Пацан. Воин. Маг. Сражайся или умри! (СИ)
Гоблин глянул на нахмуренные лица парней и сразу всё понял. Отступил на шаг и громко свистнул. Вылезло десятка три гоблинов, не меньше. Были они без оружия, но Сашка видел, что на маленьких крепких кулаках у каждого намотаны кожаные ремешки с нашитыми на них железками. От такой ушлой шпаны можно ждать чего угодно. Но дело — не в этом.
Еще он заметил двоих секьюрити, обвешанных оружием, которые проламывались сквозь толпу с желанием навести порядок среди безобразия.
— Ша! — громко сказал Сашка. — Граждане гоблины, сеанс лицевого массажа отменяется по причине многочисленности желающих!
Он стал отступать назад, отталкивая спиной друзей:
— Но не расстраивайтесь, вы своё обязательно получите! За все уже уплочено. Так что, досвидос, мартышки!
То, что новая встреча будет, он не сомневался. Живодеры, вивисекторы, блин!
— А у меня дома, там, собака была, Ирма, — вздохнул Андрон. — Прикольная, маленькая… как она без меня?
— А мне родители никогда не разрешали никого заводить, — нахмурился Димка. — Даже хомячка. Говорили, что «это большая ответственность, сынок, ты научись сначала за себя отвечать…» Блин! Парни! Тут, вроде, гномский квартал недалеко? Подождите меня здесь, я сейчас. Андрон, дай пару монет.
И убежал.
Вернулся он быстро и не один, а с радостно улыбающимся Рыжим Кроу. Морда у здоровяка лоснилась и была свекольного цвета, глаза смотрели в разные стороны. Может, надо было ему поменьше денег с собой дать?
— Он с новостями, — сказал Димка.
Сашка заметил, что из кармана друга выглядывает горлышко знакомой бутылки с торчащей из него морковкой.
— Хорошими? — спросил Андрон.
— Да, бугор! Я все черные доспехи махнул троллям на камушки и серебро. Можно или нормальные доспехи всем купить или…
— Это потом, — перебил его Сашка. — Что с хранью?
Этот вопрос был важнее. Отговорить Димку глотать гномский самогон можно было только заменив его магической субстанцией.
— Я всё узнал! В общем, с хранью швах! За продажу серые колдуны вывешивают на солнышко посушиться, — он схватил себя за горло и показал, как вываливается язык у повешенного. — Поэтому хранью никто не торгует, боятся…
— Это мы уже знаем. Ближе к делу. Прям совсем-совсем никто не торгует? Никогда не поверю!
— Ну да, можно купить. У степных орков.
— Сколько? Почем?
— Не знаю, не стали они со мной договариваться, сказали, после заката приходить в их главный шатер, спросить Шакира.
— Молодец! — хлопнул его по плечу Андрон.
— Только это, бугор…, — Кроу изобразил на лице муки подбора нужных слов. — Степные орки, они… такие… ну, мутные они. С ними дела иметь трудно. Тугие они.
— Что? Могут кинуть? В смысле, обмануть? — спросил Сашка.
— А боги их знают! Никогда не угадаешь. У них вообще доблестью считается надуть кого-нибудь, но чтобы не сразу заметно было.
— Ладно. А еще у кого можно хрань достать?
— Дык, болтали, что у эльфов есть, и они могут сменять на что-нибудь ценное. Но эльфы сегодня всем табором ушли. Говорят, их пророчица, та еще змея, увидела будущее и приказала всем эльфам скакать отсюда и до заката без остановки…
Парни посмотрели на Димку.
— А вы говорите, интернета нет, — буркнул тот. — Посмотрите, как здесь новости быстро узнают! Что будем делать?
— А у нас есть выбор? — удивился Сашка. — Идем к оркам, а там — посмотрим. Где их главный шатер?
— А как зайдете в орочий квартал — сразу налево, там увидите, — заверил его Кроу. — Самый здоровый — это он и есть. А рядом, вместо флага — конский череп на пике.
— Знаешь что, Кроу, — подошел к нему поближе Сашка и заглянул в глаза. — Я, конечно, не пророчица, но сердцем чую, сегодня в Креции погромы будут. Наших собирай всех, по кабакам или где там они еще. И сидите тихо, с обозом, будьте готовы стартовать отсюда по первому свистку. Ясно?
— И не бухать там! — добавил Андрон. — Полная готовность! Приду — проверю!
— Сделаю, бугор! — Кроу трезвел на глазах. — Всё сделаю! Оле-оле!
