Продам свадебное платье (СИ)

— А потом что? Ты постарел и тебе стало лень крутить курортные романы?
— Постарел? — хохочет он. — Сколько, по-твоему, мне лет?
— Достаточно, чтобы устать от постоянных интрижек.
— Мне всего двадцать восемь.
— И уже выдохся? — подкалываю я его.
— В каком это смысле? — уточняет он, прижавшись ко мне сзади.
— Вот только не надо мне угрожать. — Развернувшись к нему лицом, я пробегаю изучающим взглядом по его телу и, улыбнувшись, добавляю: — Теперь твоя очередь. Давай сюда свои волосы.
Сделав, как прошу, он разворачивается и некоторое время молчит. А потом, когда я наношу на его светлые пряди шампунь, вдруг заявляет:
— За последние три года ты единственная, кого я привел к себе после первого свидания.
— Что это значит? — замираю я.
— Это значит, что у меня уже давно не было таких стремительных отношений. Говоря простыми словами, ты вскружила мне голову, как только заговорила со мной. А ведь я никогда не верил в любовь с первого взгляда.
— Это правда? — Взяв его за руку, я разворачиваю его к себе лицом.
— Правда. Ты же сама все видела. Как я себя вел и… вообще. Это разве похоже на поведение взрослого мужчины, управляющего гостиницей? Ты превратила меня в глупого влюбленного подростка. Вот и живи теперь с этим, как хочешь.
— Да будет тебе известно, ты в принципе единственный, кому удалось заманить меня к себе после первого свидания.
— Я тебя не заманивал, — возражает он, улыбаясь. — Ты пошла добровольно.
— Вот как? А разве не ты вел себя, как профессиональный обольститель?
— Я уже давно не такой. Но рядом с тобой моя новая прошивка дает сбой, — объясняет Влад, снова подставляя мне голову.
— Похоже на то, — соглашаюсь я, смывая шампунь с его мягких волос. — Может, поэтому ты мне сразу понравился.
— Хорошо, что ты приехала.
— Да. Благодаря встрече с тобой я не буду жалеть об этой поездке. Потому что, как оказалось, в ней не было никакого смысла.
— Ты же приехала из-за какой-то вещи.
— Из-за свадебного платья.
Я рассказываю ему обо всем с самого начала, включая наше знакомство с Федей в день его несостоявшейся свадьбы. А, дойдя до событий последних дней, объясняю, почему так разозлилась, узнав, что платье все это время было у Феди. 
— Значит, он согласился поехать с тобой в Джемете, зная, что ты зря потратишь время? — заключает Влад, когда мы выходим из душевой, и он протягивает мне широкое белое полотенце.
— Сейчас я понимаю, что он просто хотел оттянуть время разговора с Диной. Если честно, я даже не замечала, что с ним что-то происходит. А ведь она постоянно с ним связывалась, не давая ему возможности жить дальше.
— Даже у лучших друзей есть секреты друг от друга.
— Мне казалось, что меня никто не поймет. Даже он, — признаюсь я.
— Наверное, он думал то же самое о тебе. — Грустно улыбнувшись, Влад притягивает меня к себе и, заключив в объятия, просит: — Если у нас получится, и мы будем вместе, не бойся доверять мне свои тайны, договорились?
— Договорились, но как… как мы сможем быть вместе? — Только сейчас, когда мы произнесли это вслух, до меня доходит, как нереалистично это звучит.
— Как-нибудь разберемся. А теперь шуруй в кровать, — командует он, подгоняя меня шлепками по пятой точке. — И побыстрее.
— Влад, я серьезно, что мы делаем? — спрашиваю я, когда наши тела сплетаются под прохладным одеялом. — Это просто безумие.
— Ты приехала сюда искать платье, которое все это время было у твоего друга. Все с самого начала отдает безумием, не находишь? — улыбается он. — Но именно благодаря этому безумству мы познакомились. Так почему бы не позволить ему управлять твоей жизнью и дальше? Вдруг оно намеревается сделать тебя счастливой?
— Если не можешь противостоять происходящему с тобой безумию, стань его частью, да?
— Именно! — восклицает Влад и подается вперед, чтобы поцеловать меня.
  
