Наномашины, Демон-Принц! Том 8 (СИ)
Никто не должен страдать, кроме тех, кто этого заслуживает.
«Пользователь геном Справедливости активизировался . Эффект схож с генерацией жара — ваше тело наполняется неизвестным типом энергии. С учётом, что в нём уже присутствует жар, два типа энергии слились. Продолжаю анализ»
Я по наитию понимал, что это значит и что будет. Да… кажется… я смогу это сделать.
Я щёлкаю пальцами, покрываю руку золотым огнём и взмахом выпускаю волну святого пламени, наполняя всё помещение!
«Пользователь, перегрев. Исчерпали весь запас жара»
— М-м! — я тут же ощущаю, как моя правая рука начинает буквально плавиться.
Кожа едва ли не кусками слезает с руки! А мясо, не побоюсь этого слова, начало едва заметно бурлить. Я сжал челюсть от неимоверной боли.
Но моя боль быстро сменилась наслаждением от криков других.
— Ыа-а-а-а! А-а-а-а! — вопили жертвы.
Почти все, кого накрыло золотое пламя, лишь зажмурились. Но ничего с ними не произошло. Но вот те, в ком огонь нашёл грехи…
— А-а-а-а-а! — кричали они.
Справедливость не карает невиновных, а огонь справедливости не жжёт тех, кто этого не заслуживает. Не знаю принцип, не заслуживает сейчас или не заслуживает вовсе, но в одном я был уверен точно — невинные сейчас не пострадают.
И пусть урон не такой большой, потому что мне не хватило сил нормально сжечь всё помещение, просто потому что я ещё слаб, но я сделал главное. Я отвлёк и обжёг тех, кого надо было отвлечь и обжечь.
Но остался последний. Он закрылся энергетическим полем, и уже направлял пистолет на меня.
Через кассу перепрыгивает Безымянный! Он хватает обычную банку с колой и метает её с такой силой, что я буквально слышу, как трещит вражеский череп! Это словно выстрел ядра из пушки! БАХ! И череп в кашу.
Остался последний, стоит на коленях! Векторное ускорение! Я подлетаю и хватаю руками за голову, насильно задирая вверх!
— Смотри. Мне. В глаза! — процедил я.
«Пользователь, Глаз Шеня и геном Справедливости вступили в симбиоз. Глаз поглощает святую энергию»
Я почувствовал, как жжёт мой лоб! И жертва, смотрящая мне в глаза, застыла. Его глаза начали наполняться кровью, и кровь потекла по щекам!
Я не знаю, что с ним происходило, о чём он думал, что он видел, какой ужас он лицезрел! Но я понимал — это шанс. Это моя новая способность. Ей надо воспользоваться.
— Кто вас послал⁈
— Я… не знаю… — всхлипнул мужик, кровь у которого побежала и из носа.
— Почему вас наняли⁈
— Не знаю…
— Ты должен догадываться!
— Да… потому что ты всем мешаешь.
— Кому⁈
— В школе. Ты исключил детей, богатых детей. Они проговорились. И они захотели тебя убить. Да… выскочка… помеха…
Я отпускаю мужика. Вряд ли он скажет что-то большее. Не думаю, что заказчики прям пришли к нему на встречу лично. Ну, а убивать его…
Стоп. Под ним тут же проросли тёмно-фиолетовые лозы и схватили за горло!
— Катя, нет! — крикнул я, разворачиваясь.
Катя, стиснув зубы, стояла всё там же, только вот пространство вокруг неё инвертировалось ещё больше. Магическая проклятая земля продолжала распространяться, и эта сила продолжала влиять на Катю. Её пробирал гнев и ярость, и я не совсем понимал, из-за чего! Ведь она должна была больше испугаться! Пришли-то не за ней!
Но факт был один — сейчас она в ярости.
— Насекомые… НАСЕКОМЫЕ!, — процедила она.
— Катя, стой. Это единственный выживший!
— Это нужно исправить, — она едва не шипела, а её голос отражался от пространства.
— Не нужно, — твёрдо сказал я.
— Но он хотел тебя убить. Хотел меня убить. Этот урод…
—̘ ̥Я̼.̬ ̱С̲к̦а̤з͉а͕л̲.̳ ̺Х̫в͔аͅт̟и̮т͉.͇
И мой третий глаз едва ли не с воплем и звоном метнулся в Катину сторону! Девочка тут же переменилась в лице, чуть отдёрнулась и едва не ахнула от нахлынувших ощущений! Она испугалась. Наверное, она почувствовала мой гнев.
