Дикое правосудие

Однако времени для пустых сожалений у нее не было, если она хотела наилучшим образом использовать преимущество, которое ей и «Комет» подарил Филдинг. Джо сняла трубку и позвонила в кабинет Полу.
— Давай ко мне, вместе с фотками, новостями и Тимом Джонсом, — распорядился он.
Это означало — привести с собой редактора фотоснимков, новостного редактора и Джонса, шефа отдела криминальной хроники. Весь остаток дня они выжимали все, что можно, по полученной информации. Пэм Смит руководила своей новостной командой. Тим и его заместитель отработали Скотланд-Ярд и собственные контакты по обе стороны закона. Джоанна безжалостно эксплуатировала всех своих оставшихся информаторов, которые могли бы помочь в работе над материалом.
Прошло несколько часов, и она снова позвонила Майку, чтобы проверить, как развиваются события, и подробно расспросила его, выведывая малейшие нюансы, дававшие «Комет» преимущество перед конкурентами.
— Получается, убийство из мести? — спросила она. — За Анжелу? Что твои коллеги говорят?
— Ну конечно, так и есть. Подумай, где его нашли, каким способом умертвили. Если только нас специально не наводят на эту мысль.
— Как-то у тебя непоследовательно получается.
— М-да. Хорошо. Я просто стараюсь обдумать это дело со всех сторон, что не всех и не всегда устраивает даже в полиции.
В его словах сквозили горечь и разочарование. Джоанна промолчала.
После короткой паузы он продолжил:
— Нет, Джо, ты права. Месть за Анжелу — версия номер один. Разумеется, прежде всего допросят Филлипсов.
— Неужели ты считаешь, что кто-то из них способен на такоеубийство?
— Пока не считаю. Врагов у Джимбо О’Доннелла всегда было предостаточно. Но Филлипсы наверняка окажутся среди подозреваемых.
Джо согласилась с ним. Ей вдруг стало очень жалко эту семью. И к жалости примешивалось чувство вины, ведь, если бы они с Филдингом не разворошили прошлое, Филлипсы не оказались бы в таком положении.
Времени подумать об этом у нее не оставалось. Надо было делать дело. И делать быстро. Материал сенсационный, и Джоанна знала, что к вечернему совещанию в 17.15 собралась приличная информация. Официальное заявление Скотланд-Ярда поступило лишь за полчаса до совещания. Подача Филдинга дала «Комет» преимущество — почти целый день — перед конкурентами, за исключением, пожалуй, «Мейл». Наверное, в первый раз за последнее время Джо позволила себе порадоваться проделанной работе. К тому же мысль, что О’Доннелл мертв — жестоко убит, начинала согревать ее. И не важно, кто это сделал.
После совещания Пол задержал ее. Джоанна понимала, что он рассматривает сенсационный материал, подготовленный к ночному выпуску, по крайней мере как некое выздоровление «Комет». И действительно, Джо давно уже не видела его в таком хорошем расположении духа.
— Я сегодня обедал вместе с Кромер-Ронгом, — оживленно сообщил он ей.
Рональд Кромер-Райт заведовал юридическим отделом «Комет». Естественно, за глаза все неизбежно называли его Кромер-Ронгом. Такие прозвища, построенные на игре слов, были для обитателей Флит-стрит обычным делом. Джо сразу же успокоилась, услышав, что Пол говорит об их юристе на местном жаргоне. Если бы не его оживление, ей стоило бы задаться вопросом, помня опыт предыдущих недель, к чему он клонит.
— Очевидно, Кромер-Ронг где-то пересекся с нашим зажравшимся Найджелом Наффилдом, и тот заявил ему, что никогда не будет иметь дело ни с ним, ни с другим сотрудником «Комет» до тех пор, пока там работаешь ты, и отказался сотрудничать, — продолжил Пол, явно развлекаясь. — Знаешь, у меня тоже складывается мнение, то Наффилд — не большая потеря. Филлипсы наверняка заплатили ему. Получается, проблема не в этом. Джо, интересно, чем ты ему так насолила? — будто сочувствуя, усмехнулся Пол.
«Почти как в старые добрые времена», — подумала Джоанна.
— Сказала ему, что он зажравшийся ублюдок, — небрежно объяснила она. — Ну и, кажется, что-то добавила насчет его дурацкого парика…
— Джо, я тебе уже говорил: надо выбирать выражения и не всегда следует говорить все, что ты думаешь. — И Пол захихикал.
 
Когда Джоанна вышла из кабинета и прикрыла за собой дверь, она все еще слышала его хихиканье.
