Сестра ночи
Шаги Маэль послышались в коридоре, а затем она толкнула дверь в кухню. Ее взгляд скользнул по моему грязному свитеру, рваным джинсам, босым ногам и собранным в пучок волосам. Я уже приготовилась к отповеди, но на лице у сестры появилась радостная улыбка, она стремительно пересекла комнату и обняла меня. Обхватив Маэль руками, я уткнулась лбом ей в плечо. Утешение – это прекрасное чувство и именно то, что мне сейчас требовалось. Не стоило мне окапываться дома в одиночестве, лучше бы осталась с Эме и Маэль.
– Он не разорвал тебя на кусочки. – Раздался смех с нотами облегчения. – Кто бы мог подумать. – Она слегка отстранилась от меня и коснулась ладонью моей щеки. – Прости меня, – прошептала она. – Аарванд, идиот, не говорил нам, где ты была. Заявил, что тебе нужен покой. Он запер тебя в хижине? Может, мне его убить? Скажи только слово, и мы с Эйденом с ним разберемся. Подумаешь, красный дракон. Мы с ним разделаемся.
У меня вырвался смешок. До этого самого момента я и не осознавала, как сильно скучала по своим сестрам и как нуждалась в них в последние дни.
– Мне хотелось побыть одной, но дольше я там оставаться не могла. Мне нужно было вернуться домой.
Она погладила меня по спутанным волосам.
– Конечно, нужно, а мы бы пошли с тобой.
– У вас головы были заняты другими вещами, и я решила, что первое время справлюсь одна.
Маэль немного отодвинула меня от себя.
– Нет ничего важнее, чем мы трое. Запомни. Уж точно не какой-нибудь парень. – Она подмигнула. – Я бы стащила Эме с кровати Калеба.
На этих словах я ухмыльнулась и в тот же миг ощутила угрызения совести. Сестры тоже во мне нуждались, а я просто сбежала.
– Как он? Он поправится?
Маэль выгнула правую бровь:
– А ты как думаешь? Этот демон валяется в постели и позволяет Эме баловать себя, как только можно. Я не знала, что у драконов семь жизней.
– Теперь она наконец-то там, где он всегда и мечтал: на краю его постели.
– Готова поспорить, не только на краю, – сухо отозвалась сестра. – Она придет так скоро, как сумеет, но я не захотела больше ждать. Я бы не прощала его так быстро.
– А она простила? – У меня накопились сотни вопросов. И на первом месте среди них: действительно ли можно доверять Калебу и Аарванду? Они помогли нам бежать с Кериса, но что это значило? Почему они так поступили, после того как вообще привели нас в Мораду?
Маэль на мгновение задумалась.
– Точно не знаю. Мне кажется, Эме все это время подозревала, что он ведет двойную игру, но боялась вселять в нас пустые надежды. Наверное, карты или шар что-то ей показали.
Я глубоко вздохнула:
– А как Эйден? – Мы обе понимали, о чем я хотела спросить на самом деле. Оплакивал ли он брата? Был ли в ярости на меня за то, что я его убила? Будет ли мстить за смерть Эзры?
Взгляд Маэль стал мягче и вместе с тем тревожней.
– Он не говорит об Эзре. За прошедшие дни почти ничего не сказал о его… смерти. Но я этого и не ждала. Он почти никогда не демонстрирует свои чувства. – Ее голос звучал напряженно. – Эйден поблагодарил Аарванда за то, что тот нас спас, но уверена, не простил ему, что он в принципе когда-то его похитил.
– Это и невозможно простить, – тихо ответила я. – Если бы Эйден стал великим магистром, то наверняка снова запер бы Источник. Эзра поехал бы с нами в Гластонбери, ему не пришлось бы жениться на Веге… – Я осеклась. Нет смысла рассуждать об этом. То, что случилось, уже случилось. – Они с Эйденом обязаны создать альянс, о котором мечтал Эзра. В противном случае у нас не будет ни единого шанса против Регулюса. Им нужно отодвинуть свои разногласия на задний план.
– Они это знают. И научатся работать вместе. И Эйден не винит тебя, Ви. Совсем нет. Ты не могла поступить по-другому. Думаю, он рад, что именно ты освободила его брата.
Если все правда так, то это говорило о практически нечеловеческой силе. Как бы вела себя я, сложись ситуация иначе? Если бы Эйден убил Маэль? Сумела бы потом посмотреть ему в глаза? Какие бы обстоятельства к этому ни привели?
