Лишняя в его доме (СИ)

Последние годы не могу назвать тяжелыми, но я многому научилась. Меня закалили происходящие события. Свою жизнь я могу сравнить с бушующим океаном, в который меня бросили, ожидая, что я утону. Как бы я ни относилась к Гасанову, но он всегда был рядом, протягивал руку помощи и направлял. Он не стал меня спасать и прятать, он научил меня плавать.
На часах почти девять. В доме никого. Удивительно. Где Светлана? Не помню, чтобы она отпрашивалась у меня. Или теперь у нее новый хозяин?.. Ревностное неприятное чувство ковыряет нутро.
В гостиной на столе букет свежих цветов и коробка шоколада, сверху лежит записка.
«Светлана вчера поскользнулась, вывихнула лодыжку, несколько дней придется обходиться без нее. Вечером приглашаю поужинать в ресторане», — выведено красивым уверенным почерком.
Я сама приготовлю себе ужин, а ты можешь ужинать со своей любовницей!
В холодильнике полно еды, не выходя из дома, я могу продержаться тут неделю. На завтрак я жарю два яйца, грею отварную грудинку, нарезаю листья салата, помидор, добавляю кусочек сыра.
Принеся учебники в гостиную, сажусь заниматься. Цветы убираю со стола, шоколад отправляю на кухню. На сладкое меня сегодня не тянет. Не могу никак настроиться. Отвлекаю себя звонком Антонине и бабушке. Они переживают, а я ужасно скучаю.
— Как Эльдар себя ведет, ни к чему не принуждает? — спрашивает обеспокоенная бабушка.
— Нет. Нет, конечно, — мотаю головой. Для убедительности даже улыбаюсь. — Все нормально, бабуль.
— Ты звони, все рассказывай, если что, я сразу прилечу, — приятно, когда за тебя переживают.
— И я прилечу, — вмешивается Тоня.
— А тебе учиться надо, — обрывает ее бабушка. — Она мне и так все уши прожужжала, уговаривает отпустить ее на каникулы к тебе, — неодобрительно произносит, а у меня сердце от радости трепещет.
— Было бы замечательно, если бы вы вместе прилетели, — не могу настаивать, но очень хочу, чтобы они были рядом. — Я бы вас встретила, мы бы вместе отметили Новый год… — мечтательно.
— Посмотрим, внучка. Может, и прилетим, — такое ощущение, что бабушка ждала моего приглашения, просто не могла попросить прямо.
Антонина визжит и прыгает от радости на заднем плане. Обещает все две недели провести у меня. Мы прощаемся, с моих губ долго не сходит улыбка. Гасанов будет рад гостям…
Настроение портит визит Карима Алибекова. Мне все сложнее называть его дедушкой. Чем больше времени проходит, тем более чужими мне становится родные люди…
О том, что Алибековы пожаловали в гости, я узнала благодаря шуму у ворот. Крики и один-единственный выстрел наверняка привлекли внимание всей округи. Не удивлюсь, если кто-то из соседей вызвал полицию.
Когда я вышла на крыльцо, чтобы узнать, что происходит, ко мне подбежал Рамзан. Никогда раньше я не видела этого спокойного, уверенного в себе мужчину настолько злым.
— Диана Каримовна, зайдите, пожалуйста, в дом, закройтесь и ни при каких обстоятельствах не выходите на улицу, — приказным тоном. Я и до этого испытывала страх, но после его слов мне стало еще страшнее. Но меня мучил вопрос, на который я хотела получить ответ. Мне будет сложно отсиживаться в доме, не понимая, что происходит. О чем я и спросила Рамзана.
— Карим Алибеков и его сын требуют, чтобы мы отдали вас, — сквозь зубы выдавливает слова, выражая свое презрение к деду и моему дяде.
— А кто стрелял? — затаив дыхание. Хотя уже знаю ответ.
— Ваш дед… — нехотя сообщает.
— Никто не пострадал? — опустив голову.
— Нет, — после небольшой паузы, из-за которой складывается ощущение, что мне что-то недоговаривают. — Не переживайте. Заходите в дом. Эльдар с ребятами едут, скоро будут тут, — в голосе начальника безопасности можно было уловить нотки гордости, только я не поняла, к кому они относились. — Не переживайте, мы вас не отдадим. Если придется… — обрывает себя. — Заходите в дом и запритесь.
