Зеркало Горгоны (СИ)

После сорокаминутных переговоров со встречавшими ее представителями спецслужб и телефонных разговоров с чиновниками, Елена уже садилась в черный “мерс”, на котором ее и доставили в гостиницу в центре Москвы. Конечно, она могла бы выбрать отель и пошикарнее, но в этой гостинице остановился Фелнер. Если он покинет гостиницу, то его запросто убьют ублюдки из службы безопасности ее проклятого покойного муженька, чтоб ему до скончания века в аду орать на кипящих сковородках! Нет, Елена не хотела, чтобы Фелнера убили. И она не хотела, чтобы убили того, кто сейчас летел из Атланты в Москву. Хотя еще недавно молила и Бога и дьявола о том, чтобы проклятый Кронберг сгинул как страшный сон. Теперь все было иначе. Она добилась того, чтобы в холле гостиницы была выставлена негласная охрана, и чтобы охрана сопровождала Кронберга на его пути из Домодедово, где он должен был приземлиться, в центр Москвы.
Сама Елена провела в номере (на сей раз это был не люкс, а обычный “сингл”) всего около часа, чтобы привести себя в порядок после изматывающего путешествия по маршруту Франкфурт-Пекин-Москва. Да, она чувствовала невероятную усталость, но понимала, что не сможет заснуть. Ей хотелось, чтобы все разъяснилось окончательно. На самом деле она уже обо всем догадалась. Никаких доказательств у нее не было, это было чутье. Но Елена была уверена, что не ошибается. Она чувствовала… чувствовала это с самого начала. Просто заталкивала эту мысль в подсознание, потому что она была слишком ужасной. Она струсила, хотя прежде не трусила никогда. И этот страх ее и погубил. Теперь она это понимала.
Через час она спустилась на первый этаж, в то самое небольшое кафе, где совсем недавно Андреас Фелнер беседовал с Элиной Кондратьевой, которой уже не было в живых. Посетителей в кафе почти не было. Но среди них не было и Фелнера. Если бы он не пришел, то в этом не было бы ничего удивительного. Никаких теплых чувств у герра Фелнера миссис Бреннан по определению не могла вызывать. Но Елена была уверена, что Фелнер придет. И она не ошиблась. Фелнер появился через семь минут. Он был в джинсах и обычной клетчатой рубашке, но даже в этом простом наряде умудрялся выглядеть изящно и даже элегантно. Было в его облике нечто неуловимо аристократическое, чего начисто была лишена Елена. И, кстати, чего начисто был лишен Матиас Кронберг при всей его красоте и эффектности.
Елена бросила беглый взгляд на правую руку Андреаса, которая по-прежнему была загипсована, но на ее лице не было ни смущения, ни сожаления. Как будто она не имела ни малейшего отношения к случившемуся.
- Здравствуйте, миссис Бреннан, - Андреас поздоровался сдержанно, без улыбки, всем видом давая понять, что совершенно не рад этой встрече.
- Здравствуйте, герр Фелнер, - произнесла она. - Прошу вас, присаживайтесь.
Андреас присел за столик и вопросительно взглянул на собеседницу.
- Вы можете называть меня просто Элен. Или даже Елена, так будет точнее. Миссис Бреннан осталась в прошлом.
- Как вам будет угодно… Елена, - холодно произнес Андреас.
- Не возражаете, если я буду называть вас Андреас?
- Не возражаю. Впрочем, не думаю, что это добавит теплоты нашей беседе.
- О, на это я не рассчитываю, - усмехнулась Елена.
Подошел официант. Андреас заказал чашку кофе. Елена - виски безо льда. Сразу 150 граммов.
- Мне пора вспоминать русский стиль выпивки. Но сразу на водку без закуски все-таки переходить не хочется, - заметила она с кривой усмешкой.
- Я читал в новостях, что вас депортировали из Китая.
- Это даже к лучшему. Пора привыкать к жизни на родине. Пусть это и не входило в мои планы.
- А вот это тоже не входило в ваши планы? - Андреас указал на свою загипсованную кисть.
Вообще-то он не хотел затрагивать эту тему, но не удержался.
- Не буду врать, будто я сожалею о случившемся, - не моргнув глазом, ответила Елена. - Я давно утратила чувство жалости. Можете считать меня моральной уродкой, но что есть то есть. Впрочем, у меня остались немалые средства, мы можем обсудить вопрос о компенсации…
 
- Мне не нужны ваши деньги! - зло бросил Андреас.
