Гром Раскатного. Том 3 (СИ)

— Где вас носит? — раздался голос по рации. — А, Восточный? Мы уже всех выдавили, завод наш!
— Так, калитка заперта, — задумчиво объявил я. — Что делать?
— Идиоты! — рявкнули мне. — Там защелка стоит магнитная. Пни калитку, да она откроется. И кстати, — в этот момент голем выбил не просто калитку, а обронил все металлические элементы, которые сдерживали калитку и примыкающий забор.
«Упс».
— Ты раненых не видел? — спросили меня. — За территорией сидят, лечатся. Первые наши пострадавшие.
— Ага, водку пьют, — усмехнулся я. — Что-то им передать?
И тут меня вдруг осенило. А с каких это хренов он со мной разговаривает, если есть глушилки? Они же должны перебивать всю связь. Значит, гвардеец вне здания, и нужно его отыскать побыстрее, пока он нас не заметил и не подпортил настроение.
Ну и пора было заканчивать, хех.
Стрелка выпрыгнула из аккумулятора и через касание с контуром заземления попала в электрическо-магическую сеть завода. В нужном месте, гуляя по проводам, она оказалась за две секунды. Столько же мне понадобилось времени, чтобы отыскать того самого гвардейца, разговаривавшего с нами.
Его убило светильником. Шурупыч прицельно выстрелил в фонарь, в самую верхушку. И многокилограммовая «дура» просто придавила гвардейца. Шансов спастись у него не было.
Белка передала мне то, что видела. Я понял, для чего здесь были глушилки, и усмехнулся. А Шариковы-то подготовились. На всех электрофитах были электронные детонаторы. Вот почему Пуришкевичи поставили глушилки.
Умно.
Но зато Стрелке даже приближаться не придется. Нет, сначала она, конечно, нырнула в детонатор, расшифровала его сигнал, а потом вылезла наружу. Поводила носом по сторонам, нашла глушилку и полезла в нее.
Всего было пять устройств, которые шифровали входящие сигналы. И все устройства стали подконтрольны мне. Это было очень удобно в одном плане: я перенастроил сигналы глушилок так, что они сами станут активаторами детонаторов.
Перепрошил глушилки с помощью Стрелки, изменил частоту сигнала, убрал подконтрольную группу, которая принимала сигналы от командования Пуришкевичей, и… перепрограммировал все к чертовой бабушке.
Дальше я начал воспроизводить «шумы» с помощью глушилок, которые влияли на детонаторы. Образно выражаясь, через полминуты детонаторы закипят и дадут ток в электрофиты.
Этого времени было достаточно, чтобы белка вернулась, и мы немного отошли от предстоящего бабаха.
Шурупыч отошел на десять метров от места, где снес калитку, я — спрятался за ним, чтобы меня не прибило случайным бетонным блоком.
— Раз-два-три, — посчитал вслух. — Ёлочка — гори!
Как же рвануло… ё-маё! Мои уши отказались слышать что-либо, кроме пика. Оглушило меня знатно, в общем. Шурупыча немного пошатнуло, но не более. Нас обдало тонной пыли, грязи и мелких камней. Мой голем грудью принял удар.
«Ух ты ж. Интересно, а сколько Пуришкевичи гвардейцев потеряли за сегодняшний день?»
Я выглянул из-за голема, когда пыль начала оседать. И… не на что было смотреть. Завода больше не существовало.
Эльдар Зарикович Пуришкевич
— Треть гвардии была потеряна, — зачитывал сообщение на телефоне Евгений Александрович Боровин. — Под грудой камней и бетона похоронены самые сильные отряды.
— Ты… ты… — начал закипать Эльдар Зарикович. — Что ты такое говоришь? Как мои лучшие бойцы могли сдохнуть? А? Они лучшие были в своих бандах! Ты разводишь меня? — психованный Пуришкевич дернулся, вытаскивая катетер из вены. — А, я понял. На самом деле тебя здесь нет, — усмехнулся он. — Это все глюки от морфия. Мои бойцы уже точно прижали Шариковых и сейчас будут долбить их дом!
— Вынужден огорчить вас, Эльдар Зарикович, — Боровин нахмурился. — Но это правда. Я не глюк, и нам каюк.
На осознание Эльдар Зарикович потратил полчаса. Он ревел. Кричал. Бил себя по щекам, а затем, как по щелчку пальцев, — протрезвел. Словно морфий вышел из организма вместе со всеми его телодвижениями.
