Собственное мнение

— Двадцать, — произнёс Вэн Кемп.
— Да хоть сорок. Всё равно — нет, — вздохнул я. — К кому же эти деньги не твои, а организации. Будь у тебя двадцать тысяч, ты бы не стал устраивать комедию с похищением сотрудников…
Я ждал, когда он назовёт более конкретную сумму, и уже начал подумывать, не следует ли мне выдвинуть свои предложения. Лоб его покрылся лёгкой испариной.
— Послушай, я здесь всем заведую, так? — сказал он. — Каждую ночь мы делаем от двадцати до тридцати тысяч.
— Не твои это деньги, — напомнил я ему.
Но он продолжал терпеливо объяснять мне суть, будто перед ним стоял сопливый школьник:
— Да, но на какое-то время они попадают мне в руки. Человек Майка, который объезжает рестораны и собирает выручку, появляется у нас не раньше шести утра.
Я решил немного подстегнуть его:
— И что же ты скажешь Майку, когда он хватится денет?
— Да ничего! — теряя терпение, выпалил тот. — К шести часам я уже покину штат и буду всё ещё в дороге.
Выдержав паузу, я, наконец, кивнул.
— Нужно сначала взглянуть на деньги.
Кое-что уже лежало у Вэна Кемпа в сейфе. Затем он отправился в игровые комнаты на втором этаже и собрал там всё, что только можно было, причём сделал это, не нарушая хода игры, совершенно бесшумно. Я следовая за ним по пятам. Не то чтобы мы шли рядом (кто-нибудь мог запомнить нас вдвоём), но всё же не достаточно близком расстоянии, чтобы он не мог прикарманить выручку и смыться через какой-нибудь чёрный ход.
Вернувшись в его кабинет, мы подсчитали деньги: всего их оказалось около восемнадцати тысяч.
Пот с него лился ручьём, когда он запихивал пачки банкнот в портфель и протягивал его мне.
— А как насчёт Гордона? — спросил я.
Упоминание имени Гордона заметно ударило его по нервам: момент был уж очень неподходящий.
— Да чёрт с ним, пусть подыхает!
Его слова несколько озадачили меня.
— Так где он сейчас?
— Я связал его и оставил в подвале моего загородного дома. Это там, за холмами.
Я взял портфель с деньгами под мышку. Я решил показать ему, что кое-каких деталей не знаю: вреда от этого быть не должно.
— А я-то думал, что Гордон и ты действовали заодно.
— Так оно и было по началу, — он бросил взгляд на наручные часы, мечтая только об одном: как бы побыстрее вырваться на волю. — Это он нашёл Банни, Грейди и Фитца. Но после провала с Банни он начал настаивать на том, чтобы срочно всё прекратить и забыть как можно скорее.
Теперь картина была мне ясна.
— А ты, конечно, не согласился. Значит, пальцы ты отрезал с рук Гордона?
Он кивнул. Больше его эта история не интересовала. Мысли его были заняты другим.
— Придётся тебе от него избавиться, — сказал я. — И немедленно.
— Какого дьявола? Через пару дней он сам околеет без жратвы и питья.
— Может, и так. Ну, а если он выберется оттуда? С этого мерзавца ещё станется пойти в полицию и обрисовать всё так, будто его и вправду похитили. Недостающие пальцы послужат ему лучшим доказательством. И тогда тебе нужно будет не только от Ниланда скрываться, тогда тобой займётся ФБР. Вряд ли тебе повезёт… — Я дал ему несколько секунд, чтобы переварить услышанное. — Надо сделать эту последнюю мелочь, Вэн. А если тебе это претит, я готов выполнить всё за тебя.
— Ладно, — согласился он, хотя и без особого энтузиазма. — Только давай быстрее.
Мы сели в его машину, и, хотя гнали на самом пределе, поездка, заняла у нас около часа. Наконец мы свернули на какую-то заброшенную дорогу вроде тех, что ведут на лесозаготовки, и вскоре затормозили у дверей небольшого коттеджа. На часах было три.
Вэн Кемп вылез из машины с фонарём в руке, я последовал за ним. В тесном, неуютном помещении не было света и сильно пахло плесенью. Пройдя на кухню, Вэн Кемп стал шарить по полу, пока не нащупал скрытое линолеумом металлическое кольцо.
