Дочка папы Карло (СИ)

Обе мои дорогие “тётушки” вышли поздороваться с доктором и вернулись к прерванному занятию.
Андрей Васильевич одобрил состояние руки, снял надоевшую повязку, настоятельно велел беречься и более не вступать в единоборства с противниками, превышающими моюмассу в два раза.
Уже на пороге чуть задержался и высказал своё сожаление по поводу того, что наше знакомство состоялось при столь неприятных обстоятельствах. Кажется, ему хотелосьсказать что-то ещё, но он не решился. Я, испытывая некоторую неловкость, предложила позвать хозяйку дома, чтобы они могли попрощаться.
— Нет-нет, — поспешно ответил князь, — просто передайте мои наилучшие пожелания. Я так понимаю, фрау Марта занята приёмом другой посетительницы, и они весьма увлечены беседой.
Когда за Андреем Васильевичем закрылась дверь, задумчиво пошла в гостиную. Не то, чтобы я старалась идти тихо — так само собой получилось. За приоткрытой дверью тоже царило подозрительное затишье. Тётушки, кажется, уже прекратили греметь посудой.
— Спасибо, дорогая Марта, за то, что поделились. А то ж у нас с Прасковьей душа вся изболелась. Дмитрий по дому сам не свой ходит — никогда его таким не видела… Так и знала, что этих двоих ни на минуту оставить нельзя! — донеслось до меня из комнаты.
Я полыхнула краской и отпрянула от двери.
—Так вон оно, значит, что! Мои дамы уже прекрасным образом спелись. Одна, значит, прилетела на разведку, а вторая это сразу просекла и не упустила момента поделиться наболевшим. -было одновременно и досадно, и смешно, и трогательно, —Вот же две заговорщицы! И как прикажете реагировать?
Решила сделать вид, что ничего не слышала. Отошла подальше и, напевая песенку (ну чтобы меня слышно было), вернулась в гостиную.
Две заботушки, как ни в чём не бывало, демонстративно-увлечённо обсуждали последние тенденции в моде. Тем более, что мы с Мартой накануне как раз просветились на этот счёт.
— Ой, Алиса, там у вас столько красоты — я едва смогла остановиться. — с самым невинным видом защебетала Наталья Сергеевна, повернувшись ко мне, — Отложила четыре вазы и набор фужеров — хочу непременно порадовать сестру. Кстати, у меня для вас обеих приглашение на чай от графини Уваровой. Она тоже желает сделать заказ для спальни и хотела бы сделать это лично.
А вот этого я совсем не ожидала. Сие заявление моментально смыло мою внутреннюю лёгкую саркастическую улыбочку, мол “ну-ну, и что вы тут у меня ещё задумали?”. На её место пришла полная растерянность. Ей-богу, как пыльным мешком по голове. Судя по выражению лица — Марта тоже была ещё не в курсе того, что сейчас произойдёт. Однако, надо было что-то отвечать, как-то вообще реагировать — не стоять же истуканом с круглыми глазами.
— Я… не уверенна… Что имею возможность принять приглашение. — выдавила кое-как сложившуюся фразу.
— Алиса, — тётушка смотрела на меня нарочито-строго, — не огорчайте нас с Прасковьей Сергеевной.
Я подняла на неё полные мольбы глаза.
—Всё будет хорошо. Доверься мне. -одним молчаливым мягким кивком ответила она.
Марта только переводила взор с одной на другую и, зуб даю, молилась за удачу, надеясь, что Наталья Сергеевна и в самом деле знает, что делает.
Я не могла ни согласиться, ни возразить или просто отказаться. Поэтому сменила тему на “а может, по чайку?” и пошла в столовую. Две моих опекунши присоединились к мероприятию, ещё немного мило поболтали, и тётушка выдвинулась домой, оставив меня в растрёпанных чувствах.
— Алиса, тефочка моя, не стоит так перешифать. Приглашение — очень лестное, таже не фсдумай сомневаться. — успокаивающе гладила меня по руке наставница и самый тёплый друг.
—Ага, коврик заказать. Раз приглашают вместе с Мартой — значит это только повод для того, чтобы на меня посмотреть. -я чувствовала себя припёртой к стенке.
 61 
Через пару часов мы с Мартой и Франком Модестовичем мирно сидели в гостиной, ожидая, пока накроют ужин. Как неожиданно горничная с озадаченным лицом доложила, что садовник обеспокоен странным поведением какого-то молодого человека за нашими воротами.
