и жареные луковые кольца отличная идея! У нас закуски к пиву немного иные — более простые, что ли. Но в обычных барах подают даже креветки и весьма дешёвые. Ещё общая атмосфера здесь не идёт ни в какое сравнение с советскими заведениями.
Действительно, ощущалась здесь какая-то история, не удивлюсь, если вековая. Все эти добротные столы, длинная барная стойка, бочки с краниками, картины, светильники и много иных нюансов. И, конечно, уровень обслуживания, улыбчивый бармен и общая атмосфера покоя. У нас всё как-то топорно, даже в более приличных заведениях. Хотя сфера услуг ещё не стала бичом советской экономики, но пиво уже разбавляли. По крайней мере, мужики на это жаловались. Но я больше посещаю рестораны, которые очень выделяются в лучшую сторону на фоне пивных. Может, речь идёт просто об иной культуре потребления? У нас всё-таки душевнее и демократичнее. Я до сих помню, как мы пили с Рабиным водку из стаканов и закусывали безумно вкусными чебуреками. Рядом располагались работяги в спецовках, смолящие «Беломор», мужичок похожий на полубомжа и мужчина весьма интеллигентного вида. В паб рабочих вряд ли пустят.
— В Италии тоже неплохое пиво, хотя мы считаемся страной вина. И поверьте, закуска у нас гораздо лучше. Английская кухня весьма специфична и консервативна. Но давайте вернёмся к нашим делам.
— Повторяю ещё раз. Главное условие, чтобы мне не мешали работать. И не выкинули из проекта, конечно. Я даже не поднимаю финансовую сторону вопроса. Поверьте, это тот случай, когда фактор денег вторичен. Мне надо заработать имя, которое потом принесёт гораздо больше прибыли, чем гонорар за один фильм.
— А вот это вы зря! Даже не думайте говорить подобное американцам! — эмоционально воскликнул итальянец и чуть не облил себя пивом, — Я собираюсь торговаться не только за каждый цент. Надо выбить вам ещё процент с проката. Пусть это будет невеликая сумма, но так принято, и американцы это понимают. Что касается контракта, то он будет заключаться через одну из лучших юридических контор Западного побережья. «Paramount» просто разорится на неустойках, если захочет вышвырнуть вас и тем более меня. Но перед подписанием вы просто обязаны договориться со своим руководством, чтобы оно дало карт-бланш на работу. Получится очень глупо, если нашего режиссёра не выпустят из страны или заставят вернуться по надуманной причине. Тогда разорён буду я и можно больше не мечтать о Голливуде. Да и в Европе будет не легче.
— Что по выбору актёров? — задаю достаточно важный вопрос.
Далее объясняю, что в СССР немного иной подход и утверждение на роль в основном прерогатива режиссёра. Ведь на Западе и, особенно в Голливуде, актёров выбирает продюсер. Часто сценарий пишется или переделывается под конкретную звезду. Заодно рассказал про Уэлч, которая сейчас находится на пике своей популярности, что глупо не использовать. Дино тоже оказался сторонником того, что режиссёр должен принимать участие в выборе актёрского состава. Но мнение продюсера первично, так у них принято. Лезть со своим уставом в чужой монастырь не самое умное занятие. В конце концов, буду работать с теми, на кого укажут.
Итогом встречи стала договорённость, что по возвращении мне надо пробивать разрешение на поездку в Голливуд. Это сильно меняет мои планы, так как надо заняться делами ТО, но не судьба. Придётся опять работать по пятнадцать часов, так как необходимо решить назревшие проблемы в более короткие сроки. А я, вообще-то, жениться собрался.
* * *Знаете, в прежней жизни я был далёк от политики. Но весь набор стереотипов, особенно, что «англичанка гадит», мне известен. Поэтому не ждал от посещения острова ничего хорошего. Тем не менее, публика встретила наш фильм весьма дружелюбно, что стало самым настоящим откровением. Показ начался неделю назад, и уже можно было подводить первые итоги. Кинотеатры пока не штурмовали, но ажиотаж нарастал. И сама презентация в недавно открывшемся после ремонта «Одеоне», намекала на режим наибольшего благоприятствования со стороны местных властей. То есть никто не собирался зажимать советский фильм о событиях на Восточном фронте.
Сама премьера была больше похожа на светскую вечеринку. Понятно, что особы королевских кровей кинотеатр не посетили, но знаковых фигур хватало. Всё-таки ди Лаурентис человек в Европе известный, плюс играла свою роль личность Демонжо. Поэтому местный бомонд, скорее всего, ассоциирует фильм с неким совместным проектом, где СССР был просто местом съёмок. Тем приятнее было увидеть удивление и даже некую растерянность на многих лицах, когда закончился показ.
Особенно это касалось моей скромной персоны, которую сначала игнорировали. Перед началом премьеры состоялась небольшая презентация, где участвовала наша делегации и Дино. Народ больше слушал и периодически хлопал продюсеру, ещё пялился на Терентьеву.
До начала показа ко мне подошёл лохматый мужик с круглым лицом и долго тряс мою руку. Затем он спросил, можно ли поговорить с Клушанцевым. Чего же нельзя? Пришлось звать Павла Владимировича и выступать в роли переводчика. Он, как человек старой школы неплохо владел французским и чуть хуже немецким языками. Но это не важно. К несказанному удивлению, узнаю, что лохматый бородач не кто иной, как Стэнли Кубрик. Оказывается, великий режиссёр немного знаком с моим творчеством, так как видел «Брак по расчёту» на фестивале. Только фигура нашего мастера трюков прельщала его гораздо больше. В общем, два мэтра договорились пообщаться после просмотра.