Обещанная демону. Огненная академия (СИ)

Эйр тоже осушил свой кубок и откинулся на спинку кресла, показывая, что ужин завершен. Золотые глаза мужа блестели, поглядывая на меня. Я смущенно отставила пустой кубок с тарелкой.
Я до сих пор странно себя чувствовала, когда он так на меня смотрел — не с вызовом, как на девушку, которую нужно завоевать, а как на свою, родную и при этом желанную. Наверное, к этому просто нужно было привыкнуть. Ведь сколько там длился наш брак — пять дней, неделю? Из-за Сопряжения я категорически путалась в числах. Произошло столько событий, что казалось, будто миновал целый год.
Тишина в зале застаивалась. Эйр отчего-то не спешил звать слуг, чтобы они убрали посуду.
— И все-таки, — сказала я, чтобы разбить молчание, — как у тебя получилось сегодня зажечь огонь и уничтожить иллюзии Керри? Ведь наши силы вытянул артефакт.
Его взгляд стал задумчивым. Эйр взмахнул рукой и на расстоянии погасил, а затем снова зажег один из огоньков на подсвечнике. Я проверила еще до ужина — у меня так не получалось, сколько ни старайся.
— Не знаю, — признался он. — Меня совершенно точно опустошило до самого дна, когда мы с тобой коснулись центра круга. Я не мог выдохнуть и обычную искру. Видимо, огонь в моей крови настолько силен, что надолго его не способен остановить даже древний артефакт. Но дар все равно пока не восстановился до конца. Думаю, пройдет пара дней, прежде чем вокруг меня все опять начнет загораться само собой.
— Твоя бешеная сила нам пригодилась сегодня, — заметила я, вспомнив о Керри.
Эйр поморщился.
— Сегодня — да. А сколько еще раз она причинит вред? У нас с тобой будут дети, и я не хочу, чтобы они сгорели в колыбелях только потому, что меня вызверит какой-нибудь не вовремя заявившийся недоумок. Я старался держать свою силу при себе до последнего, догадываясь, что рано или поздно случится ситуация вроде сегодняшней, с артефактом. Но всё, мы через это прошли — и хватит. Зорт из-за Сопряжения задержался в Ланвире, помогает в гильдии алхимиков. Завтра же заставлю его взять краски и закончить татуировку. Той силы, что после этого останется, вполне хватит, чтобы тебя защитить.
— Спасибо, любимый мой, — я тепло улыбнулась. — Только теперь я вижу, что ты всегда думал о том, как меня защитить, даже до того, как мы встретились.
— Ну… — он подозрительно закашлялся. — Да, если не считать того, что свадьбой и Сопряжением я тебе испортил всю учебу в академии.
— Испортил? — я хохотнула. — Ты, наверное, думаешь, что я ее брошу? Даже не надейся. Ты просто помог мне расставить приоритеты, понять, что действительно важно, а что нет. Так что я все равно продолжу тренировки, как только учебу вернут в обычный режим!
— И как ты это будешь делать с огромным животом? — прищурился Эйр.
Я невинно похлопала ресницами.
— Я же не всегда буду беременной. И потом, теория в Огненной академии иногда бывает не менее горячей, чем практика.
Он рассмеялся.
— Как же мне повезло, что у меня жена с огоньком!
Эйр поднялся с кресла и, потянув меня за собой, закружил по залу, а потом подхватил на руки — крепкие, сильные руки, которые не смог ослабить даже древний артефакт. Затем мой самый любимый на свете демон неожиданно замер и с таким видом, будто эта идея пришла ему только сейчас, посмотрел на меня хитрющими глазами.
— Слушай, мы же совершенно свободны этим вечером.
— Уже ночь, — поправила я, оглядываясь на горы в окне, за которыми окончательно скрылось солнце.
— Ага, — многозначительно произнес Эйр. — Ночь. И подумай только: почти вся академия уверена, что мы с тобой дышим на ладан. Никто не рискнет сунуться к нам в спальню.
Настал мой черед игриво прищуриваться.
— На что это вы, мой лорд, намекаете?
Он притворно задумался, изучая росписи на потолке.