- Я всегда готова вернуться к этой теме, если вы пожелаете, - с невозмутимым видом сказала Елена. - Да, вы стали невинной жертвой. Я очень уж хотела нанести удар по Кронбергу. Очень. А вы были его уязвимым местом. Поэтому я и нанесла удар по вам. Впрочем, мой муженек тоже постарался. Кстати, он свалился с обширным инсультом, вы слышали?
- Нет, - вздрогнул Андреас.
- А я узнала, как только прилетела в Москву. Идиот. Захотел власти, не понимая, что это такое. Понести власть дано не всем. Вот и сломался. Возможно, теперь окончательно станет идиотом, если мозг не восстановится, - Елена говорила это с полнейшим равнодушием, и Андреас невольно содрогнулся.
Похоже, что она не лгала, когда говорила, что утратила чувство жалости.
- Что вам от меня нужно? - глухо спросил Андреас.
- Вы - единственный, кого любит мой сын. Вы, единственный, кто его понимает. Я, впрочем, его тоже понимаю, но меня он ненавидит. А вас любит.
- Так вы…
- Да. Я уже поняла, что Матиас Кронберг - это на самом деле мой сын. Антон Вальковский, - Елена смотрела куда-то в сторону, и, пожалуй, впервые, голос ее дрогнул. – Если бы этот ублюдок Скелтон не сбил меня с толку и не подсунул фальшивые результаты тестов ДНК… Мне следовало еще тогда догадаться, что он играет не только на моей стороне, но и на стороне Кронберга. Впрочем, ублюдок уже поплатился за это и без моих усилий. А вы? Вы ведь тоже догадались, кто такой Кронберг.
- Догадался, - чуть слышно произнес Андреас.
У него звякнул телефон. Молодой человек достал его из кармана и посмотрел на экран.
- Он подъезжает. Матиас. Антон… Через пару минут будет здесь.
Елена ничего не сказала, только поджала губы.
Андреас смотрел на нее, и вдруг ему стало невыносимо душно. Даже не физически, воздух в отеле был вполне комфортным, работали кондиционеры. Но Андреасу вдруг инстинктивно захотелось глотнуть свежего воздуха, он задыхался в атмосфере лжи, ненависти, страха, предательства и смерти, которая сгущалась вокруг него все последнее время. Он почувствовал, что не может находиться рядом с Еленой, просто не может. Само ее присутствие было невыносимо, потому что весь кошмар начался именно с нее… С нее…
- Я выйду, встречу Мат… Антона у входа.
- Не надо! - быстро сказала Елена. - Это может быть опасно. Вы же знаете…
- Да что, меня расстреляют, что ли, при входе? - раздраженно бросил Андреас, поднимаясь. - Какого черта!
Елена лишь покачала головой, мрачно глядя ему вслед. Она точно не собиралась выходить. За соседним столиком сидели двое людей, внешне ничем не примечательных. Это была охрана, которую ей выделили ее российские знакомые. Не такая сильная охрана, как хотелось бы, но на большее она пока рассчитывать не могла.
Она вообще-то хотела многое сказать Андреасу. Но не получилось. Ее сын и тут сорвал ее планы. К этому у него совершенно точно был невероятный талант.
Андреас между тем прошел через вращающуюся дверь и вышел в переулок, в двух шагах от грохочущей Тверской. У подъезда стояло несколько автомашин, так что подъехать непосредственно к входу в отель было уже невозможно. Андреас прошел дальше по переулку. Он увидел приближавшийся черный “мерседес”, и что-то подсказало ему: Матиас там. Антон. Человек с красивой, безжизненной маской вместо лица. И со шрамом на животе.
“Мерседес” остановился, не доезжая до гостиницы. Задняя дверца отворилась и из нее выскочил Матиас… Черт, Андреас даже не мог понять, как теперь называть этого человека: Матиас или Антон. Такого знакомого и неизвестного, такого чужого и такого близкого…
На красивом и как всегда, малоподвижном лице Матиаса появилась улыбка. И эта улыбка была удивительно искренняя. Такой улыбки на лице Матиаса Кронберга Андреас не видел никогда. Он видел ее только у Антона Вальковского. Андреас замер, словно перед ним возник призрак.