– Мы даже похоронить его не смогли. – По щеке пробежала слезинка, и я сердито ее стерла. Этап слез уже давно пройден. Во всяком случае, мне так казалось. Видимо, я ошибалась.
– Там осталось лишь тело, с которым мы не попрощались, – ласково произнесла Маэль. – Его душа всегда будет с нами. – Она взяла чайник и зажгла огонь на плите. Причем двигалась так спокойно, словно на улице в этот момент не собирались перегрызть друг другу глотки будущий великий магистр Ложи и князь Коралиса. Я восхищалась тем, насколько Маэль владела своими эмоциями, и желала быть сильнее – как она.
– Чем ты питалась последние дни? – поинтересовалась сестра, поочередно открывая шкафчики в поисках чего-нибудь съедобного. – В шато звонила?
Я покачала головой:
– Нет, а в саду еще оставалось немного овощей.
Она опять вздернула правую бровь:
– Аарванд приносил тебе еду в хижину, взяла бы ее.
– От голода я не умерла, – утихомирила ее я. – Есть еще что-то, что мне надо знать? Что произошло в Коралисе? Регулюс ведь будет мстить Аарванду, разве нет? Из-за того, что он нам помог? Какие планы у Эйдена? Он, должно быть, ненавидит Аарванда.
– Наверное, но Эйден никогда не позволит чувствам одержать над собой верх. Он разумный человек.
Я не стала намекать ей, что гнев и ярость – тоже чувства, а их у Эйдена было в избытке, если вспомнить о том, как он вел себя с ней.
– Сначала я заварю чай, а затем мы впустим хотя бы Эйдена. Ну и просто потому, что ты сама, скорее всего, уже об этом подумала: Аарванд хотел выступить против Регулюса, но не так скоро. Наш побег вынудил его действовать. Затруднительная ситуация.
– А когда она такой не была?
Маэль вздохнула:
– И тут ты снова права. Я готова шею свернуть Клименту Токвилю за то, что поставил нас в такое положение.
– Он скучал по своей жене. – Это оправдание даже в моих собственных ушах звучало слабовато.
– Если бы все мы творили такую дурь, когда скучаем по тем, кто нас бросил, что ж: аллилуйя!
– А я мог бы и догадаться, что тебе не понять, – послышался от двери мужской голос.
Я испуганно оглянулась. К дверному косяку прислонился Эйден. В руках он держал корзину.
– Твоего воздыхателя я отправил домой. Полагаю, этот чудовищный барьер в первую очередь должен не впускать его.
– Миленький выбор слов, – откликнулась Маэль. – Он мог бы запросто его разрушить, тебе же это известно. Он обладает немыслимой силой.
Я лишь пожала плечами. Аарванд понял намек. Он не вломился бы сюда без моего разрешения. В этом я не сомневалась.
Эйден уже не казался таким истощенным, как при нашей первой встрече в темнице, парень выглядел окрепшим и здоровым. При этом волосы были коротко пострижены и стали немногим длиннее, чем щетина у него на подбородке. Серьезный взгляд пронзительно-синих глаз задержался на мне.
– Эйден.
Он вскинул руку, останавливая меня.
– Я не хочу говорить о моем брате, – коротко сказал он. Если бы боль в его глазах не была настолько очевидной, я бы подумала, что он бесчувственная сволочь. Но я только кивнула, хотя меня это и задело. – У нас сейчас другие приоритеты, – уже осторожнее добавил он. – Нам нужно в шато, но Маэль настояла на том, чтобы сначала навестить тебя. Пускай я и не понимаю, что ты здесь делаешь. Это безответственно.
Маэль закатила глаза:
– Не обижайся на него. У Эйдена эмоциональный диапазон как у мухи, но он ни в чем не может мне отказать, – приторно сладким голосом произнесла она. – Корзину ставь сюда. – Она похлопала рукой по столешнице.
Эйден собирался что-то ответить, но его перебил свист чайника, и в итоге он просто поставил рядом с Маэль корзину, в которой, видимо, лежали продукты.
– Я быстро приму душ и переоденусь, а потом пойду с вами в шато, – сказала я.
Эйден покачал головой:
– Ты не обязана.
– Нет, еще как обязана и должна была прийти к Лорану уже давно. Ему необходимо знать, что произошло и что мы живы, даже если… – Я замолчала. – Ему будет сложно принять смерть Эзры и тот факт, что ты снова тут.