Попутного ветра, господин дракон! (СИ)

Расписание папа мне огласил такое: сначала они с дагоном Алирийским обсудят основные деловые вопросы в кабинете последнего. Это без меня. А вот потом, когда они придут к определенному соглашению, намечался деловой обед, и туда я уже была приглашена.
Папин мобиль я заприметила сразу и, с грустью окинув последним взглядом недоеденный пирог, поспешила родителю навстречу.
– Диона, какая ты красивая! Ну, как дела, как учеба, как подруги? – папа завалил меня горой вопросов.
– Все прекрасно, без нареканий, подруги в порядке, – уклончиво отвечала я, обнимая папу.
– Я, признаться, был удивлен, что ты захотела присутствовать на деловой встрече, – продолжал беседу он, – раньше ты не очень-то интересовалась моими делами.
– Решила посмотреть своими глазами, чего ждать от драконов, – не стала я скрывать причину своего интереса, – я же с ними и не общалась толком.
Если не считать одного-единственного.
– О твоем возможном браке мы тоже сегодня поговорим, – продолжил папа, – может быть, удастся его избежать..
На этом месте мне следовало бы броситься к папе на грудь с воплями «Хоть бы, хоть бы, хоть бы..», но что-то настроения не было. Я выдавила из себя улыбку – и промолчала.
Пока папа вел переговоры, я мариновалась в приемной. Обстановка здесь была помпезная. Не мэрия, а королевский дворец какой-то: всюду позолота, лепнина, тяжелая вычурная мебель с резными ножками. И мне вдруг подумалось: ведь Гилард до того, как возглавить Стихийную академию, работал где-то здесь. Может быть, даже в этом вот кабинете, где сейчас находится папа. Я попыталась представить себе своего ящера в этом антураже: вот он заходит сюда своей уверенной походкой, вот строго смотрит на всех, вот грозно вопрошает «Где отчет за третий квартал?» или еще чего-нибудь. Я вздохнула: он бы и в этой роскошной обстановке смотрелся не менее эффектно, чем у себя на кухне. Воображение тут же услужливо подсунуло мне картинку дракона, стоящего у плиты с голым торсом, зато в переднике. Бордовом, разумеется. Так, все, Диона, хватит. Эдак ты совсем умом тронешься. Наверняка, это и есть эти самые драконьи штучки, «влияние» или как там... Точно они.
Дверь в кабинет советника открылась, и меня позвали внутрь.
Сначала я заметила стоящую в углу рамку перехода, уже активированную и только затем стоящего рядом с ней дракона: с белыми как снег короткими волосами (за исключением драконьего хвоста, разумеется, куда без него) и в светло-голубом классическом драконьем костюме.
Не успела я даже поздороваться, как этот достойный представитель своего рода изрек:
– Салют, давай быстрей, а то от этой болтовни так жрать уже охота, сил никаких...
– Эээ, – осмысленно высказалась я и, сделав шаг через зеркальную поверхность, очутилась в одном из ресторанов.. а вот где именно, я бы сказать затруднилась. Стоящий рядом со мной папа тоже озирался с любопытством.
– Не Рейсталь, – сделал он вывод.
– Еще чего не хватало, – высказался присоединившийся к нам дагон Алирийский. – Лучшую шейку ягненка подают именно в Ливее.
«А еще там делают отличных драконов», – внутренне вздохнула я. И тут же отвесила себе мысленный подзатыльник. Лучше бы подумала вот над чем: случайно ли советник привел нас именно в Ливею или что-то хотел этим сказать. Внутренний голос мне подсказывал, что правильным будет второй вариант. Я еще раз внимательно осмотрела зал: грубоватые стены с кирпичной и каменной кладкой, контрастно мягкие, уютные сидения в виде небольших диванчиков с множеством вышитых подушек, массивные столики темного дерева, приглушенное освещение.
– Питаю необъяснимую слабость к этим краям, – заявил дракон и хитро глянул на меня, – а вы?
Я только пожала плечами. Что он хочет от меня услышать, интересно?
Мы прошли за выделенный нам столик. Я быстро выбрала первое попавшееся блюдо – есть мне не очень хотелось – и принялась ждать, пока один дотошный ящер гоняет подавальщика по всей карте блюд да еще спорит по поводу урожая винограда каких-то дремучих лет.
