Экзорцист. Утроба Ведьмы (СИ)
Оглянувшись, она увидела, как молния озарила долину своим золотым заревом, после которого та снова и снова погружалась в беспросветный мрак ночи. Здесь и сейчас Мария отчетливо чувствовала, как впервые внутри неё началось движение. Как очередной оглушающий громовой раскат заставил содрогнуться в её душе чему-то совсем крохотному. И от этого неторопливого шевеления стало на удивление легко дышать.
— А-А! — закричала что есть сил, выплёскивая наружу все свои: боль, отчаяние и страх. — А-А! — кричала она, захлёбываясь бегущей по лицу водой, а ветер подхватывал её крик, унося всё дальше и дальше. — Как ты посмел оставить меня?! Ненавижу тебя Михаэль! Как же я только тебя ненавижу! Слышишь?! — прокричала в чёрное грозовое небо, не в состоянии усмирить ярость. — Я ненавижу тебя больше всего на этом свете! Ненавижу больше демонов! И куда больше чем людей! Я ненавижу тебя даже сильнее чем того контрактора! Ты сделал всё, что бы я тебя полюбила! Что бы дышать без тебя не смогла! Жить без тебя разучилась! А теперь просто взял и оставил?! В благородство играешь?! Решил свернуть на полпути и оставить меня саму на поле брани?! Ну, уж нет! Не бывать этому! Условия нашего договора еще не выполнены! Да я тебе за это душу выпущу, похлещи любого беса! Ты слышишь меня?! Я хочу, что бы знал, Михаэль! Я прейду за тобой! Я найду тебя, где бы ты ни был! И верну себе! Обязательно верну!
* * *— Ну что за сумасбродная девка! — недовольно выстукивала пальцем по столу, в ожидании её возвращения.
Гроза даже и не намеривалась стихать, а Марии не было уже добрый час. Орин чувствовала, что с ней однозначно всё в порядке, но при такой погоде, абсолютно в любой момент могло случиться всё что угодно.
Приглушенный стук заставил её дернуться. Сама от себя, не ожидая, Орин подскочила на ноги, поспешно отворяя запертую на засов дверь. Ошарашенный взгляд уперся в стоящую на пороге Марию.
Насквозь промокшая, она смотрела на неё с совершенно необъяснимой улыбкой.
— С ума сошла? — затянула её Орин внутрь, поспешно закрывая двери. — Живо в дом и раздевайся! Теперь ещё и пол после тебя вытирать! Ну чего стоишь как истукан?
— Я верну его, — шумно дышала Мария, смотря на неё полным решимости взглядом. — Я хочу вернуть его, Орин. Это возможно?
Смысл этих слов далеко не сразу дошел до Орин. Застыв на несколько секунд, она на самом деле не понимала, что именно Мария имела в виду.
— Ты сумасшедшая?!
— Я влюблена, а это — практически, то же самое. Я хочу вернуть его. Скажи мне, как я могу это сделать? Может ритуал провести ритуал или призыв?
— Если бы это было возможно, то неужели ты думаешь, что бы его уже не провела? Лилит заковала его в серебро. Ни одного демона нельзя призвать пока на нём серебряные кандалы.
— Тогда как я могу забрать его? — с мольбой хватила её за руку, не позволяя уйти.
— Никак! — практически завопила Орин, не вынося ни её вопросов, ни голоса, ни прикосновений.
— Но ведь это возможно? Ответь мне, Орин, это возможно?
— Нет! Сражаться с чудовищами здесь — далеко не то же самое, что в Аду. Да ты даже представить себе не можешь, какая колоссальная у вас разница в силе!
— Мне все равно через что я ради этого должна пройти. Если есть хоть один единственный, крошечный шанс на то, что Михаэль снова будет рядом — я готова ради этого на всё. И я пойду за ним чего бы мне это не стоило! Я… — снова засмеялась своим привычно-необъяснимым смехом — знаю, но ни чего не могу с собой сделать. Каждый раз, когда я на него смотрела, в голове было только одно: «Он — демон, он — чистое зло». Я ненавидела его всеми силами души, презирала, желала смерти. А сейчас… — отчаянно закрыла руками лицо, словно испытывает самый большой стыд в жизни. — Эти чувства такие сильные, они жгут меня и я больше не могу думать ни о чем другом!… Я пыталась загасить их тем, что он демон и тем, что я ему не нужна, что он всего лишь меня использует. О Боже! — что есть силы, сжала волосы, впиваясь ногтями под кожу. — Ничего, ничего не помогает! Я сумасшедшая! Я предала всё во что верила! Но как же сильно я хочу быть рядом с ним, хочу снова слышать его голос, смотреть в его глаза… Ненавижу себя! Как же я себя ненавижу!
