Поступь Империи (СИ)

— А здесь, — подхватил эстафету архитектор, — на причале, будет находиться кран. Им на корабли-то контейнеры и станем загружать, ну и выгружать им же.
— Только контейнеры?
— Если что-то придет не стандартное, то им же тоже можно. Там, на корабле, расстилаешь сеть. Укладываешь товары. Цепляешь сеть за концы и краном. Завязываешь. И сюда — на платформу. Сеть сразу нужной формы, чтобы тюк получался продолговатым.
— А если из другого ангара что нужно на этот причал завезти?
— Невеликая сложность, — охотно произнес архитектор. — Чугунка, идущая сквозь ангар, выходит с той стороны на рокаду с множеством развилок и стрелок. Из-за чего состав и короткий — чтобы можно было проще маневрировать. Там же, с помощью этой хитроумной развязки и сортировка происходит.
— Но эти перекладывания — скорее экстраординарная ситуация. — добавил начальник порта. — Что грузить на корабли загодя же известно. Поэтому, когда они подходят — вся эта возня — суть простой. А зачем он нам?
— Верно… незачем, — кивнул Меншиков, двигаясь дальше.
Причалы, кстати, еще не построили.
Большие, далеко выдающиеся в акваторию. Способные принять разом до двух новых барков. С каждого «борта». И таких — двадцать четыре штуки.
— А там что? — указал герцог тростью куда-то вдаль, ибо идти туда было лень.
— Один из доков сухих.
— Их по плану три штуки запланировано?
— Да. Верно. Крытых. Оборудованных высокими мостовыми кранами и прочим. Чтобы корабли как можно скорее ремонтировать. Откачка воды — паровыми машинами.
— Славно… славно… — покивал Меншиков, рисуя себе в воображение то, что здесь будет твориться уже лет через пять. А лучше — десять.
Чугунную дорогу-то тянули не только от Азова сюда. Нет. Все намного масштабнее происходило.
В районе Таманского полуострова предполагалось сделать большую узловую станцию. От которой тянуть еще две ветки. Одну на восток — к дороге, идущей вдоль западного берега Каспия. Ее уже построили почти. С тем, чтобы направить сюда часть товаров из Ирана и Поволжья. Судоходный канал-то от Волги до Дона еще не построили. Да и потом — вряд ли эта чугунка будет простаивать. Вторую — на запад — до Керченского пролива и далее по мосту на полуостров.
Мост уже достраивали.
Зачем? А почему нет?
Как таковой фундаментальной значимости и особой хозяйственной пользы он не имел. Но у Меншикова имелось много денег и жгучее желание оставить свой исторический след. Поэтому он не стеснялся таких проектов. Тем более, что определенный смысл в таком мосте все же имелся.
— Так… ладно… — остановившись и явно устав произнес герцог. — Коляску тут далеко?
— Сей момент, — услужливо произнес начальник строительства и, свистнув кому-то, махнул рукой. — Куда изволите?
Легкая повозка, как оказалось, двигалась параллельным курсом с легким отставанием.
— Поедемте, посмотрим жилой сектор. Где рабочие будут жить. Вы же его уже начали строить.
— Конечно. И даже кое-что закончили. — охотно закивал визави.
— Рабочим же, что строят порт, тоже надо где-то жить, — добавил архитектор. — Мы с жилого сектора и начали…
 Часть 3 
 Глава 8 
1716, сентябрь, 21. Варшава — Москва
Алексей медленно шел по Варшаве.
Он никогда тут не был, ни в этой жизни, ни в прошлой. Не сподобился как-то. Поэтому с интересом все осматривался. Довольно старый, беспорядочно застроенный город с узкими улочками…
Петр давил на магнатов как паровой каток. По сути, он поставил вопрос ребром — или они выбирают Алексея своим правителем, или он им всем доходчиво объясняет, где раки зимуют. Что, как несложно догадаться, никому не хотелось. Им вообще этот вопрос с раками хотелось как-то обойти стороной.
 
Так что к царевичу приехала целая делегация — уговаривать.
