Попутного ветра, господин дракон! (СИ)

– А я еще на Милтона в прошлом году сердился, что он нас этими щитами задрал просто... десять раз пересдавали. А оказалось, не зря.
– А Элсон? – спросила я
– У него щит не выдержал, – покачал головой первый рассказчик, – фонтан лавы прямо рядом с ним выстрелил. Никто даже понять ничего не успел поначалу.
– А видали, как Фрай в паре с Верденом работают? Вот это мощь! Один щит ставит, второй огненный аркан или рассеивание... Они вдвоем несколько фонтанов просто как нечего делать усмирили. Вот бы тоже так научиться!
Я так заслушалась, что чуть не опоздала на первое занятие. Сегодня это была общая теория построения магсхем с магистром Торном, а он опоздавших не очень-то жаловал.
Умные мысли и модели сегодня задерживаться в моей голове не желали, не до них было, поэтому занятие я, можно сказать, просто отсидела болванчиком, перерисовывая схемы и записывая под диктовку. А вот дальше у нас шло подряд два урока специальности – теория и практика, как обычно. И я заранее гадала, в каком настроении сегодня явится магистр Милтон, и чем это будет чревато для нас. Но магистр проявил истинное коварство и на занятиях не появился вовсе.
Вместо него в кабинет четким размеренным шагом вошел дагон ректор собственной персоной.
– А где Милтон? – вопрос слетел с губ прежде чем я успела его хоть как-то обдумать.
– У магистра, – ящер подчеркнул это слово, – Милтона сегодня выходной, занятия вместо него проведу я. У вас есть возражения, леди дель Фейт?
Да полно, вообще-то. Как, например, мне держаться от его чешуйчатой особы подальше, когда он сам сюда приперся?
– Разве вы разбираетесь в артефакторике? – с сомнением посмотрела я на дагона Ливейского и тихо охнула: сидящая рядом Марша больно пнула меня под столом.
– Не беспокойтесь, на то, чтобы дать первому курсу теорию и провести контрольную, моих знаний точно хватит, – слегка насмешливо ответил тот.
Я молча кивнула.
– Итак, кто скажет, на чем вы остановились?
Уж точно не я... Я вообще буду молчать как рыба и смотреть исключительно на доску да себе в тетрадь .. вот так-то.. Так я и сделала: опустила глаза и принялась думать о приятном... о новой конструкции планера, например. И даже повисшая в классе тишина меня не смутила.
Уй! Марша снова не сильно, но чувствительно меня пнула. Я хотела адресовать ей недовольный взгляд, но обнаружила, что она изо всех сил таращит на меня глаза и косится куда-то в сторону.. в сторону..
– Леди дель Фейт, так мы дождемся от вас ответа?
Я вздохнула и выпалила:
– Мы остановились на изучении атакующих самонаводящихся заклинаний.
Раздались приглушенные смешки.
– Это потрясающе, – очень странно произнес Гилард Ливейский, не отрывая от меня задумчивого взгляда. – Вы мне, наконец, ответили... Только с этим вопросом мы разобрались пять минут тому назад, и спрашивал я вас совершенно о другом.
Мда... нехорошо вышло.
– Госпожа Стилл, будьте добры, отвесьте снова пинка своей соседке, одного раза для стимуляции ее мыслительного процесса явно недостаточно.
Ой, смотрите, какие мы язвительные! Я с открытой неприязнью уставилась на нашу «замену».
Гилард же, никак не реагируя на эти взгляды, преспокойно продолжал вести занятие, и в мою сторону ни разу не посмотрел. Постепенно я успокоилась и остаток урока провела так, как и планировала: смотря исключительно на доску и в тетрадь. А в перерыве сразу вышла из кабинета.
– Видела? – вопросила я вышедшую за мной следом Маршу, – он все время ко мне придирается.
– Ну, я бы тоже к тебе придиралась, если бы ты с порога начала на меня бурчать, а потом показательно игнорировала мои вопросы, – осторожно проговорила водница.
– Короче, ты с Ливейским заодно, – поджала я губы. – Ну и ладно! Хорошо хоть сейчас контрольная, не придется лишний раз на него любоваться.