 
— Кхм. — удивился хозяин дома, — Кто-то пытается проникнуть в сад?
— Вроде… нет. — растерялась служанка.
— Позовите сюда Митрофана. — распорядился герр Келлер.
Пояснения подошедшего садовника ещё больше запутали ситуацию. С его слов выходило, что за воротами какой-то молодой мужчина ходит вдоль резной ограды туда-сюда и разговаривает сам с собой.
— Если он нищий — подайте еды и пусть идёт с богом. — пожал плечами муж Марты.
Но нет же, господин, оказывается, был очень прилично одет
— Тогда спросите, что ему нужно. — сказал хозяин, — Хотя нет, пожалуй я сам спрошу.
Франк Модестович решительно поднялся из любимого кресла и отправился на улицу. Мы с наставницей переглянулись и, не сговариваясь, прильнули к окну. Хотя, разглядеть ворота отсюда было очень затруднительно.
Буквально несколько минут спустя на дорожке, ведущей к дому, появился хозяин с незнакомцем. Хотя, какой уж тут незнакомец. Рядом с герром Келлером прямо к нам топал никто иной, как Дмитрий Алексеевич с каким-то невнятным обрывком клумбы в руках.
Я, не веря своим глазам, резко развернулась от окна. Затем испуганно уставилась на своё платье, нервно поправила причёску и повернулась к Марте.
— Ты феликолепна, моя тефочка. — понимающе и ободряюще улыбаясь, сложив пальчики в “щепотку”, просто сказала она.
В следующий миг дверь открылась, и в гостиную вошли мужчины.
— А у нас гость. Дмитрий Алексеевич Уваров. — громко и бодро объявил хозяин дома, который, похоже, уже тоже втянулся во всю эту мою… эпопею, — Дорогая, я могу на минутку отвлечь тебя. Надо кое-что прояснить на… у кухарки какие-то вопросы.
— Конечно-конечно. Я там… там кое-какие распоряше-ения. — семеня к мужу и на ходу лёгким поклоном приветствуя графа, отозвалась моя добрая фрау.
Дмитрий выглядел растерянным. Впрочем, я — не лучшим образом. Как-то оба не ожидали, что нас вот так сразу оставят наедине. Вообще-то это не вполне в правилах… Думается, просто, больше всех вся эта наша “Санта-Барбара” достала милейшего герра Келлера. И, поскольку, мы, видимо, всё-таки внушали ему доверие и надежду на благоразумие,он, подвинув условности, волевым решением создал условия, чтобы мы, в конце концов, имели шанс объясниться.
Я молчала, не зная, что говорить. Да и тем более это он явился — вот пусть теперь и выкручивается.
— Алиса. Тётушка мне всё рассказала, и вот я пришёл…
Ну это и так было очевидно.
— Понимаете… Так глупо… Люди часто ссорятся именно из-за многих лишне сказанных слов, а я… вот… — он стоял и сумбурно говорил всё это, размахивая рукой с зажатым в ней помятым кустиком.
—Неужели… действительно с клумбы что ли?— не к месту размышляла я. Почему-то этот, с позволения сказать, букет не давал оторвать от него взгляда, оранжевым пятном маяча из стороны в сторону.
— Простите. — голос Дмитрия изменился — кажется, он разозлился на себя за собственную нерешительность, — Я не знаю, какие разумные объяснения найти своему поведению.
— А не разумные? — волевым усилием я отлепилась от цветового всполоха и посмотрела на его обладателя.
И тут же с полной очевидностью поняла, что не сержусь совершенно. Более того, не хочу, чтобы он продолжал пребывать вот в этой неловкости. Только не знала, как помочь. Что сказать-то?
— Не разумные — есть. Но говорить об этом… — он досадливо прикрыл глаза, — Алиса, я очень сожалею, что позволил себе поступить, как настоящий эгоист. Однажды мне сказочно повезло встретить вас и… я не хочу одним глупым поступком… Ваша обида справедлива…
— Дмитрий Алексеевич, я — правда — уже совсем не сержусь. — пришла ему на выручку я и сделала один шаг вперёд — навстречу.
Граф расслабленно опустил руки с “веником” вниз и посмотрел в мои глаза, ища в них подтверждение только что сказанному.
— Да честно. — тихонько рассмеялась я, — Только спасите меня от смерти на почве неудовлетворённого любопытства, расскажите, ради бога, что вы делали у ворот?