Дикое правосудие

На экране все еще оставалось письмо Филдинга.
«Только этого мне не хватало», — подумала Джоанна. Она уже открыла рот, чтобы все объяснить.
Пол поднял руку, давая ей знак помолчать. В редакции он никогда не разговаривал с ней при посторонних на личные темы.
— Мне необходимо поговорить с тобой о твоей колонке. Пожалуйста, Джо, зайди ко мне в кабинет, когда у тебя будет свободная минута, — довольно спокойно произнес он.
Она молча кивнула и, когда он ушел, села за свой стол, прочитала злосчастное письмо и удалила его, что, разумеется, надо было сделать первым делом. Затем она направилась в кабинет Пола.
К тому времени, когда она дошла туда, Пол уже сидел в большом антикварном кожаном кресле за своим рабочим столом. Когда Джоанна вошла, он не поднялся и сесть ей тоже не предложил. Но она тем не менее села. Да почему она должна стоять перед ним, как провинившаяся ученица, получающая выговор от директора?!
— Джоанна, я хочу, чтобы ты объяснила мне, что означает это письмо, — ледяным, не терпящим возражений тоном потребовал Пол.
Вдруг разозлившись на него, Джо решила дать ему отпор.
— А я хочу знать, с какой стати ты читаешь мою частную корреспонденцию? — задала она встречный вопрос.
Он вздохнул:
— Я всего лишь пришел спросить тебя, где статья для твоей колонки. Ты же понимаешь, все сроки прошли, и я взглянул на экран в тщетной надежде, что ты работаешь над ней. — Он говорил с преувеличенным терпением. — Глупо, конечно, с моей стороны, — закончил он.
Она немного смягчилась. По поводу Филдинга она не волновалась, но чувствовала себя виноватой, когда нарушала сроки, и эту привычку ей так и не удалось изжить. Сроки — это святое. В ежедневной газете не важно, насколько идеально написана твоя статья, если она сдается слишком поздно.
— Послушай, Пол, ничего не было, — начала она. — Мы вместе обедали, он здорово перебрал с вином и позволил себе лишнего. Майк написал, чтобы извиниться за свое поведение. Ради бога, это письмо не стоит того, чтобы из-за него ссориться.
Пол в упор посмотрел на нее.
— Ты не говорила мне, что обедала с Филдингом, — бесстрастно заметил он.
— А что, обычно я тебе рассказываю, с кем обедаю? — ответила она, стараясь держать себя в руках.
— Джоанна, Майк Филдинг — это не первый встречный, во всяком случае не в твоем контексте, — сказал он.
— Пол, ты делаешь из мухи слона…
— Я делаю? — перебил он. — Когда «Прайвит ай» прошелся насчет вас, тебе это сошло с рук. Полностью. Ты знаешь, что я ни слова тебе не сказал. Хотя еще тогда все было не так уж однозначно. А сейчас это…
Теперь Джоанна перебила его:
— Ах, мне сошло с рук?! Пол, скажи честно, кем ты себя возомнил?
— По-моему, Джоанна, я твой муж, — ответил он. Его голос почти срывался на крик. — И по-моему, с недавних пор ты об этом забыла…
— Пол, я отказала ему. Сказала «нет»! Понимаешь? Отказала! Это тебя устраивает?! — Она словно выплевывала в него слова. Раньше в редакции «Комет» они никогда не позволяли себе ничего даже отдаленно напоминающее выяснение отношений. У Джоанны промелькнуло в мыслях: «Интересно, секретарша или кто-нибудь другой слышит, что здесь происходит?»
— Хорошенькое дельце! С какой стати ты допускаешь ситуацию, когда ты вынуждена ему отказать? Вот что я хочу у тебя спросить! — бушевал Пол.
— Пол, ради бога, если уж так необходимо, может, продолжим этот разговор дома?
Он что-то неразборчиво пробормотал. Джоанна была сыта по горло. Она встала и вышла.
Ее злость на Филдинга в ресторане была ничто по сравнению с тем, что она чувствовала сейчас. Она никогда не изменяла Полу. Ни разу за восемнадцать лет их брака. Если точнее, с их первой ночи другие мужчины перестали для нее существовать. Да, она окончательно порвала с Филдингом, и у нее никогда и мысли не возникало, что может быть как-то по-другому.
Вплоть до этой минуты. После смехотворного допроса, который ей устроил Пол, она уже не была так уверена, что не передумает.
Пока она шла к своему столу, в ее сторону повернулось несколько голов. Люди говорили, что, когда Джоанна сердится, она топает по редакции, будто сваи заколачивает. Обратив внимание на свою походку, она пошла чуть медленнее и легче, но только совсем чуть-чуть. Ее гнев не утихал.
 