Оказалось, рано я радовалась. Контрольная в исполнении дагона ректора выглядела так:
– Используя то, что есть сейчас на ваших партах или под рукой, создать два простейших атакующих артефакта с разными заклинаниями. На это вам дается полчаса. Время пошло.
 
По классу прокатился удивленный шепот: магистр Милтон-то нам всегда предлагал целую кучу разнообразных заготовок, а тут – «под рукой». Я задумчиво разглядывала автоматическое перо и тетрадь: больше на моей парте ничего и не было. Вот же хрущ драконий! И что я с этим должна делать? Я посмотрела на своих однокашников: кто-то из них – маги земли, конечно – колдовали над перьями и кольцами.. Берни деловито охлопывал себя по множеству мелких кармашков, извлекая из них миллион различных деталек. Вот у кого с основой никаких проблем не будет, главное, чтоб не бахнул в очередной раз чего.. Марша в раздумьях конденсировала из воздуха воду в колбу от автоматического пера, вынув из него стержень..
Я же злилась: на дракона, на его дурацкое задание, на то, что сейчас снова опозорюсь... Злилась и, чтобы выпустить пар, рисовала на последнем листе тетради недостойную, но доставляющую огромное моральное удовлетворение фантазию: себя любимую, дающую пинка под хвост крылатому ящеру. «Стимуляция мыслительного процесса одного драконьего хруща» назвала я свое творение и потихоньку, чтобы означенный выше хрущ не заметил, вырвала лист из тетради, смяла его в шарик, готовясь засунуть в карман мантии. Тут-то меня и посетило озарение: вот же она, нужная мне основа! Легкая и воздушного пространства достаточно.
Я победно сверкнула глазами, и, выдрав из тетради еще несколько страниц, тут же наделала бумажных шариков и принялась за работу. Вместо двух я сотворила целых три артефакта и, предвкушая радость грядущего успеха, первой поспешила предъявить свою работу сидевшему за преподавательским столом дракону.
Тот отвлекся от изучения наверняка очень важных записей и бросил заинтересованный взгляд на мои творения.
– Весьма неплохо, – кивнул он и, размяв пальцы, быстрым круговым движением ладоней создал небольшой, но мощный сферический щит. Затем поместил один из моих шариков внутрь и активировал. Маленький воздушный вихрь ударил в стенку сферы, но та даже не дрогнула.
Второй шарик тоже сработал без осечки: концентрическая волна создала внутри щита маленький воздушный взрыв. А вот с третьим дело не задалось: пока я торжествовала раньше времени, дагон Ливейский принялся озадаченно крутить бумажный шарик в пальцах, а потом к ужасу моему просто взял и расправил бумажный лист, ознакомившись с художественными навыками одной незадачливой воздушницы. Навыки, конечно, оставляли желать лучшего, а вот почерк был на диво разборчивым... к сожалению. Как вообще этот листок сюда попал?.. Я же была уверена, что он в кармане..
Дракон щелчком пальцев схлопнул щит и мрачно на меня уставился.
– Отдайте, это не вам, – проблеяла я и попыталась подтянуть свои художества к себе поближе. Гилард пресек эту попытку на корню, прижав лист локтем.
– Только я начинаю думать, что в вас есть что-то стоящее, как вы своим поведением доказываете мне обратное, – холодно заметил он.
– Да не собиралась я никому это показывать, – сказала шепотом, пытаясь выдернуть рисунок из-под его руки.
– Тогда у вас определенный прогресс, – заметил ящер, наблюдая за моими тщетными стараниями, – по-крайней мере, теперь вы осознаете непорядочность своих поступков.
– Берите с меня пример, я вот никому принудительным браком не угрожаю, – завелась я не на шутку и, дернув за листок сразу двумя руками, чуть не завалилась на спину, потому что этот гад чешуйчатый как раз в этот момент приподнял локоть, которым фиксировал мой шедевр, и тут же придержал меня за предплечье. Только благодаря его последнему действию я не сверзлась со стула.
– Не стоит злить того, от кого зависите, – в спокойном голосе мне послышалась угроза.
– А то что? Не женитесь? – шепотом спросила, постаравшись вложить в него все ехидство, на которое только была способна. И с удовольствием заметила, как заходили драконьи желваки под бронзовой кожей. – Разрешите идти, дагон Ливейский? – спросила уже громко, вставая.