Парни еще побродили по ярмарке, попробовали местных печёностей и жареностей. Больше всего им понравились шашлыки из мяса птицы дронт и завернутая в толстые лепешки баранина с сыром и зеленью.
— Я прям шавуху нашу вспомнил! — чуть не прослезился Андрон.
Потом попали на выступление местного театра под открытым небом. Актеры закрывали лица масками, лихо сражались деревянными мечами, пели и танцевали. Пьеса была, конечно, про любовь.
О том, как бедный, но благородный юноша добивался руки, сердца, печени и прочих органов прекрасной девушки, а её злой и алчный отец, желая зятя побогаче и познатнее, ставил влюбленным препоны, заставляя выполнять невыполнимые задания. То дракона победить, то желтки от белка отделить, то одной бутылкой вина пятьдесят пьяниц напоить.
Влюблённый юноша со всеми заданиями, конечно, справился, к восторгу зрителей. Сказки все любят.
Пели актеры хорошо, но вот аккомпанирующего им на лютне седобородого мужичка Сашке хотелось прибить. За откровенную пургу и дребезжащие, плохо настроенные струны.
«Выполним квест, — вдруг подумал он, — и подамся я в актеры! А что? Повозка с костюмами и реквизитом, небольшая труппа актеров, и я им тут, в Миргадии, покажу и Шекспира, и Шварца! Эдика подтяну. Зрители на руках нас будут носить! И музыку можно подобрать разную…»
— Смотри! Какая нелепая халабуда, — толкнул его в бок Димка.
Не дал нормально помечтать. Оказывается, они теперь кружили около квартала степных орков, дожидаясь заката.
— Знакомая архитектура, — сказал Сашка, разглядывая огромное сооружение с колоннами, витражами и здоровущей черной трубой, торчащей в небо. — В Барак-Дуре такой же был.
— Храм Зады, — понял Димка. — Уродский какой-то, еще эта труба…
Сашке труба тоже не нравилась, а еще ему очень не нравилось, как вокруг неё закручиваются знакомые синие струйки сырой магии. Теперь понятно, почему лютня не заряжается. Есть тут помощнее батарейка.
— Пойдем отсюда, — сказал он. — Темнеет уже. Пора к оркам.
У входа в большой шатер стояли двое охранников с факелами в руках. Они синхронно шагнули вперед, преграждая парням путь.
— Мы к Шакиру!
— Не к Шакиру, а к уважаемому Шакир-Оглы-Черному, — буркнул один из охранников, но в шатер пропустил.
Здесь жарко горело масло или что-то похожее на него в больших чашах на ножках, и десятка два, не меньше, свечей в массивных подсвечниках. С мебелью дела обстояли хуже. Кроме парочки сундуков у ширмы, что прикрывала от любопытных взглядов спальное место или другие секреты, ничего не было.
За ширмой можно спрятать десяток воинов, почему-то подумал Димка.
Посреди шатра на толстом ковре, скрестив ноги, сидел толстощекий степной орк в ярко-алом халате, расшитым золотой нитью. Ну, видимо, он и есть Шакир. Он же — Черный и он же — Оглы.
— Добрый вечер, мы пришли по поводу…
Толстяк поднял руку, останавливая Сашку:
— Проходите, гости дорогие! Вы пришли в мой дом без оружия и по доброй воле, да? Так зачем сразу о делах? Отдохните, покушайте хлеба, выпейте кваду!
— Яду? — переспросил Андрон громким шепотом.
Димка махнул ему рукой, расслабься, мол.
— Восточное гостеприимство, — пояснил он. — Полчаса теперь будет болтать об урожае верблюжьего молока и видах на надои пшеницы.
— Ладно, — сказал Сашка. — Это они нам нужны, а не мы им. Так что — послушаем, покиваем, попьем яду.
В Креции теперь есть не всё
Парни попытались сесть на ковер, как на картинках сидят восточные мудрецы. Ни лотос, ни полулотос у них не получился. Толстяк посмотрел на их мучения и громко щелкнул пальцами. Из-за ширмы выскочил молодой орчёнок в синем халате и подал парням небольшие, плотно набитые подушки. Они намек поняли и уселись на них.
Толстяк снова щелкнул пальцами, на этот раз из-за ширмы появилась орчанка. Или орочка?
Сашка не знал, как правильно, но второй вариант ему больше нравился. Было в этой девушке что-то от аппетитной булочки с хрустящей корочкой. Сдобненькая такая, сладенькая!