Нет, это неправильно.
— Хватит, Катя, — сказал я намного тише и дружелюбнее, — Всё закончилось. Никто не ранен.
— Но… — сказала она тихо, с большим беспокойством, а инверсия вокруг неё начала пропадать, — Т-твоя рука…
Я глянул на правую руку. Да, ожог серьёзный. Не было бы в мире магии, такое было бы не восстановить — шрам на всю жизнь.
— Всё в порядке, — я улыбнулся, — До свадьбы заживёт.
Смахиваю рукой, и остатки кожи со шлепком падают на пол.
И когда за окном послышалась полицейская сирена, когда все враги лежали либо мёртвые, либо парализованные от боли сгоревшей кожи, я понял…
Всё закончилось.
Уже в какой раз мои тренировки и испытания окупились — моя сила вновь спасла жизни.
В дверь врываются полицейские. Над моей головой уже не было нимба, а третий глаз был закрыт. Всё, что говорило о том, что я принимал участие в битве — это лишь расплавленная правая рука и подгоревшая одежда.
Полицейский хмуро оглядывает трупы. У одного слетевшая кожа с лица, у другого раздробленный от колы череп, у третьего перерезанная глотка и море крови под ним, а четвёртый, однако, жив. У него всего лишь лопнули глаза, и начал вытекать мозг через уши и нос!
— Кто это сделал? — спросил он.
Ох, начинается… ну снова объяснительные! Ну кто вляпался в передрягу? Ну конечно же это Михаэль Кайзе…
— Вот он! — я тут же слышу резкий, будто заранее подготовленный девчачий голосок.
Поворачиваюсь на Катю, а Катя указывает на Безымянного. Безымянный, сначала ничего не поняв, вскидывает бровь и, посмотрев на Катю, начинает вертеть головой, не понимая, то ли правда на него указывают, то ли кто-то за ним стоит. Но нет, указывали на него.
Иван Иванов вновь посмотрел на Катю, и та… подмигнула.
— Ох боже… — вздохнул Иван, — Ну, получается я…
М? Стоп, а зачем⁈
* * *Дальше мы сидели уже в полицейском участке. Как всегда Тихонов, как всегда я. Но! Теперь здесь были и новые персонажи: Катя Синицина, мама-Синицина и Иван Иванов!
— Стало быть, это вы всех так, да? — спросил Тихонов, глядя на Иванова.
Бедный мужик лишь вздохнул:
— Ага, я.
— Это правда? — смотрит на нас полицейский.
— Да-да, — кивает Катя, — Всё так и было. Да-да-да! Ну не могли же обычные дети такое учудить?
Я же вздыхаю:
— Ну, да. Получается, наверное, да.
— Наверное? — задирает бровь полицейский, — Впрочем, странно, что записи с камеры не было. И кто их всех положил, до конца непонятно.
— Нет записи⁈ — воскликнула мама Синициной, — Да что за безопасность в этом городе? Кто отвечает? Смоленцева⁈
— Эй-эй-эй, — закачал я пальцем, — Не смейте гнать на Смоленцеву! Она даже не приступила ещё к обязанностям!
Очевидно, что записи бы не было, потому что это организованное нападение, и каким-то образом их наверняка просто-напросто либо удалили, либо камеры сломали, чтобы лишний раз не попасться. Я напомню, эти придурки пришли с открытым лицом, и единственный их шанс не сесть пожизненно — это обрубить все камеры и быстро исчезнуть. Хотя с учётом как быстро появилась полиция, у них всё равно ничего не вышло.
Это изначально провальная затея, и что забавное — цели они так же не добились. Нож меня тупо не пробил, а магию использовать они не успели.
Они все подохли. Кроме одного.
— С учётом ваших слов и идущего прямо сейчас допроса, — вздохнул полковник, — Наверное, можно уже предположить, кто был заказчик. Целью был Михаэль, а причина — выходки в школе.
— Выходки? — а вот это меня уже возмутило, — Ха? Да я просто защищал…
— Да я всё знаю, — перебил меня Тихонов, — Но когда наш текущий Император, хвала ему и почёт, разрешил аристократам вернуть статус просто кругленькой суммой, люди почему-то возомнили, что им всё дозволено, в том числе выражать свои обидки и месть. Потому, увы, пока не пройдёт пара десятков лет чистки от таких вот недальновидных идиотов, такое может случаться, — вздохнул он, глядя на меня с Катей, — Но вот вы двое, молодые люди, почему-то особо часто в такое влипаете. У вас много общего!