Рывком он поднял крышку, и луч от его фонаря прорезал затхлый воздух подвала. Собственно, это был и не подвал, а яма, вырытая в земляном полу. В одном углу, скорчившись в три погибели, лежал человек, руки его были связаны за спиной. Во рту у него торчал кляп, а конец верёвки, которой были, стянуты лодыжки, ещё и заканчивался петлёй, накинутой на шею. С какой стороны ни взгляни, а свежего воздуха в таком положении ему явно не хватало. Сейчас Гордон уже не выглядел прежним красавчиком. В главах, его застыл неподдельный ужас.
 
— Кончай с ним! — скомандовал Вэн Кемп.
Я даже не стал спускаться по деревянной лестнице. Прозвучал выстрел. Гордой дёрнулся от толчка пули и медленно перевернулся лицом вниз. Я заметил, что на правой руке у него не было двух пальцев. Факт, говорящий мне о многом.
Ван Кемп уже собирался опустить крышку подвала.
— Я ещё не закончил, — остановил его я.
Его глаза встретились с моими. У него оставалось не больше секунды на то, чтобы осознать происходящее.
Пуля вошла точно в цель. Он покачнулся, и в этот момент я легонько, одними кончиками пальцев, толкнул его в грудь. Вэн Кемп, рухнул в яму, туда же покатился его фонарь, который я не успел подхватить. Я закрыл погреб, включил зажигалку и, освещая себе путь маленьким язычком пламени, вышел из дома.
Вернувшись на машине к «Голубой морене», пересел там в свой автомобиль и уже на нём приехал в город к пяти часам утра. Солнце едва поднялось над горизонтом.
Найдя кафе, работавшее всю ночь, я не спеша позавтракал. Затем отвёз восемнадцать тысяч на автовокзал и запер в моём шкафчике вместе с остальными деньгами, после чего вернулся в свой номер в гостинице. Там я в полном одиночестве осушил несколько бокалов подряд в честь удачно проделанной работы.
В полседьмого я поехал в «Попугай». Игроков за столами уже не было, прислуга тоже разошлась по домам. Примерно через час должны были появиться уборщики.
Майк Ниланд всё ещё сидел в своём кабинете. Он был заметно утомлён: вокруг глаз его лежали чёрные теми.
— Где-то произошла осечка, Дэнни. Гордона до сих пор не отпустили. Буквально пятнадцать минут назад сюда звонила его жена. Сказала, что если я сейчас же не позабочусь об освобождении Гордона, она сообщит в полицию.
Я закурил сигарету.
— Майк, мне удалось разгадать эту головоломку. Жаль, что понял я всё слишком, поздно и ничем не могу помочь, но…
— О чём это ты?
— О похищении, — ответил я, — Дело в том, что никакого похищения не было в помине. У Гордона по-прежнему десять пальцев на руках, а сам он сейчас далеко отсюда. — Ниланд нахмурился. — Эти пальцы, скорей всего, принадлежали какому-нибудь несчастному бродяге, который стал жертвой Гордона. А всю историю придумал сам Горд он. — В эту секунду я вспомнил, как выглядела изуродованная рука Гордона. Задавая следующий свой вопрос, я заранее знал, что мне ответит Ниланд. — Вы получили со вчерашней почтой третий палец?
— Нет.
— Но вы должны были его получить!
— Почему? — недовольно пробормотал Майк. — Я ведь уже дал согласие заплатить им.
Я улыбнулся:
— Судя по маркам, Гордон отправил первые два пальца из мест, расположенных на расстоянии тридцати-сорока миль отсюда. В своих записках он обещал регулярную доставку. Объявление, по которому он узнал о вашем согласии, появилось только в одиннадцатичасовом выпуске, вчера утром. Таким образом, если бы он полагался исключительно на это объявление и не имел никакого другого источника информации, он должен был к этому часу уже отправить вам ещё один палец, и тогда вы получили бы его посылку с корреспонденцией, которая приходит в час тридцать. — Я немного помолчал. — Но он уже точно знал, что вы напечатаете объявление. Причём знал это за день до публикации в газете, потому-то и не стал возиться с третьим пальцем — отрезать его, отправлять вам по почте… Он был, уверен, что вы заплатите, потому что ему об этом сообщили. Давайте-ка припомним, кто знал об этой истории. Только вы, я и… И Дороти Гордон!
По сути дела, так оно всё и было. За тем исключением, что Дороти перебросила информацию Вэну Кемпу, а не Сэму Гордону. Я был твёрдо убеждён, что та женщина, которая может позволить, чтоб её собственного мужа кто-то медленно резал на части, способна и на кое-что другое. Не исключено, что она и Вэн Кемп договорились уничтожить Гордона и вместе бежать после получения вымогаемой суммы.