Зеркало Горгоны (СИ)

Андреас повернулся и взглянул на Тома. Тот тут же отвернулся, глядя на проплывающее в окне безликое здание. Но потом все-таки повернулся к Андреасу.
- Я боюсь вас? – его тон был деланно презрительным и оттого фальшивым, видна была некая растерянность и досада. – Впрочем… впрочем, почему нет? Да, Фелнер, я боюсь вас. Не буду скрывать, у нас с Мэтом свободные отношения. Мы с самого начала договорились, что каждый из нас время от времени может иметь секс на стороне. В разумных пределах, конечно. Я сам предложил это Матиасу, поскольку… поскольку таков стиль жизни. Я всегда ценил разнообразие. Я и сейчас не прочь уложить в свою постель какого-нибудь красивого мальчика… вроде вас, Фелнер. Почему бы и нет? Мэт повторю, хорош, очень хорош. И мне даже нравится, что он так притягателен для других. Не буду скрывать, я возбуждаюсь, когда его трахает кто-то другой. Удивительно, правда? На самом деле я чувствую в такие моменты, что принадлежит-то он мне. И он никуда от меня не уйдет, потому что только я могу дать ему то, к чему он стремится. А Мэт очень честолюбив, властолюбив и жесток… Это меня даже пугает. Но именно поэтому ему нужен я, и никто другой. С кем бы он ни трахался, он все равно возвращается ко мне, как возвращается к хозяину пес, погнавшийся за течными сучками. Он возвращается ко мне, - повторил Бреннан словно мантру. – Но вы, Фелнер, - тут он посмотрел Андреасу прямо в глаза, - вы - тот, от которого Матиас может ко мне не вернуться. Вот в чем проблема.
У Андреаса пересохло в горле. Он растерянно смотрел в глаза Тома Бреннана, полные злости, ревности, неуверенности и страха. И не знал, что ответить.
- Хотели получить ответ? – угрюмо усмехнулся Бреннан. – Вы его получили. Знаете, Фелнер, я ведь принадлежу к тем, кто родился с серебряной ложкой во рту. Таким как я завидуют, таких ненавидят. Но, возможно, именно поэтому я всегда хорошо знал, что за деньги не все можно купить. Есть нечто, что не продается и не покупается. Это можно разве что получить в подарок… или не получить вообще.
- Например? – это все, что был в состоянии выговорить Андреас.
- Счастье, свобода, - вздохнул Бреннан.
- А любовь? – вдруг спросил Андреас
- Любовь… Мэт подарил мне то, чего я всегда был лишен. У меня никогда не было свободы и счастья. Слишком много обязательств, условностей. Я жил по чужим лекалам. Да, отклонялся от этих лекал, но расплачивался за это страхом. Страхом разоблачения. Матиас оказался тем, с кем я почувствовал себя счастливым и свободным. Сам не понимаю, как он это сделал… Все произошло так стремительно… Но это случилось. Счастье и свобода. Не знаю, люблю ли я Мэта. Но он мне нужен. Нужен. И я его оставлю себе, и ради этого не остановлюсь ни перед чем. Теперь вы понимаете меня, Фелнер?
- Понимаю, - глухо произнес тот.- Но тогда и вы поймите меня. Я не могу жить без Матиаса. Не поверите, но прежде я любил…
- Я знаю, кого вы любили Фелнер, - оборвал его Том. – Сына моей жены от ее первого брака. Но он погиб. Меня эта история не касается.
- И то, что сын вашей жены был любовником Матиаса, вас тоже не касается?
- Мне плевать! Меня интересует Мэт, а не то, с кем он спал когда-то. У вас с ним был общий любовник? Ну а мне-то что до этого? – в голосе Тома появились раздраженно-истерические нотки.
Андреас улыбнулся.
- Я долго гнался за призраком, - проговорил он. – Возможно, и вы, Бреннан, сейчас гонитесь всего лишь за призраком.
- Я гонюсь за Мэтом, - отрезал Том. – Хотя нет, я не гонюсь за ним, он уже принадлежит мне. Я лишь хочу оградить его от вас. Мэт вроде бы не питает к вам никаких чувств, вы для него всего лишь один из многочисленных любовников… бывших любовников, - Бреннан выделил слово «бывших». – И, тем не менее, именно вы опасны для меня.
- Опасен? – повторил Андреас. – Вы же сами говорили: Матиас честолюбив, властолюбив. А еще он любит деньги. Это он сам мне сказал. И все это можете дать ему вы, миллиардер Бреннан, а вовсе не я, пианист Фелнер. Так чем же я для вас опасен?
