Приручить королевича (СИ)
— Пожалуйста, — заулыбалась и Варвара. — Я рада, что тебе помогло… Ой, извините, ваше высочество!
— Не стоит, лучше без церемоний. Я тоже ужасно рад, что ты… появилась в нашей компании. Белокрас проболтался, что знаком с тобой целый месяц. А Вихрь — он вообще… Вот, в общем, такие у меня друзья оказались, — заключил он со вздохом.
— Замечательные друзья, — хихикнув, возразила Варя. Вспомнила: — Ой, а если вам… то есть тебе нужно еще, вот, пожалуйста, возьми!
Она сунула ему мешочек с серьгами, который всё это время нервно комкала в руке, отчего подарочная упаковка растрепалась по шву, смялась и в целом пришла в откровенно непрезентабельный вид. Однако королевича это не смутило, он с любопытством заглянул в мешочек, вытряхнул серьги себе на ладонь — с искренней благодарностью выдохнул:
— Ты просто сокровище!
Осторожно положив подарок на перила, он принялся торопливо избавляться от старых накопителей, в которых камни всегда страдали в первую очередь. Варя уставилась на него круглыми глазами — она и предположить не могла, что под нестриженой вихрастой шевелюрой можно спрятать три пары длинных висячих сережек, по десятку камней в каждой. Правда, теперь-то в них ни одного целого кристалла не осталось, и выглядели опустошенные амулеты довольно жалко.
Под ее пристальным вниманием Снежен смутился еще больше, тем более пальцы от напряжения задрожали сильнее.
— Это ведь на тебя я наехал тогда на площади? — спросил он, неожиданно вспомнив, отчего ее лицо, особенно с таким вот изумленным взглядом, ему знакомо. — Месяц назад, когда я приезжал сюда проверить, начался ли отбор невест для… хм… для Злата. Ты не поранилась тогда?
— Да, это я… случайно на вас наскочила, — хихикнула она. — Извини, я была невнимательна.
— Нет, это моя вина, — настаивал он. — Еще раз приношу свои извинения, я был тогда очень зол после объяснений со Златом и не следил за дорогой. А Друня редко бывает в большом городе, поэтому вечно отвлекается и глазеет по сторонам.
— Друня?
— Мой сайгак.
— А! Да нет же, я сама просто немного растерялась тогда…
— Прости, ты не поможешь вдеть серьги? А то я боюсь выронить такие красивые накопители.
— Ой, — от неожиданности пискнула Варя. — Нет, я не справлюсь…
На самом деле от волнения у нее руки затряслись не меньше, чем у него от энергетического истощения.
— Прости, конечно, — спохватился Зимослав, — я не должен был, это бестактно с моей стороны, я виноват. О такой услуге стоит попросить горничную, а не невесту моего друга.
Варя мимоходом удивилась: всё-таки он считает Злата своим другом? А тот уверял, что они десять лет не разговаривали.
— Нет, позволь мне попробовать! — передумала она, сообразив, что, если не поможет сама, то ему впрямь недолго кликнуть служанку или вовсе кто-нибудь из придворных барышень подсуетится. — Только не вини меня, если я случайно оторву тебе ухо.
— Не получится у тебя, — рассмеялся он с облегчением, — мне всё детство няньки уши откручивали, так они у меня только крепче стали. Спасибо.
Он немного пригнулся, чтобы ей было сподручнее, пригладил непослушные волосы, заправив пряди за уши. И опустил глаза, чтобы ее не смущать. У Вари сердце затрепетало при столь близком лицезрении густых темных ресниц, молочно-белых бескровных губ, которые так и тянуло согреть, заставить заалеть от поцелуя… Она невесомо тронула подставленную мочку, серьезно раздумывая, не пришел ли ее черед падать в обморок.
— Смелей, — шепнул Зимослав с улыбкой, — мне тоже неловко. Вдруг нас кто-нибудь застанет?
Варя мысленно себя пнула. И обругала нехорошими словами. Припугнула: «Если ты сейчас в обморок просишься, как же брачную ночь переживешь — в коме? Какая от этого будет радость?! Привыкай давай быстро! Это мой мужчина, сама выбрала! Лучше некуда! Хватай его, пока даётся!»
Хватать, конечно, тем более за уши, она королевича не стала. Но с сережками справилась сносно.