20 глава
 
Наутро я тихонько выбираюсь из постели и, одевшись, поднимаюсь в наш с Федей номер. К моему удивлению, он уже не спит.
— А вот и она! — Друг приветствует меня поднятой кружкой с чаем. Он сидит в одном из плетеных кресел на балконе. — Только взгляните на эту девушку, которая даже не взяла с собой купальник. Настолько она была против отдыха и развлечений. А теперь ночует у парня, с которым завела курортный роман.
Покачав головой, я сажусь напротив.
— Извини. Не стоило мне оставаться у него. Но он такой приставучий. Не отвяжешься.
— Да ничего, — отмахивается Федя. — Хорошо, что предупредила, а то бы я с ума сошел.
— Конечно. Как иначе. — Мне вдруг становится неловко, потому что произошедшее между мной и Владом повисает в воздухе, а я не уверена, что хочу это обсуждать. — Значит, вот и он. Наш последний день в Джемете.
— Хочешь провести его с серфингистом? — сразу же предполагает он, и я от смущения даже прикрываю глаза.
— Мне не обязательно посвящать ему весь день. Я и с тобой хочу побыть. 
— У нас с тобой еще будет время. А вот с ним… — Сделав глоток, Федя ставит кружку на столик. — Вы собираетесь встречаться на расстоянии?
— Я знаю, что наши с ним отношения невозможны. Но… просто дай мне еще немного пожить, не думая об этом.
— Он так сильно тебе нравится?
— Тебя это удивляет? — тихо уточняю я.
— Не совсем. Но я определенно открыл тебя с новой стороны.
— Что еще за сторона?
— Непредсказуемая. Эта спонтанная поездка, твоя одержимость платьем, случай в море, теперь этот роман с Владом… Хотя, если задуматься, то за тобой и раньше такое водилось. Взять даже то происшествие в университете, когда ты схватила огнетушитель и собиралась в одиночку тушить пожар в кабинете химии. Некоторые твои поступки выглядят необдуманными, а что еще хуже — опасными. Ты сама-то замечала, как подвергаешь себя риску?
— Влад сказал, что мне нужно обратиться к врачу, — выдавливаю я из себя, теребя бахрому на топе. — Он думает, что у меня депрессия или типа того.
— Все настолько серьезно? — часто моргает Федя. — Может, он ошибается?
— Ты же сам только что назвал мое поведение странным и пугающим.
— Да, но я не это имел в виду.
— Я разберусь с этим, не переживай, — обещаю я бесцветным голосом. — Так, ты не против, если я проведу сегодняшний день с Владом?
— Нет. Веселись. — Поднявшись с места, он задерживает на мне встревоженный взгляд, а потом скрывается в номере.
Шумно выдохнув, я поджимаю под себя ноги и, смотря на взошедшее солнце, пытаюсь вспомнить, когда это началось. Дело в произошедшем на работе или у меня всегда была склонность к излишней меланхолии? Не так уж это и просто — оценить состояние собственной ментальной системы. Мне всегда казалось, что я с большим приветом, но склонность к печали появилась сравнительно недавно. Значит, все-таки дело в том случае с Кирычем и накрывшем меня бессилии. 
— Ты чего тут сидишь? — спрашивает выглянувший из номера Федя. — Скоро уже на завтрак идти.
— Да так. Задумалась.
— Не бери в голову. Может, мы с твоим серфингистом чересчур за тебя волнуемся.
— Помнишь, как ты нашел меня в слезах на вокзале? — Дождавшись его кивка, поясняю: — Тогда мне было даже хуже, чем недавно в море.
— Но почему? Я все еще не понимаю, что тогда случилось. Было очевидно, что ты передумаешь ехать к родителям, но я не ожидал застать тебя в таком состоянии. Ты была такая подавленная. Словно убитая горем, хотя ничего не случилось.
— Так и есть. Я знала, что все в порядке, но не могла заставить себя это почувствовать. Поэтому я не думаю, что вы с Владом преувеличиваете. Думаю, со мной и правда что-то не так. Но я схожу к врачу и разберусь с этим. Не переживай.
— О чем ему не стоит переживать? — уточняет приблизившийся к нам Влад.
— О том, о чем и тебе переживать не нужно, — отвечаю я, поднимаясь с кресла. — У тебя с волос капает вода. Ты прямиком из душа прибежал?