Хозяйка забытой усадьбы (СИ)

Дождавшись, пока мы выполним просьбу, пренебречь которой не представлялось возможным, он подхватил нас под руки и повел дальше. Судя по всему, недалеко, но мы несколько раз меняли направление, и я окончательно запуталась и испугалась.
– Ступеньки, леди. Осторожнее, малышка, – предупредили нас.
А когда я услышала, как за спиной закрылась дверь, и почувствовала, что меня обступает тепло, разрешил:
– Повязку можно снять. Здесь я вас оставлю.
Я сдернула ленту мгновенно, отчего из прически выпали пара шпилек. Щурясь от яркого света, я огляделась. Мы стояли в просторном холле особняка. Обстановка, доступная взгляду, была дорогой и подобранной со вкусом. Лакей в маске, поджидавший нас, помог снять плащ и провел нас на второй этаж.
Все это казалось нереальным, будто происходило не со мной. И когда, нас мягко подтолкнули к широким резным дверям, я будто в трансе сделала шаг за порог, ожидая увидеть, что угодно, но… меня встретил уютный кабинет с камином, заманчиво потрескивающим сухими дровами. За столом восседал человек в черном. Без маски.
– Леди Манон Наргарра? – он поднялся, и я отметила его выдающийся рост. На его фоне даже наш провожатый казался миниатюрным. – Надеюсь, вы меня простите, представляться я не стану. Это в ваших же интересах. Присаживайтесь, леди.
Рядом смущенно засопела Марсия, которой польстило быть причисленной к леди. А я смотрела в породистое лицо, и понимала, что перед нами никак не может быть выходец из Нижнего города. Аристократа в нем выдавала не только речь, но и то, как он себя держал. И манеры ему были знакомы не понаслышке, а вбиты с детства.
– Как я могу к вам обращаться? – выдавила я, усаживаясь в одно из кресел, следя краешком глаза, как Марсия устраивается в соседнем.
– Зовите меня Ксавье, – усмехнувшись предложил этот таинственный человек. Было в нем что-то знакомое. Нет, определенно я никогда не встречала его прежде. В этом не было никаких сомнений, слишком впечатляюще он выглядел, чтобы остаться незамеченным или забытым.
Высокий, с мощным телосложением, которое не скрывал даже идеально пошитый костюм, волевое лицо, легкая седина на висках, но главное – взгляд, он пробирал до кончиков пальцев.
– Леди Манон, я знаю, что вы сейчас в затруднительном положении, – не стал Ксавье ходить вокруг да около.
– Откуда? – вырвалось у меня.
Побарабанив пальцами по дубовой столешнице, Ксавье ответил:
– Я за вами приглядывал.
И этот ответ вызвал у меня недоумение. Какой интерес нашел в моей персоне глава гильдии наемников? А то, что это был именно глава, было очевидно. Такие флюиды власти могли исходить только от человека, занимавшего высокий статус.
– И чем же я заслужила ваше внимание? – осторожно уточнила я.
– Ваша мать однажды мне очень помогла. Спасла жизнь, и я ей обязан. Взамен она попросила помочь вам, если в том будет нужда. У нее были вполне обоснованные опасения по поводу вашей безопасности, правда, не думаю, что она ждала угрозы со стороны своей младшей дочери, – усмехнулся он.
– Мама спасла вам жизнь? – я была поражена. Как могли пересечься пути мамы и этого человека.
– Да, и у меня наконец появился шанс вернуть долг. Я знаю, к какому решению вас подталкивает господин Сентинос, и в чьих интересах он действует. А еще мне известно, что от вас скрыли.
– Что же? – струна предчувствия натянулась во мне до предела.
– У вас есть шанс избежать опеки. Достаточно стать главой рода.
Надежда, было воспрявшая, поникла. Даже в прогрессивном соседнем Королевстве всего одна леди являлась главой рода. В патриархальной Хвиссинии за всю истории едва ли наберется пара таких случаев.
– Это невыполнимо, – прошептала я.
– Отчего же? – приподнял бровь Ксавье. – Вы так думаете, потому что не знаете о завещании лорда Даргуа, дяди вашей матери.
– И что же в том завещании? – я не верила, что там будет какое-то спасение. Если речь о несметных богатствах, то это только укрепит решимость Дантесоля взять меня под опеку.
Ксавье достал из ящика стола свиток и, развернув, зачитал:
  
