Властелин Ада (ЛП)
— Что ты собираешься делать? — спрашивает Болт.
— Я собираюсь телепортироваться обратно туда, где она находится, и перехватить Смерть. Мне нужно выяснить, что, чёрт возьми, происходит. У моего отца есть план. Я знаю это. Это ещё не всё.
— Ты уже говорил это раньше об Аиде, — Болт делает глоток своего напитка.
— Я знаю это! Если эта женщина — побочный ущерб, а я подозреваю, что так оно и есть, тогда я помогу ей. Я выясню, что ей нужно сделать за то короткое время, что у неё осталось, чтобы её приняли на Елисейские поля, — Елисейские поля — это то, что большинство людей называют раем. Это «хорошее место».
— У тебя нет на это времени, — заявляет Болт.
— Тогда мне придётся поторопиться.
— Ты собираешься сказать ей, что она вот-вот умрёт? — его глаза широко раскрыты. — Тебе также придётся сказать ей, кто ты такой. Она, вероятно, не поверит тебе.
Чёрт! Я ещё не продумал это до конца.
— Нет, я ничего ей не скажу, — это выведет её из себя. — Я постараюсь не говорить ей, — она ни на что не согласится, если я это сделаю.
Он усмехается:
— Я не уверен, как ты поможешь ей начать всё сначала, если не расскажешь ей, что происходит.
— Я что-нибудь придумаю, — чёрт!
— Ты даже не знаешь, можешь ли ты ей помочь. Может быть, её отправление в ад высечено на камне.
— Этого не может быть, — я качаю головой. — Это не так работает, — не так ли? Когда я действительно думаю об этом, я понятия не имею. Мне придётся вытянуть эту информацию из Смерти.
— Наверное, ты прав, — соглашается он.
— Если я узнаю, что она лжёт или не та, за кого себя выдает, я сам отведу её к Аиду, — я серьёзно.
— Ты, очевидно, не думаешь, что это будет так.
— Я не знаю.
У Болта такой насмешливый вид:
— Думаешь, я сумасшедший?
— Я думаю, ты прав насчёт Аида, но на твоём месте я бы просто держался от него подальше. Что касается девушки, — он кивает, — я согласен. Это совсем на тебя не похоже.
— Что, у тебя есть совесть?
— Обычно ты более прагматичен, чем сейчас. Это не имеет ничего общего с наличием совести.
— Аиду нравится играть с моим разумом. Это выводит меня из себя. Трудно быть прагматичным, когда это происходит, — я вздыхаю. — Хотел бы я знать, почему он так сильно хочет её, потому что я могу сказать, что он хочет.
— Может быть, у него недостаточно женщин в гареме.
Я на секунду стискиваю челюсти:
— Да, наверное, так оно и есть, — эта мысль прожигает во мне дыры. От этого у меня внутри всё переворачивается, а на лбу выступает пот. Если моё решение не было принято раньше, то оно принято сейчас. Она этого не заслуживает. Никто этого не заслуживает. Я встаю.
Болт хихикает:
— Я вижу, что задел за живое.
— Мой отец выводит меня из себя, так что, да, ты определённо задел меня за живое и по-крупному. Я собираюсь помочь Шеннон. Мой дорогой старый папаша замышляет ничего хорошего. Я это чувствую. Он издевается надо мной и, возможно, имеет виды на неё. Я собираюсь докопаться до сути. Если она такая… милая, как думаю, я не позволю ему заполучить её, — я чувствую, как всё моё тело напрягается.
— Ты наконец-то собираешься сразиться с Аидом. Ты же знаешь, что он, вероятно, больше никогда с тобой не заговорит. Он может запретить тебе входить в Подземный мир.
— Он всё равно говорит со мной только тогда, когда ему что-то от меня нужно. Кроме того, я не собираюсь брать его на себя. Не совсем.
— Ты разозлишь его до чёртиков, — Болт смеётся.
— Да так и будет. Что касается запрета мне посещать Подземный мир, то он не может этого сделать, — я делаю шаг назад, готовясь телепортироваться. Теперь, когда я принял решение, мне не терпится вернуться туда, где находится Шеннон. — Спасибо за помощь.
— Я не так уж много сделал.
— Это не так, — я делаю ещё один шаг в сторону.
— Увидимся завтра, — говорит Болт.
Я хмурюсь:
— Что произойдёт завтра?
— Мы встречаемся — по просьбе Форджа. Ему нужно нам кое-что сказать.