— Давай по порядку, — злобно, но осознанно заговорил Пуришкевич. — Что там произошло и как вы умудрились просрать треть бойцов, причем самых лучших?
  
— Не знаю, Эльдар, — заявил начальник службы безопасности рода. — Здание завода ЖБИ было под глушилками. Разведка доложила, что большая часть электрофитов была оснащена датчиками детонации. Поэтому мы установили пять устройств и подавили все входящие сигналы перед тем, как наступать. Подорвать их дистанционно было невозможно.
— Но, — Эльдар Зарикович задумался. — Так, подожди, откуда сообщение, кто тебе доложил?
— Наш наблюдатель, — ответил Евгений Александрович. — У меня есть пара фоток. Конечно, они не прям на заводе, а со стороны, сами можете посмотреть. Там от завода ничего не осталось.
Пуришкевич долго и вдумчиво разглядывал с десяток фотографий того места, где были похоронены его лучшие люди. И все же, он не выдержал. Вспылил и бзднул.
«Это, — он недовольно потер копчик, ощущая влагу под пальцами, — явно было ловушкой. Либо Шариковых, либо… точно, либо Распутиных. Может, эти твари объединились… точно!»
В его больную голову пришла занятная теория, которую он тут же решил озвучить начальнику СБ.
— Короче, это сто процентов было ловушкой Шариковых и Распутиных, — старик нажал на кнопку вызова медсестры и заговорил лишь после того, как ему поменяли памперс.
Все это время Евгений Александрович старался даже не поворачиваться в сторону своего господина, чтобы не испортить себе будущий аппетит.
— В общем, Женя, — Пуришкевич потянулся, ощущая свежесть пятой точки. — Надо срочно собрать все оставшиеся силы в нашей усадьбе. Эти петухи Шариковы объединились с Распутиными.
— С чего вы это взяли?
— Арнольд Шариков — тупорылый головорез.
— Боевой маг, — поправил его Боровин.
— Плевать. Этот фокусник настолько тупой, что до ловушки додуматься не мог. Так что, это явно Распутины его надоумили. Нам нужно защитить наш дом и готовиться к нападению. Ведь именно такой план у противника!
— Уверены?
— Ты сомневаешься в моих приказах? — зло процедил Пуришкевич. — Евгений…
— Да нет, — Евгений поджал губы и посмотрел на своего господина. — Не сомневаюсь. Соберу я гвардейцев, хорошо. А что мне делать с Котлами? Где у нас на арендованных землях тоже есть бойцы. Что мне делать с усадьбой Раскатных? Там человек десять, не меньше.
— Всех домой, — рявкнул Эльдар Зарикович. — Котлы оставить, никто у нас их не заберет до конца аренды, а копатели точно не рискнут сунуться. А к Раскатным, — он задумался, смакуя мизинчик, — отправь этих, Доберманов… той-терьеров… бульдогов. Млять, да как их там?
— Сам не знаю, — усмехнулся Боровин. — Но суть понял. Сделаю.
Семен Семенович Распутин.
— Взлетело, всё! — Федор Алексеевич развел руки в разные стороны, с добродушной улыбкой на лице. — Просто всё! Сколько Пуришкевичи оставили там бойцов, еще предстоит выяснить, но факт остается фактом, потерял он очень много!
— А Шариковы? — уточнил Распутин. — Они тоже погибли?
— Их было немного, — пожав плечами, ответил начальник СБ рода Распутиных. — Пять или семь гвардейцев и то на охране. Так что, я думаю, до взрыва их удалила гвардия Эльдара. Нам не о чем беспокоиться.
— Разведка донесла, — задумался Распутин, перелистывая отчетные документы, подготовленные разведчиками, — что Эльдарушка отправил на завод ЖБИ лучшие гвардии. А значит, минимум треть бойцов он потерял.
— Скорее всего, — кивнул Федор Алексеевич. — Не могу знать точно, но отчетливо понимаю, Пуришкевичам — жопа. Они мало того, что уже в открытую напали на Шариковых, так и бойцов потеряли. Думаю, Арнольд ответит им. Так что, отныне, Эльдару будет не до нас.
— Это уж точно, — согласился с начальником СБ Семен Семенович. — Что у нас еще на повестке дня?
— Имения за Новым Тагилом, — начал отчитываться Федор. — Мы заключили сделку с администрацией области и получили в свое распоряжение десять гектаров земли у заброшенных шахт. Будем производить георазведку и спускаться в них, смотреть, чем богаты наши горы.