Том молчал, глядя прямо перед собой.
 
- Вы опасны тем, что превратите Мэта в кого-то другого. Вы можете это сделать, я чувствую. А он мне нужен именно такой, какой он сейчас. Честолюбивый, властолюбивый, алчный, сильный. Нужен как воздух. Мне плевать, что там у него внутри. Мне важно, чтобы он был таким, каким я его знаю. И потому вы – опасность, Фелнер. Я не позволю вам приблизиться к Мэту. К моему ледяному айсбергу, - с какой-то жестокой улыбкой произнес Том. – Вы его растопите.
- Оказывается, вы тоже любите того, кого не существует, Бреннан, - задумчиво заметил Анлреас.
- Нет, Фелнер! В отличие от вас я люблю того, кого вижу. И другой мне не нужен.
- Все-таки любите?
- Да, - ледяным тоном отвечал Бреннан. – Это тоже любовь. Приземленная, практичная. Реальная любовь. В отличие от вашей погони за миражами, Фелнер. И я снова предлагаю вам сделку. Вы прекращаете свою жалкую погоню. В обмен вы получите нечто реальное. И, надеюсь, теперь вы не станете столь необдуманно отказываться от моего предложения. Вы уже убедились, что я слов на ветер не бросаю.
- Опять деньги? - скривился Андреас.
- Да, деньги, - холодно кивнул Бреннан. – На сей раз пятьдесят миллионов долларов.
Андреас презрительно хмыкнул.
- Так вот в какую сумму вы оцениваете Матиаса!
- Я оцениваю его гораздо дороже. Потому предлагаю вам не только деньги, но и протекцию, и продвижение в музыкальном мире. Ваши гастроли больше никогда не будут срываться. Более того, фонд Бреннанов возьмет вас под особую опеку. Для вас откроются двери самых престижных залов, вам будет рукоплескать публика на всех континентах. Вы станете не просто звездой, вы войдете в мировую музыкальную элиту! У вас будут баснословные гонорары. А если к богатству и славе добавить вашу, несомненно, привлекательную внешность, то от поклонников и любовников у вас просто не будет отбоя. Ваша постель вообще не будет пустовать. Или… если вы предпочитаете долговременные связи, вы всегда сможете завести себе постоянного партнера, который будет сдувать с вас пылинки и молиться на вас. Кстати, мне известно, что какой-то музыкант из венского оркестра уже от вас просто без ума. Как он вам в постели?
- Замолчите! – взорвался Андреас.
Он бесстрастно выслушивал циничные предложения Бреннана, но почему-то именно упоминание о Клаусе Риддле вывело его из себя. Словно Бреннан своими грязными липкими руками влез прямо в его постель!
- Собственно, я уже сказал вам все, что хотел, - пожал плечами Бреннан. – выбор за вами.
- Остановите машину, - потребовал Андреас.
- Сначала я хочу услышать ваш ответ.
- Мой ответ: идите к черту!
- Вот как? – ледяным тоном произнес Бреннан. – Что ж, теперь вам остается злиться только на собственную глупость.
- Остановите машину! – повторил Андреас.
- Как вам будет угодно. Прощайте, мистер Фелнер.
Андреас выскочил из машины и растворился в толпе, заполнившей Пятую авеню. Том угрюмо смотрел ему вслед. Больше всего ему хотелось, чтобы Фелнер растворился в этой толпе навсегда. Чтобы никто никогда больше не видел его и не слышал о нем.
Машина плавно тронулась с места.
- В отель! – приказал Бреннан.
И тут у него возникла мысль, которая показалась ему забавной. Отнять у Фелнера не только то, что тому было дорого, но даже и то, чем тот не особо дорожил.
Он набрал номер телефона.
- Скелтон? Меня интересует тот парень из венского оркестра. Как я понимаю, он уже должен был прилететь в Нью-Йорк. Я хочу, чтобы вы организовали мне с ним встречу. Да, это будет хорошо. Что? Что? – лицо Тома потемнело. - Какого черта? Где он сейчас?? Каким рейсом он летит? Организуйте встречу прямо в аэропорту. Не выпускайте его из вида.
Он тут же набрал телефон Матиаса. Но тот был недоступен. Очевидно, уже был в самолете, направлявшемся из Атланты в Нью-Йорк. Том в ярости отшвырнул телефон. Фелнер. Мэт вылетел в Нью-Йорк из-за этого чертова Фелнера! В этом не было сомнений.