Космический ганфайтер

Лакус Конде сделал соответствующее распоряжение и через пять минут Николай тщательно проверял свою каюту на предмет наличия всяческих подслушивающих и подглядывающих устройств. Таковых он нашел не один десяток и уничтожил все, кроме тех, которые были установлены ещё на космоверфи и входили в список штатного оборудования крейсера. Одну видеокамеру он даже отремонтировал и настроил.
Хотя он даже и не надеялся на это, принц Конде-старший пригласил-таки его на обед. В кают-компанию он явился с подарком, десятилитровой бутылкой шампанского.
Из сорока паучих в кают-компании присутствовало только две и обе были облачены в новенькие чёрные мундиры, пошитые по тому фасону, который он же сам и ввёл в обиход. Во время обеда он почти ничего не ел, ссылаясь на то, что блюда для него весьма непривычные и выпил всего лишь один бокал шампанского. Принц Конде-младший смотрел на него волком, да, и остальные старшие офицеры любви к нему, явно, не испытывали. Один лишь командир крейсера поглядывал на Николая с интересом и даже попросил рассказать какую-нибудь историю о его прежней воинской службе, когда он был морским котиком ВМС США.
Николай не придумал ничего лучшего, чем рассказать о том, как они вчетвером, вооруженные одними лишь ножами, разгромили базу, кишевшую террористами, как сортир мухами. При этом он не только весьма живописно повествовал о том, как они кололи и резали боевиков Аль-Каиды, но и продемонстрировал на примере столового ножа своё мастерство владения холодным оружием, после чего рассказал офицерам крейсера о том, что может превратить в смертельное оружие практически любой предмет и даже поделился с ними новостью, что дурит вовсе не является самой надёжной защитой от удара хорошего бойца. В общем застращал он всех по полной программе, напугав паучих известием о том, что знает все жизненно важные органы хойниро и умеет их убивать ничуть не хуже, чем хомо и всех прочих гуманоидов. В общем когда на следующий день, разбирая основные узлы и механизмы своего меча он отказался от обеда, никто об этом не пожалел, зато он услышал, как во время этого обеда принц Конде-младший сказал:
– Дядя, этот Ник Сильвер просто животное, какой-то ходячий монстр, жестокий и безжалостный.
Дядя ответил ему задумчивым голосом:
– Мой мальчик, может быть Ник Сильвер и монстр, но я очень жалею, что ты сам не имеешь подобных навыков и мне кажется, что сразу после прохождения патрульной практики тебе нужно как следует заняться боевой и специальной подготовкой. Если ты хочешь добиться уважения в корпусе имперской безопасности, то это для тебя просто жизненно необходимо. Ну, а я в свою очередь, пожалуй, попрошу твоего друга показать мне, на что он способен и тогда мы все увидим, так ли он хорош.
Это было уже кое что. Корпус имперской безопасности был по сути тайной полицией не столько Империи, сколько императора и внутренняя безопасность имперского флота его мало интересовала. Во всяком случае внешне. Космофлот имел как свою собственную службу безопасности, так и подчинённую ей военную полицию. На борту "Оффенсио" между космолётчиками и парнями из службы безопасности установились дружеские отношения и те являлись главными контрабандистами, через которых к столу всегда можно было купить спиртное. Тем не менее это были прекрасно подготовленные специалисты своего дела и Николай по просьбе Дядюшки Сальве даже подготовил и провёл вместе с ними учения. Курсанты вместе со старшими офицерами изображали из себя мятежников, все остальные космолётчики во главе с командиром линкора заложников, а он с оставшейся в живых половиной парней из службы безопасности и военной полиции вязал одних и освобождал других. Может быть именно поэтому у обоих принцев, решивших покончить с ним в первую же минуту, не выдержали в конце концов нервы.