– «И если в течение полугода со дня смерти не появится прямой потомок, то главой рода поставить любого, в ком еще течет хоть капля крови Даргуа с условием отказа от прежнего рода». Ну и там далее про титул, поместье, деньги… Вы единственный потомок Даргуа, леди Манон, хоть и непрямой. Ваш двоюродный дедушка скончался три с половиной месяца назад. Вам осталось протянуть еще чуть больше двух месяцев.
– Откуда у вас это? – я боялась поверить в то, что услышала.
– Эти бумаги должны были передать вам, но они осели в сейфе господина Сентиноса. Полагаю, он просто запамятовал, поэтому я взял на себя труд передать вам завещание.
– Силы Небесные! – только и могла выдохнуть я, пружина, которая сжималась во мне все сильнее эти дни, наконец разжалась. И вместе с тем, я не могла не поражаться подлости близких.
– Но эти два с половиной месяца вам надо продержаться, леди Манон. И желательно не в столице.
– Да… Вы правы, – в голове лихорадочно метались мысли.
Ксавье вперил в меня свой ледяной взгляд:
– Я готов помочь, Сантаэрра, – произнес Ксавье ритуальную фразу.
«С условием отказа от рода»… Если это то, о чем я думала, у меня наконец появился шанс.
Некое подобие пока хилого плана выстроилось у меня в голове.
– Аэррантас, помощь принимаю, – ответила я, закрепляя сделку.
Если у меня все получится, если я выживу в Северной провинции, я воздам каждому по справедливости.
  
Глава 6. Пути назад нет 
 
Когда вернувшийся за нами провожатый привел нас на место давешней встречи на площади рыбаков и снял с нас ленты, закрывающие глаза, небо уже светлело, а близлежащие улицы начали наполняться будничным шумом.
– Леди, а что это вы такое сказали? Ну этот… антрас-матрас? Еще в воздухе загорелось? – любопытной Марсии все нужно было знать.
– Древняя традиция, – поморщилась я, вспомнив, как соткалась в воздухе мерцающая руна. – Старая хвиссинская магия.
Ох и непрост был этот Ксавье из гильдии наемников.
Древнее руническое искусство изучали в закрытых школах и знания передавались от наставника к ученику. И никак не попасть в такую школу выходцу из Нижнего города. Кто же он все-таки такой? И почему лицо мне его казалось таким знакомым? Какой жизненный поворот свел опасного человека с моей мамой? Знал ли об этом знакомстве мой отец?
Острое чувство вины пронзило меня. Я потеряла отца, а вместо того, чтобы как следует оплакать его, я борюсь с сестрой и ее мужем за наследство. Это так мерзко и мелочно.
Чтобы не раскиснуть, напомнила себе, что дело не в деньгах, а в выживании и сохранении достоинства.
– А для чего вы магичили? – отвлекла меня Марсия тяжелых мыслей.
– Чтобы долг жизни списался, – вздохнула я. – Никак мама заставила Ксавье поклясться.
Как жаль, что ее не стало так рано. Я очень по ней скучала.
Пробуждая тоску по теплым материнским объятьям, Ксавье заметил: «Вы очень на нее похожи. Очень».
Слышать это было приятно, мама всегда мне казалась самой прекрасной леди на земле.
Только вот на прощанье Глава гильдии сделал еще один комплимент.
«И глаза у вас очень красивые».
Проклятье!
Я опять забыла скрыть свою особенность!
В голове снова всплыли слова, повторяемые Изольдой изо дня в день до тех пор, пока я не уехала в пансион. «И глаза эти твои еще… Экое уродство. В лицо людям не смотри и ресницы покрась в светлый, чтобы внимание не привлекали».
Я родилась с аномалией – глазами разного цвета. Один голубой, другой светло-карий.
Мама говорила, что в этом нет ничего такого, и я все равно очень миленькая, но всякий раз обеспокоенно хмурилась. И однажды она принесла рецепт зелья и взяла с меня обещание, что я каждое утро буду закапывать этот элексир в глаза.
Капли делали радужку одинакового цвета, оставляя оттенок гречишного меда и убирая голубой. И мама радовалась каждый раз, когда фокус удавался.