Недолго, правда, эти, как назвал их жене Алексей «тухлые колобки», мучались. Прямой приказ отца и политическая необходимость не позволили царевичу слишком уж сильно ломаться. Да и разговоры завели магнаты уж больно интересные. Им действительно хотелось своих заводов-пароходов. И ради этого они готовы были на многое. Особенно на контрасте с тем кошмаром, который недавно накрыл Францию.
Вот Алексей и выехал на Сейм. Общий, объединенный Сейм в Варшаве, куда собралась шляхта и магнатерия со всей Речи Посполитой, обеспечив чрезвычайную явку.
И как поехал…
Он не был бы самим собой, если бы не постарался воспользоваться этим прекрасным моментом для пиара. Так что, из Москвы он выступил, собрав все имеющиеся паровые автомобили — все тридцать две штуки. С запчастями и ремонтными бригадами. Что превращало эту поездку в первый в истории автопробег.
Анонсированный.
За неделю до выезда вперед ускакали гонцы, дабы на местах готовились — встречали. Небезопасно, конечно. Но оно того стоило — многотысячные толпы людей собирались поглазеть на это дымящий кортеж. Да еще и бодро идущий, поднимая клубы пыли по грунтовкам. Макадамы ни в Литве, ни в Польше не строили. Их вообще кроме России пока не строили. Но даже по простым, довольно разбитым проселочным дорогам эти здоровенные «дорожные паровозы» выдавали стабильные километров пятнадцать в час. Поддерживая эту скорость на протяжении всего пробега.
Диво? Еще какое.
Быстрее мог идти только одиночный гонец, да и то — постоянно меняя лошадей. А тут — вон — целая делегация шпарила.
Не обошлось без поломок.
Двух.
Но их сумели устранить достаточно оперативно. В состав кортежа был включен специально оборудованный ремонтно-восстановительный паровой автомобиль. С паровым краном, лебедками и прочим. И запчасти имелись в достатке. Так что — на глазах изумленных зрителей получалось устроить маленькое чудо.
Лопнувшая ось привела к тому, что один из автомобилей улетел в кювет и чуть не завалился. Его вытащили. Приподняли. Все быстро заменили. И двинулись дальше. Час работы — и готово. Хотя никто и не верил, что управятся так быстро. Вон какая здоровенная дура. Как к ней подступиться? А как ловко тянула паровая лебедка? У людей аж рты открылись. Они-то обсуждали, думали, что много лошадей надо. На таком драндулете не подберешься — там же канавы и сырая низина. А тут — раз — и готово. Разве что дерево, к которому зацепились, чуть не вывернули. Ну да и ладно.
Второй раз лопнула трубка высокого давления, которая подводила пар к цилиндру. Ее заменяли дольше. Пришлось охлаждать котел. Но повезло, что авария случилась во второй половине дня. Поэтому просто раньше встали на привал. С утра же продолжили путь, как ни в чем не бывало.
Ну и вечерний осмотр. Куда без него? Каждый раз целая процессия собиралась из работников и зевак.
В самом кортеже, кроме самого царевича, его свиты с охранением и ремонтно-восстановительной бригадой ехали часть посольства Речи Посполитой. Самые значимые ее представители, ибо не так много мест оставалось свободной.
Он их специально прихватил с собой для того, чтобы на каждой долгой обстановке проводить митинг. Маленький. Две-три тысячи зрителей. Но с их участием вроде как официальных лиц. Чтобы вопросов лишних не возникало.
Перед обывателями Алексей толкал примерно одну и туже небольшую речь в своем излюбленном стиле «Нью Васюков». А те слушали, развесив уши. Чай непривычные к такому. Обычно ведь если какой уважаемый человек и выступал перед ними, то совершенно на другие темы. Так или иначе сообщая о проблемах, которые либо выпали на их голову, либо нужно раскошелиться, чтобы не выпали. А тут — прямо диво — Алексей им рассказывал о том, как будет решить их проблемы. Отчего люди если не впадали в экстаз, но чрезвычайно вдохновлялись.
Немного мешал языковой барьер.
Пока ехали по Литве — его практически не наблюдалось. Все так или иначе говорили на русском языке, пусть и на местном его наречии. А вот в Польше пришлось попотеть. Здесь жили преимущественно поляки, языка которого должным образом Алексей не знал. Посему вещал через переводчика.