О том, что с ним не просто хотели расправиться двое обидчивых вельмож, а было приказано чуть ли не самим императором уничтожить слишком уж популярного в имперском космофлоте землянина, Николай знал наверняка, как знал и то, что хотя сам приказ и исходил от командования корпуса имперской безопасности, санкционировал его император Тиберий. Приказ был секретным и у него не было ни одного шанса доказать, что он вообще существовал, но можно было доказать сам факт покушения, а уж с тем, что в этом замешана тайная имперская полиция, оно и само собой как-нибудь свяжется, ведь всё должно было произойти на "Эксплараториусе", прозванном в космофлоте империи "Грязным крейсером".
 
После того, как Ник Сильвер вырубил двух здоровенных носорогов, основательно покалечив одному руку, и, к тому же уложил мордой в грязь ещё дюжину вооруженных космолётчиков, его стали обходить стороной. Зато как только он взглянул на тот меч, который ему выделили для патрульных и команду из пяти техников, прикреплённых к нему, ему сразу же стало ясно, что угробить его постараются именно в открытом космосе во время патрульного полёта.
На первый взгляд это был самый обычный боевой корабль, но стоило только Николаю подняться на борт и сунуться в технический отсек, ему всё сразу стало понятно.
Такого количества переделок, да, к тому же несанкционированных инспекторами с имперских космоверфей, он ещё не видел, хотя его меч на "Оффенсио" тоже был подвергнут им основательной модернизации. Правда, установка каждого нового электронного узла и метра силового кабеля на нём была согласована с инспектором Ульмусом.
Здесь же, похоже, вообще не знали, что на свете существуют технические инспекторы космоверфей с их ярко-голубой, флюоресцирующей мастикой для опломбирования наиболее важных узлов и механизмов, поставленных вместо стандартных. Николай построил техников перед своим мечом, сложил в стопку десять жаростойких керамических плиток, в три сантиметра каждая, ударом кулака разбил их все и пообещал, что то же самое случится с головой любого, кто только посмеет войти в его ангар. Технари побледнели и немедленно покинули ангар.
Тяжелый ударный крейсер "Эксплараториус" относился к числу самых малых в своём классе. Это был элегантный космический корабль немного похожий своими очертаниями на земные истребители шестидесятых годов. Такое сходство ему придавал расположенная под верхней частью корпуса взлётно-посадочная палуба, очень похожая спереди на воздухозаборник истребителя, вот только его длина была почти четыре километра, а вместо крыльев и киля в обе стороны и вверх были выставлены массивные консоли, ощетинившиеся мощными импульсными орудиями.
Взлётно-посадочная палуба имела в длину почти полтора километра и по обе стороны от неё находилось по двадцать ангаров, каждый из которых имел свой собственный стартовый шлюз, вылететь чрез который в космос было очень легко, а вот вернуться на борт крейсера тяжеловато и поэтому мечи влетали внутрь крейсера только через главный вакуум-шлюз. Николаю достался ангар под номером двадцать девять и, соответственно, меч с таким же бортовым номером. Техники, покинувший ангар в панике, вскоре вернулись вместе с главным техником крейсера, который вежливым голосом осведомился:
– Командор, почему вы вытолкали моих парней? Они вам чем-то не угодили?
– В общем-то нет, господин инженер-полковник. – Пожав плечами ответил Николай – Не успели, но я заглянул внутрь своего меча и пришел в ужас. Они натолкали в него столько нестандартного оборудования, что это привело меня в ярость. И самое главное заключается в том, что ни одна из этих железяк не опломбирована имперским техническим инспектором. Поэтому я намерен лично привести корабль в полный порядок и только после этого соглашусь совершать на нём патрулирование.
Инженер-полковник сначала побагровел, затем позеленел и в конце концов побелел от услышанного и даже престал дышать. С минуту он беззвучно шевелил губами и судорожно хватал ртом воздух, а потом завизжал, как кабанчик, когда того кастрируют, и брызжа слюной принялся выкрикивать:
– Это неслыханно! Что вы себе позволяете! Тут вам не "Оффенсио", на борту которого вас дрессировали. У вас нет допуска к ремонтным работам и вы не имеете права заменять какие-либо узлы и агрегаты без моего разрешения!