— Например, на то, что наша первая брачная ночь была безвозвратно испорчена полным затмением Сопряжения. Да и последующие могли бы пройти лучше, если бы мне не пытались в самые интересные моменты сделать какой-нибудь срочный доклад или принести невероятно важное донесение. Как насчет того, чтобы исправить эту оплошность, моя прекрасная леди?
 
— Я только за!
Разве можно было ответить что-нибудь иное? Я начала засматриваться на Эйра с первой встречи, еще не зная, что он мой суженый. Его прикосновения кружили голову и заставляли затаить дыхание в ожидании новой ласки. Возможно, однажды, как мои старшие сестры от своих мужей, я устану от его поцелуев, но до этого еще определенно было очень далеко.
В тот же миг, как я ответила, Эйр закинул меня на плечо и понес в спальню. На нашу огромную кровать я упала будто в облако и счастливо засмеялась. Но когда надо мной, расставив руки, навис Эйр, шутливое настроение пропало.
Пришло совсем другое настроение. Такое, которому я затруднялась подобрать правильное слово.
Горящий в глазах Эйра огонь, который я видела еще внизу, в зале, стал ярче, губы приоткрылись от страсти. Я чувствовала, что муж с охотой прямо сейчас приступил бы к самому сокровенному, но он сдерживался, зная, что так будет слаще.
В комнате горело всего несколько свечей, которые придавали сумраку приятную загадочность и размывали черты, делая их еще привлекательнее. Молча, повинуясь общему порыву, мы поднялись с кровати и встали друг напротив друга. Эйр медленно, пуговичку за пуговичкой, расстегивал мое платье, обнажая сначала одно плечо, затем другое. Скоро ткань с шуршанием сама сползла вниз, и я осталась в сорочке, глядя мужу в глаза.
Он не утерпел, сомкнул руки на моей талии и склонился надо мной, опаляя шею дыханием.
— Ты самая прекрасная женщина в мире, Талли. С первого мгновения, когда я тебя увидел у чешвирской голубятни, ты сводишь меня с ума.
— А ты — меня, — шепнула я в ответ, слегка коснувшись губами его горячей кожи.
Тотчас ладони на талии сжались сильнее. Эйр потянулся к моим губам, но я приложила к ним палец, безмолвно прося еще чуть-чуть потерпеть. А потом потянула за завязки на воротнике его рубашки, распутывая узелок.
Эйр сбросил ее вместе со штанами так торопливо, что они чуть не затрещали по швам. Я едва слышно засмеялась. Порывистость, легкая нетерпеливость мужа мне льстили, но я не могла удержаться от того, чтобы не повременить еще немного и полюбоваться его развитой мускулатурой.
Играя, я провела пальцами по его колючему, щетинистому подбородку, шее, выступающей ключице, затем по мощной груди и по рельефному животу. Меня искренне восторгала его фигура, казавшаяся почти божественной. Почему таким не изображают Таниса? Будь его статуи хоть отдаленно похожими на это, храмы бога воинов находили бы куда больше прихожан среди женщин…
Когда пальцы опустились слишком низко, Эйр их перехватил.
— Не спешите, леди, — выдохнул он. — Сначала ваша сорочка.
Миг — и я осталась полностью обнаженной. Но не успела смутиться своей наготы, как полетела в кровать, и сверху меня накрыл Эйр.
Меня приводила в восторг такая близость с ним — без одежды, без преград, только тепло наших тел и безумно сладкая гладкость кожи. Эйр пользовался этим мастерски. Он одними поцелуями мог довести меня до стонов, одним движением руки — заставить изнывать от страсти и прикусывать губы в надежде на то, что этот демон-искуситель не остановится.
Зная о моей неопытности, он направлял мои ладони и движения, показывая, как будет приятно ему. Хотя я постоянно забавляла его смущением и вопросами, которые мне самой казались ужасно глупыми, Эйр казался очень довольным тем, что и как я делаю.
В глубине души я радовалась, что это не первый наш раз. Тогда мне было больно, и это было почти единственным, о чем я могла думать. Сейчас мне уже ничто не мешало сполна насладиться той радостью, которую мы с мужем могли подарить друг другу.
Эйр был удивительным, единственным во всем мире таким мужчиной, и я любила его так, что теряла от него голову. Только он мог в разгар страсти в буквальном смысле распалиться так, что поджег тонкий кружевной балдахин, и нам пришлось прерваться, чтобы со смехом его погасить.