В самое сердце (ЛП)

В самое сердце
Глава 1. Нечего праздновать
Глава 2. Грехи юности
Глава 3. Беллегард
Глава 4. Перепалка
Глава 5. Семья по Гэю
Глава 6. Чужие дела
Глава 7. Убийство
Глава 8. Доктор и денди
Глава 9. Сэр Роберт сообщает новости
Глава 10. Медицинские озарения
Глава 11. В разладе лад не явленный земле
Глава 12. Многообещающий подозреваемый
Глава 13. Никому не друг
Глава 14. Деликатное дело для судьи
Глава 15. Леди Тарлтон в западне
Глава 16. План кампании
Глава 17. О ножах и не только
Глава 18. Показания Дика Фелтона
Глава 19. Показания миссис Уоррен
Глава 20. Список подозреваемых
Глава 21. Потерянные и найденные
Глава 22. Джулиан проверяет теорию
Глава 23. Расплата
Глава 24. Манёвры
Глава 25. Старый друг Брокера
Глава 26. Теней воздушных имя и жилище[46]
Глава 27. Подсказка в газете
Глава 28. Бойся своих желаний
Глава 29. Двойная верность
Глава 30. Блеф
Глава 31. Гнездо тайн
Глава 32. Правосудие
Глава 33. Семейная Библия Мод
Глава 34. Последний кусочек мозаики
Примечание о «ты» и «вы» для тех, кому интересно
notes
1
2
3
4
5
6
7
8
9
10
11
12
13
14
15
16
17
18
19
20
21
22
23
24
25
26
27
28
29
30
31
32
33
34
35
36
37
38
39
40
41
42
43
44
45
46
47
48
49
50
51
52
 В самое сердце 
 
 
 
Моему отцу 
Расследования Джулиана Кестреля – 1
Переводчик: Широхов С. П.
Версия: 1.02
«В самое сердце» – первый роман Кейт Росс о Джулиане Кестреле — детективе-любителе, столь же неотразимом как лорд Питер Уимзи и столь же исторически аутентичном как брат Кадфаэль. Кестрель — лондонский денди эпохи Регентства, блестящий, острый на язык и не думающий ни о чём, кроме модных костюмов…. По крайней мере, он не против, чтобы все так считали. Волей случая Кестрель впутывается в дела знатного семейства Фонтклеров, в загородном доме которых гостит, и сталкивается с убийством. В мире, где ничего не знают об отпечатках пальцев, где ещё не в ходу химический анализ, и нет даже профессиональной полиции, Кестрелю и его верному слуге Брокеру придётся немало постараться, чтобы найти преступника.
 Глава 1. Нечего праздновать 
 
Марк Крэддок неторопливо прохаживался вдоль письменного стола в своём кабинете. Время от времени от бросал взгляд на инкрустированные часы, что стояли на каминной полке. Молодые люди ещё не пришли ко взаимопониманию, но он не стал их прерывать. Он ждал этого дня больше двадцати лет. Подождёт и ещё немного.
Прислуга Крэддока называла эту комнату «логовом льва» – отчасти, из-за того, что на спинке хозяйского стула была вырезана львиная голова, отчасти потому что сам Крэддок с его густыми рыжеватыми волосами, плоским носом и свирепым взглядом, которым он окидывал собеседника сквозь стёкла маленьких, круглых, сверкающих очков, походил на льва. Вся комната была подогнана под этого высокого, дородного человека – высокий потолок, массивная мебель красного дерева. Он потратил на него немало денег, и роскошь тут была повсюду – сервские чернильницы, папки в сафьяновой коже, изящная картина, изображающая покойную жену Крэддока, висевшая над мраморным камином.
Сейчас от этого портрета Крэддоку было не по себе. В её глазах будто были скорбь и упрёк. Он изо всех сил пытался не отводить глаз и уже наполовину решился повернуть Сару лицом к стене, как вошёл лакей.
- Мистер Фонтклер хочет видеть вас, сэр.
Крэддок тут же забыл о портрете.
- Пусть войдёт.
И вот он – Хью Фонтклер, сын и наследник сэра Роберта – её племянника. Крэддок смерил его удовлетворённым взглядом. У парня было фонтклерское лицо – высокий лоб и выступающий подбородок, а красивые тёмные глаза достались от матери. Манера держаться у него истинно фонтклеровская – он стоял прямо и глядел дерзко. Юноша остановился, едва зайдя в комнату, будто брезговал приближаться к Крэддоку ближе, чем требовалось.
 