— Благодарю, — с наслаждением вздохнул полной грудью Зимослав. Тряхнул головой, привыкая к тяжести новых камней, много крупнее его прежних. — У твоей энергии очень чистый и приятный тон. Алояса отругаю — столько времени прятал тебя от меня! Конечно, кому захочется делить возлюбленную даже с другом, но ему ли не знать, как мне нужны накопители…
— Погоди, мне кажется, ты немного перепутал… — промямлила Варя. Сообразила: так вот почему он назвал ее невестой друга! Он не Злата тогда имел в виду.
Тут и упомянутый чародей объявился, подошел к ним, легок на помине — при параде, нарядный, зато с разбитой губой и наливающимся синяком на скуле.
— Вихрь, дама твоего сердца чудесно заряжает амулеты! Я даже как будто немного под хмелем от этой чистой силы.
Снежен поманил приятеля подойти вплотную — и в доказательство вернувшегося всемогущества легким прикосновением свел с лица поморщившегося чародея следы недавнего приключения. Тот принял помощь, как должное.
— Зим, боюсь, ты ошибся. Роза, если ты имеешь в виду ее, стоит вон там, — Алояс указал вниз, на праздничную сутолоку. — А это Варвара, она — твоя суженая.
— Не шути так, а то я поверю, — рассмеялся Снежен. Но стер улыбку с губ, внимательно взглянув на друга. — Нет, ты серьезно? — Вопросительно оглянулся на замершую Варю: — Это правда?
— Тебе только дай волю! — усмехнулся Вихрь. — Вот так поглядишь влюбленными глазами, прикинешься обездоленным принцем… хотя ты и есть такой. Барышням много ли нужно? Пара улыбок — и аура меняет течение энергий, и вот вам уже совмещение и полная гармония. Нет уж, свою подругу я к тебе близко не подпускал и впредь подпускать не намерен. И очень рад, что ты наконец-то перестанешь завидовать нашему с Враном запасу амулетов.
— Ревнивец, — растерянно фыркнул Зимослав.
— Идемте! — кивнул Алояс на венчальный алтарь на площади. — Без вас представление никогда не закончится.
И ушел вперед, не дожидаясь их. Благородно дал им еще минуту побыть наедине.
Варя не смела отвести глаз от своего избранника. Ведь так и выходило, что это она его выбрала. Он же о ее существовании всё это время не подозревал и только сейчас оказался поставлен перед фактом без права выбора.
Зимослав теперь взглянул на нее совсем иначе. Как будто с настороженностью.
— Прости, я не запомнил твоего имени.
— Варя. Варвара.
— Необычное. Что оно означает?
— Ну… Примерно: чужестранка, явившаяся из далеких северных лесов и не знающая правил этикета.
Бесцветные губы тронула улыбка:
— Тебе подходит, ты выглядишь…
— Дикой?
— Непосредственной. Выходит, ты с самого начала знала, что не станешь принцессой Белозорья?
— Не с самого, — повинилась она. — Я вообще случайно оказалась невестой Лучедара. И, скажу честно, собиралась сбежать под конец срока помолвки. Но потом мне рассказали о проклятии. О тебе. И я осталась. В любом случае за Злата я совершенно не хотела выходить, чем хочешь поклянусь.
— Это плохо, — покачал он головой. — То есть хорошо — для всех нас. В одном не уверен — как это отразится на условии проклятия.
— Поживем — увидим! — оптимистично объявила Варя. Хихикнула: — В любом случае свою настоящую любовь Злат тебе не отдаст даже под угрозой каких угодно катаклизмов.
— Очень нужно! — заразившись ее весельем, фыркнул Снежен.
Варя осмелела — подошла вплотную, и королевичу ничего иного не оставалось, кроме как предложить ей опереться на его руку. Так они под локоток и стали спускаться по широкой лестнице. Вроде бы просто болтая о пустяках — на самом деле Варя заметила, что у Зимослава всё еще немного кружится голова, и ее пусть хилую, но помощь по сохранению равновесия на ступенях он принял с благодарностью.
Чтобы не терять время зря, она положила свободную руку поверх его запястья, нащупала под манжетой браслеты:
— Можно, я пока уцелевшие камни заряжу?
— А тебе самой дурно не станет? — нахмурился он.
— Неа, из меня прямо прет энергия! — воскликнула Варя. Смутилась: — Прости за выражение. Короче, мне очень надо куда-то сбросить лишнее, иначе я чего-нибудь учудю.