Чёрт!
Я чувствую, как моя кровь леденеет.
— Что на сей раз? — это риторический вопрос. Фордж — один из нас. Он дракон-полубог. Он нарушил клятву, которую мы дали много лет назад, и стал партнером женщины. Он планирует спариться с ней. Вся причина клятвы заключалась в том, чтобы у нас никогда не было детей. Мы облажались. Всё очень просто. Мы никуда не вписываемся. Мы не оборотни и не полубоги. И мы определённо не люди. Даже близко. Мы переступаем черту по всем пунктам.
Если Фордж созвал собрание, это может означать только неприятности. Я знаю это.
— Я точно знаю, о чём ты думаешь… и Ава не беременна, — говорит Болт. — Она не может быть. Я спросил Лайра, и он сказал, что никогда не подходил к ней близко, — Лайр — ещё один из нас, у него есть сила исцеления. Он, более чем вероятно, смог бы позаботиться о проблемах с фертильностью Авы.
— Что тогда? — спрашиваю я.
— Он не сказал. Может быть, это не имеет к ним никакого отношения, — он использует слово «они» так, как будто это болезнь.
— Может быть, он хочет объявить дату свадьбы, — я стараюсь не казаться сварливым ублюдком и терплю неудачу.
— Я сомневаюсь, что он созвал бы собрание, чтобы сделать это.
Я киваю один раз, затем корчу гримасу:
— Они оба отвратительны, — я никогда не видел Форджа таким. — Я бы не удивился, если бы они созвали собрание, чтобы объявить дату и спросить наше мнение о выборе цветов и торта.
Болт давится смехом:
— Нам придётся подождать и узнать. С тобой всё будет в порядке? — спрашивает Болт.
Я киваю один раз.
— Ты можешь прийти и поплакать у меня на плече, если дела пойдут наперекосяк.
Под «делами» он имеет в виду Шеннон.
— Это будет грёбаный день. Мне не нужно будет ни из-за чего плакать.
— Если ты так говоришь.
— Говорю. Спасибо за выпивку.
Я телепортируюсь. Требуется много усилий, чтобы телепортироваться здесь, на Земле, в пределах этого царства. Я создан для того, чтобы перемещаться между Землей и Подземным миром. Я покрываюсь холодным потом. Я трачу очень много энергии, настолько много, что моё тело начинает вибрировать от напряжения. Я рядом с Шеннон, но пока не хочу материализовываться. Я хочу оценить, где она находится и что делает. Если я просто появлюсь с ней в комнате, она сойдёт с ума. Я знаю это, потому что это случалось со мной раньше пару раз. Несколько раз я до смерти напугал пару человек. Я имею в виду, что буквально напугал их до усрачки. Кто бы не сошёл с ума, если бы в комнате с ними внезапно появился человек?
Я замечаю две вещи. Она в постели, крепко спит… и она не одна. Смерть уже здесь. Он смотрит на неё сверху вниз. Я предполагаю, что он выжидает окончание тех трёх дней, которые мне были предоставлены. Его спина напрягается. Он знает, что я здесь.
— Уходи, — шепчет он, говоря так тихо, что только мой сверхчеловеческий слух позволяет мне понять, что он произносит.
Я материализуюсь вместо того, чтобы делать то, что он говорит.
— Ты должен уйти, — добавляет он, не отрывая взгляда от спящей Шеннон Ньютон.
— Мне нужно больше времени, — отвечаю я.
— Нет! — произносит он твёрдо и чуть более резко.
— Пожалуйста. Я никогда раньше ни о чём тебя не просил.
— Я уже дал тебе время. Больше ничем не могу помочь, — он крепко зажмуривает глаза, выглядя обиженным. — Ты должен выслушать меня и должен делать так, как я говорю. Уходи и держись подальше от этого. Держись подальше от Подземного мира. Держись подальше от нашего отца.
Шеннон шевелится. Она высовывает одну ногу из-под одеяла. И одну руку тоже. Другая её рука под подушкой. Она что-то бормочет и двигает головой, быстро устраиваясь обратно.
Я не могу смотреть, как он забирает её. Я также не могу уйти.
— Я могу ошибаться, но не думаю, что ей место в аду.
Он ничего не говорит. Он явно согласен, иначе стал бы спорить.
— Здесь что-то не так, и мне нужно время, чтобы понять что это. Я думаю, наш отец что-то замышляет.