Наверное, я бы еще сомневалась, но автоматная очередь убедила меня быть разумной. Все произошло очень быстро. Рамзан затолкал меня в дом, приказал запереть дверь и только после этого бросился к воротам, доставая из-за спины пистолет.
 
Как можно спокойно сидеть и ждать? Я выглядывала во все окна, хотела убедиться, что все живы и здоровы. Невозможно было понять, кто и в кого стрелял. Спор и крики нарастали. Мужчины готовы были убивать друг друга. Они трясли оружием. Я видела, как мой дядя приставил пистолет к виску охранника, требуя, чтобы им открыли ворота. Меня трясло, как в лихорадке. Я молилась, чтобы Эльдар поскорее приехал. Как бы я ни относилась к Гасанову, но он единственный, кто способен защитить меня от Карима Алибекова. Эльдар меня не отдаст деду.
«А если его убьют?» — шепнул противный внутренний голос, поселив в душе новый страх. Теперь я молилась, чтобы Эльдар не пострадал.
Несколько знакомых внедорожников подлетели к воротам. Двери резко распахнулись, мужчины высыпали из машин. Это настоящая война…
Причина этой войны — я. Карим Алибеков приехал, потому что узнал о том, что я дала показания в полиции…
Полиция… А вот и она. Несколько экипажей останавливаются в десятках метров от нашего дома, ближе подъехать нет возможности, все заставлено машинами. Я немного выдыхаю. При полиции они ведь не станут стреляться?
Но я ошиблась…
 Глава 58 
Диана
После выстрела раздаются крики! Полицейские тычут во всех оружием. Мужчины на взводе. Я даже на расстоянии ощущаю напряжение, что искрит за воротами моего дома. Любое неосторожное действие может привести к беспорядочной стрельбе…
Заставляю себя стоять на месте, хотя сердце требует рвануть вниз, вылететь на улицу, оказаться в гуще событий. Я просто хочу знать, что там происходит. Я не видела, кто совершил последний выстрел, но там явно кто-то лежал на холодной, покрытой грязью и снегом земле. Только бы не Эльдар…
Сложно ждать и оставаться в неведении. Страх заползает под кожу, сковывает изнутри колючим холодом.
За воротами не стихают крики. Эхом до меня доносятся лишь короткие фразы, которые не передают полной картины. Мой воспаленный мозг рисует страшные картины — убийство. Страшно — если не станет Эльдара, я лишусь единственной защиты. Только Гасанов способен уберечь меня от Алибековых.
Я не верю, что моего дедушку посадят в тюрьму, даже если найдутся доказательства его вины. Я могу только догадываться о настоящих связях Карима Алибекова. В нашем доме мы принимали лишь избранный круг людей, с которыми он поддерживал тесные связи, но я не раз слышала, что он оказывал услуги очень влиятельным людям. Дед с гордостью перечислял редким друзьям имена своих «должников». Он это делал, чтобы возвеличить себя, заодно держал в страхе свое окружение. Последнее время я часто размышляла, что же это были за услуги, раз такие важные люди с громкими именами оставались в должниках у Карима…
Вой сирен оповестил о прибытии подкрепления. Отсюда было видно, как вооруженный и полностью экипированный отряд спецназа окружает мой дом. Бойцы требуют бросить оружие, мужчин укладывают лицом в землю. Стоя у раскрытого окна, я давно озябла, но не могла отойти от пункта наблюдения, хотя отсюда могла видеть не всю картину происходящего.
Когда спецназ, заламывая руки, стал уводить всех участников потасовки в припаркованные вдалеке машины, я увидела в толпе Эльдара. По щекам покатились слезы радости и облегчения. Его тоже скрутили и повели к машинам. Тут же в голову пришла пугающая мысль: а что, если это Эльдар убил кого-то?..
Его посадят?
Я готова была выйти, оставаться дальше в неведении не было сил. Остановил мой порыв звонок мобильного телефона, который я, сама не замечая, все это время сжимала в руке. Не сразу удалось принять вызов, руки дрожали. С третьей попытки удалось провести по значку вызова.
— Да… да, я слушаю! — первые несколько секунд ничего не слышно, поэтому я кричу на эмоциях.