- Ну? – Спросил Крэддок. – Как всё прошло?
- Я пришёл, чтобы сообщить вам, что ваша дочь согласилась стать моей женой. Теперь, если нам больше нечего обсудить, сэр, позвольте мне откланяться. Все расчёты между нами можно будет уладить через солиситоров[1].
Крэддок не хотел, чтобы Фонтклер ушёл прямо сейчас. Он не мог отказать себе в удовольствии видеть, как тот кипит от злости и тяготится своим положением.
- Вы всё ей объяснили?
Хью порозовел.
- Если вы имеете в виду, сказал ли я ей, какими бесчестными путями вы устроили это обручение – то нет, сэр, не сказал. Я помню ваши указания о том, что она не должна этого знать. – И он добавил чуть тише. – И это не очень честно по отношению к ней.
- Позвольте мне самому судить, что будет честно по отношению к Мод.
- А вы это знаете, мистер Крэддок? – Взорвался Хью. – Вам до этого есть дело?
- Меня никогда не перестаёт изумлять как много вы, Фонтклеры, говорите о честности и чести – будто хоть что-то знаете о них! – Крэддок наклонился вперед, его увесистые кулаки упёрлись в столешницу. – Возвращайся к отцу, дяде и тётке и скажи им, что между тобой и Мод всё решено. Скажи им, что пройдет немного времени и на свет появится ребёнок, в чьих жилах будет и их, и моя кровь. Надеюсь, их скорчит, когда они об этом услышат! Я сожалею только, что сам этого не увижу!
Если бы Хью не был бы так удручён, он бы наслаждался пребыванием в Лондоне. Его родители редко приезжали сюда даже во время сезона[2]. До недавних пор Хью приходилось довольствоваться жизнью в Беллегарде, где он завершал образование и помогал отцу управлять поместьем. Но теперь он уже взрослый – через полмесяца ему будет двадцать один – и желал увидеть мир. Хью хотел попросить отца позволить ему отправится за границу на год или два. Парижские кафе, римские руины, роскошь Востока – он жаждал побывать там и увидеть всё своими глазами, а не просто читать в книгах.
Конечно, теперь всё изменилось. Если он и отправится в гранд-тур[3], это будет свадебное путешествие, не более опасное и будоражащее кровь, чем загородный пикник. Он был просто не готов к женитьбе. Любой, кто читал хоть один роман или бывал в театре, знает, что свадьбой приключения героя заканчиваются, а не начинаются. У него в жизни ещё не было приключений – ни дуэлей на рассвете, ни полночных стычек с разбойниками. Ни, чёрт возьми, женщин.
Он знал, что у множества женатых молодых людей есть любовницы – актриски или танцовщицы. Но это было не для него – пример родителей не позволял пуститься по пути пустых, осуждаемых союзов, что в свете были обычным делом. Его отец, сэр Роберт, сам выбрал себе жену – не прибегая к методам Крэддока. Хью сказал себе, что распутничать было бы нечестно по отношению к мисс Крэддок – в конце концов, в этом обручении не было её вины – но он всё равно не мог не видеть в ней наказание и крушение всех своих надежд и мечтаний. Как может на такой почве вырасти и расцвести супружеская любовь?
Погружённый в мрачные раздумья, Хью остановил экипаж у дверей родительского дома на Керзон-стрит и, бросив поводья конюху, зашёл в дом. Он попытался сделать весёлое лицо.