Интересно, а сам дагон Ливейский урожая какого года? Хотя нет, не хочу знать. Вдруг ему триста лет в обед, и на его счету двадцать жен и целый драконий выводок. Может, это он для них всякие блюда готовит и фигурки собирает.
 
Тем временем ящер льдистый справился с заказом и уставился на меня. Глаза у него были холодные, неприятно-светлые, что вкупе со змеиным зрачком смотрелось, пожалуй, пугающе.
– Интересная девочка, – сказал ящер вникуда, будто бы сам с собой общался. – Наши, что ли, гульнули? Воздух? – спросил меня, и получив подтверждение, продолжил.. – Как твою мать звали?
Тут я почувствовала, как напрягся папа.
– Хотя, нет... – подумав, произнес дагон Алирийский, – тут вопрос скорее к бабкам... по материнской линии, понятное дело.
– Вы что, видите тех, в ком есть кровь драконов? – поспешила уточнить я
– Только своих, – поведал «снежный» – с возрастом научился, раньше не мог.
Это сколько же ему лет, интересно? На вид-то он, конечно, не многим Гиларда старше, но взгляд... Если бы у горы были глаза, они смотрели бы так же: совершенно спокойно и ничему не удивляясь. Забавляясь, может быть, но не больше.
Надо же, я, оказывается, на четвертушку дракон. Кто бы мог подумать... Ну и что это меняет? Да, ничего, по сути. Только чуть более понятным становится моя ценная для ящеров особенность.
– Где, говоришь, учишься? – продолжал разговор «примороженный» хрыч.
– В Магтехническом университете, – просветила я его.
– Ммм... Как там у магистра Рудгера дела? – поинтересовался этот.. нехороший дракон. Нашел, кого спросить.
– Неплохо, насколько я знаю, – постаралась ответить как можно беззаботнее.
– Так.. подожди, – вспомнил вдруг гад Алирийский, – он же лет пять, как помер?
– Разумеется, – ответила, посматривая на него с неприязнью, – значит, ничего плохого с ним уже точно не случится..
– А нет, это не он, это Марвин... все время их путаю, – продолжал вспоминать дракон, – значит, Рудгер тоже.. того?
Я кивнула. Вот же склеротик старый.
– Надо же, – взгрустнул он, – а я только два дня назад его в ...заведении видел. Выглядел он довольно бодрым.
Я его сейчас пристукну.
– Жизнь такая непредсказуемая штука, – развела руками.
Ящер эдак с хитрецой на меня глянул, но ничего не сказал, обратился к папе.
– Руфус, о чем вы хотели со мной поговорить?
– Экхарт, дело вот в чем. Диону выбрал в качестве невесты один из ваших... лет восемь тому назад. И теперь, когда она вошла в подходящий возраст, должна состояться свадьба. Мы бы хотели найти способ избежать этого брака.
– И кто у нас жених? – спросил ящер эдак наигранно. Мда, театральный кружок для юных драконов он явно прогуливал.
– Гилард Ливейский, – объявила я.
– О-о-о, – запел Экхарт, – тут я вам ничем не помогу. Во-первых, он сильный маг земли (а с ней у нас сейчас напряженка), во-вторых – герой Лиерры.. Да и вообще, он у нас на особом положении...
– Так это после Лиерры он..? – я прикусила язык, но цепкий льдистый взгляд чешуйчатого чуть не прожег во мне дыру.
– После нее самой, – подтвердил он мои догадки, – я смотрю, ты неплохо осведомлена.
Я метнула быстрый взгляд в сторону папы, который на нас с посматривал, не совсем понимая о чем речь. И этот взгляд от ящера не укрылся.
Принесли блюда и напитки. Пока подавальщики их расставляли, дракон неаккуратно толкнул одного из них под руку, и небольшой соусник полетел папе прямо на пиджак, разбрызгивая на костюм все свое содержимое.
– Вот я растяпа! Ну ничего, сейчас исправим, – Алирийский обратился к подавальщику, бросившемуся к папе с салфеткой, – Отведи-ка лорда в комнату для отдыха и позови Эрла, пусть пятно выведет и высушит. Руфус, не переживай, пять минут – и будет чище прежнего.
– Ну а сейчас, когда мы остались одни, – обратился ко мне дракон чуть позже, – давай выкладывай. О Ливейском кто рассказал?
– Он сам и рассказал, – созналась я, понимая, что отпираться тут бессмысленно, – только о Лиерре умолчал.