— Опомнись! — схватила её за плечи, пару раз крепко тряхнув. — Да ты хоть понимаешь, какую чушь несешь?! Неужели ты действительно не понимаешь какое это безумие идти в Преисподнюю к демонам и бесам, которые только того и ждут, как бы сожрать тебя в ответ, за твою на них охоту?! — увидев ответный, утвердительный кивок Орин не сдержалась: — Да ты просто сумасшедшая!
— Орин, милая. Прошу. Помоги мне. Пусть я умру там, пусть сгину без остатка, но я ни за что не прощу себе, если хотя бы не попробую.
— Ну, раз так! — ещё сильнее сжав её плечо, пробивая ткань и кожу острыми когтями, она выволокла Марию на улицу, раздраженно отталкивая. — Хочешь сражаться с демонами?! Хорошо! Я тебе это устрою! — взмахнула рукой, награждая Марию хлёстким ударом невидимой плети.
С трудом устояв на подкосившихся ногах, Мария снова вскрикнула от боли, совершенно не в состоянии защититься. Невидимые плети снова и снова били её, рассекая кожу, едва ли не ломая кости, но Орин не могла остановиться.
Сейчас она во что бы то ни стало, должна была вразумить Марию. Должна была выбить из неё всё это безумие! Должна была, во что бы то ни стало сохранить ей жизнь и помочь исполнить желание. Ведь, только так и она, и Михаэль смогли бы освободиться!
Желание в обмен на душу! Пусть он её об этом и не просил!
Пусть ей самой этого не хотелось. Сейчас — живой Мария несла для всех, куда большую угрозу нежили мёртвой. Вот только умирать так бессмысленно и глупо?! Не сумев помочь ни себе, ни ему?!
Нет! Подобного Орин себе никогда не простит! Душа Марии обязана достаться Михаэлю! Она знала это. Видела! И теперь пройдя такой путь. Вложив в Марию столько сил и времени не могла позволить этой взбалмошной девчонки пустить все её труды коту под хвост!
— Почему не отбиваешься?! Ты же только что грозилась отправиться в Ад! Ну, так покажи мне, как именно ты будешь спасать Михаэля! — зло кричала Орин, смотря на упавшую под её напором девушку.
Кровь, грязь и слёзы… Всё смешалось, лишая Марию достоинства. Она чувствовала как каждый следующий удар Орин всё больше и больше пропитывается её отчаянием и страхом. Померкшими надеждами и страхом. Казалось, Орин пытается выбить веру, что Михаэля можно вернуть не столько из неё, сколько из себя самой. Заставить замолкнуть, смириться со всей этой безысходностью!
— Можешь убить меня, Орин! — закричала Мария, поднимая на неё полный решимости взгляд. — Переломать все кости! Снять кожу! Можешь вырвать язык, если тебя злит, о чём я говорю! А я всё равно пойду за ним! С твоей помощью или без неё! Плевать на судьбу! Плевать на предназначение и рок! Решай здесь и сейчас Орин! Здесь и сейчас! Или убей меня или помоги!
В блеске молний было видно, как капли дождя стекали по её лицу, скрывая его волосами, а из рассечённой брови тонкой струйкой стекала кровь.
Растерявшись, Орин смотрела на стоящую перед ней на коленях, истекающую кровью Марию, чувствуя, как всё её естество прожигает от зависти.
Ну почему она не может того, на что способна эта дикарка? Почему не может так же отчаянно и люто бороться за свою любовь? За свою жизнь? Будущее?
Почему не может наплевать на всё и словно капризный, избалованный ребёнок кинуться в омут с головой, стараясь вернуть единственно-любимого мужчину?
Долг. Судьба. Равновесие… Они сдерживали её столько, сколько она себя знает… И каждый раз, волоча их на себе, считала, что делает что-то немыслимо благородное! Только сейчас понимая, что всё это время жила не испытывая ничего кроме страха.
«Да, Михаэль… Теперь я понимаю… — потекли по её лицу слёзы. — Ты бы никогда не смог меня выбрать… Никогда бы не смог полюбить так же самоотверженно и безнадёжно, как полюбил её, просто потому что я сама никогда бы не смогла жить ради тебя так, как это делает она… »