У Пола всегда было язвительное чувство юмора, спрятанное, как правило, за внешней сдержанной респектабельностью, и Джоанну огорчало, что она в последнее время все реже и реже видит, как его юмор пробивает эту сдержанность. Ему всегда нравились репортеры, которые ни перед кем не пасуют и твердо стоят на своем. Похоже, даже если этот репортер — его собственная жена. Пока Джоанна шла к своему рабочему столу, она перебирала в уме все причины, почему вышла замуж за этого человека.
Затем, как раз перед первым выпуском, Пол позвонил и попросил ее прийти к нему в кабинет. Она все еще чувствовала небывалый подъем, пока он не сообщил ей, что ее материал пойдет анонимно.
— Прости, Джо, ты слишком сильно связана с этим делом. Филлипсы еще могут подать в суд. Мне ни к чему ненужный риск. И бог знает, что там еще выкинут О’Доннеллы. Я хочу, чтобы ты держалась от всего этого подальше. Я уже сыт по горло тем, что твое имя всплывает всякий раз, как только начинается новый скандальный виток этого дела.
— Замечательно, — решительно произнесла она и без дальнейших комментариев вышла из кабинета, хлопнув дверью.
Возвращаясь на свое рабочее место, она не могла не вспомнить те времена, когда в такой сложной ситуации, как сейчас, первый человек, кому она могла свободно излить свои печали, был некто Пол Поттер.
Джоанна уговаривала себя не валять дурака. Пол ни с кем не стал бы церемониться, и ее имя снял бы без предупреждения, не будь она его женой. Она вообще могла бы ничего не узнать до выхода первого выпуска. Смешно, что отсутствие подписи под статьей так много значит для нее. В ее-то возрасте и после всего пережитого за долгую журналистскую карьеру! Однако ей было не безразлично. Особенно если учесть, что это благодаря ей «Комет» раньше конкурентов узнала о новом повороте событий. Как ни крути, это ее история — с самого начала и до того дрянного конца, который сложился сейчас. И вот теперь она отсиживается в безопасности, спасает свою репутацию. В конце концов, на протяжении всех этих лет самым важным для нее было, чтобы все видели, что она может, что она лучшая в том деле, которым занимается.
Именно это означало для нее, что все в порядке. И если наступит день, когда будет по-другому, то, возможно, дальше ей не стоит и претендовать на звание журналиста.
Выходные оказались урожайными. «Ньюс оф зе уорлд» разместила почти истеричное интервью Роба Филлипса, в котором он заявил, что наконец-то О’Доннелл получил по заслугам и что он лично жалеет только об одном: у него не хватило духа проделать всю эту работенку самому.
«Справедливость восторжествовала, — говорил он. — Я очень надеюсь, что он умер в муках и в ужасе, как и моя бедная сестренка. Но никакой конец, каким бы жутким он ни был, не искупит в полной мере то зло, которое причинил этот выродок».
Довольно предвзятая статейка. Тот факт, что О’Доннелл официально был невиновен, — его дважды судили за преступления против Анжелы, в том числе и за изнасилование и убийство, и дважды оправдали, причем в двух разных судах, — практически не упоминался. О’Доннелл был мертв, и газетчики дали себе волю — мертвец не привлечет их к ответу за клевету.
«Пипл» напечатал такой же истеричный взрыв эмоций, только теперь со стороны Томми О’Доннелла. Так или иначе, он обвинял всю семью Филлипс, и особенно Роба Филлипса, в причастности к убийству Джимбо и даже предположил, что без Майка Филдинга тоже не обошлось. Джоанне оставалось только удивляться, что она сама не удостоилась ни единого упоминания.
Решив, что, пожалуй, «Пипл» зарвался, Джо тут же себя одернула: кто станет с ними судиться? Уж точно не Майк Филдинг. Похоже, он только и мечтал, чтобы все поскорее затихло и не угрожало его маячившей на горизонте пенсии. И разумеется, не Филлипсы. Не хватало им лезть в бутылку с очередным судом, да и денег на это у них тоже не было. К тому же разглагольствования Роба Филлипса появились в «Ньюс» (на жаргоне — «Скруз») в тот же день, что и тирады Томми О’Доннелла в «Пипл», — так о каком иске может идти речь, если действительно все выглядит как совпадение? Создавалось впечатление, что в «Пипл» знали, о чем напечатает «Скруз». В конце концов, примерно с утра пятницы каждую неделю половина репортерской команды этих двух крупных газет, выходящих по выходным, прилагала немалые усилия, чтобы выяснить, что там раскопали конкуренты. И если бы в «Пипл» быстро разнюхали об эксклюзиве в «Скруз», это повлияло бы и на рекомендацию юридического отдела газеты, и на решение редактора.