«Да пропади все пропадом!» — подумала Джоанна. Она села за свой стол, взяла трубку и набрала номер мобильника Филдинга.
Он ехал на машине домой, когда раздался звонок, так необычно нарушивший его твердое намерение прожить этот день трезвым. С каким восторгом он слушал ее голос! Он тут же сообщил ей об этом.
— Забудем про тот промах в ресторане, — сказала Джоанна. — Мы оба тогда выпили немало. И пожалуй, ты и должен был вести себя так, как вел. А вел ты себя, Майк, как деревенщина. Где только тебя этому учили? Я тебя не узнаю!
Он был в машине один и тихонько улыбнулся:
— Прости. Наверное, теряю сноровку.
— Какое облегчение для представительниц слабого пола, проживающих на западе Англии.
— Ты мне льстишь.
— Именно это я и делаю. Так и быть, ты прощен. В следующий раз, когда будешь в Лондоне, обедаем вместе. Разве я могу лишить тебя возможности загладить такой промах?
Отняв левую руку от руля, он стукнул кулаком по воздуху. «Моя взяла!» — беззвучно прокричал он себе.
А вслух Майк произнес:
— На следующей неделе приеду в Лондон по делам. Когда ты сможешь?
Они договорились на вторник. По окончании разговора он тут же позвонил в недорогой отель, куда в прошлый раз он так неудачно пытался заманить ее, и заказал на этот день номер.
Джоанне он соврал: на следующей неделе у него не было дел в Лондоне. Но была возможность, взяв выходной, приехать поездом. Даже несмотря на то, что отель, по лондонским меркам, стоил довольно умеренно, эта поездка ощутимо облегчит его кошелек, и никаких командировочных. Плевать. Даже если номер не пригодится, все равно его стоило заказать. А вдруг? Раз подворачивается такая возможность, не упускать же ее! Может, конечно, он и торопит события, хотя чутье подсказывало, что, может, и нет. Майк улыбался весь остаток пути. Наверное, тот промах в ресторане не был таким уж промахом.
  
Глава пятнадцатая
 
И снова они встретились в том же самом итальянском ресторане. На этот раз раньше пришла Джоанна. Интересно, имеет ли это значение. Когда Филдинг появился в зале, она сразу же отметила, что он трезвый. Может быть, он решил, что именно злоупотребление алкоголем так подвело его в прошлый раз. Когда он шел к ее столику, то двигался быстро и ловко. Майк всегда хорошо двигался для своего роста и телосложения. И еще в глаза бросалась его одежда — синий пиджак и более темные синие брюки. Практически так же была одета и она. Заметив Джоанну, Майк хитро улыбнулся и все еще продолжал улыбаться, усаживаясь напротив нее.
— Мы с тобой настоящая пара, — поприветствовала его Джо и улыбнулась в ответ.
— Так оно и есть, — небрежно сказал он, будто что-то недоговаривая.
«Мы всегда подходили друг другу», — подумала Джоанна.
Впоследствии она не могла вспомнить подробности их разговора. Разумеется, они говорили об О’Доннелле и о Лодочнике, потому что они всегда говорили о них, но и Майк, и Джоанна знали, что сегодня они встретились не за этим.
До этого ланча Джо так и не пришла к какому-то определенному решению. То, что случилось в конце совместной трапезы, было в какой-то мере сюрпризом для нее самой, хотя она и проявила инициативу.
Они оба отказались от десерта. Он спросил, хочет ли еще она вина или, может, кофе. На этот раз они пили гораздо меньше — за весь обед только бутылку на двоих. «Хотя и этого достаточно, чтобы привести в ужас сторонников безалкогольного ланча», — вскользь подумала Джоанна.
Неожиданно она услышала себя словно со стороны:
— Нет, спасибо. Разве ты не находишь, что жизнь слишком коротка и для большинства людей оказывается намного короче, чем они ожидают.