Пацан. Воин. Маг. Сражайся или умри! (СИ)

— А ну-ка, — повысил он голос. — Оружие на землю, и отошли молча в сторонку, коли не хотите, чтобы мы вам лишних дырок наковыряли!
Он взмахнул для солидности длинной, обшитой железными полосами дубиной.
— Парни, — раздался слабый голос Димки, — дайте чего-нибудь выпить, я им сейчас наковыряю дырок во всех местах!
Сашка посмотрел на него и покачал головой. Руки трясутся, лицо белое, губы зеленые.
— Саш, у тебя там есть под рукой, чем меня по кумполу вдарить? — обернулся к нему Андрон.
— Не надо, я сам, — сказал вдруг Кабан.
Он поднялся со скамейки и в полный голос проговорил:
— Рыжий Кроу! Старый ты кусок тухлятины! Опять глаза залил с утра и не узнаешь никого!
Рыжий громила прищурился и удивленно раскрыл рот:
— Глазам не верю! Глядите все — это же Кабам, отрыжка ослиная! Да чтоб меня тараном отодрали! Ох, и ряху ты себе отъел!
— На свою посмотри, толстозадый бурдюк с пивом! Твоя морда такая красная, что, небось, в темноте светится! По нужде ночью без факела ходить можешь!
И «реальные кабаны» и люди Рыжего Кроу слушали этот обмен любезностями молча, оружие никто не опускал — команды не было. А вот команда атаковать могла прозвучать в любой момент.
— А я слыхал — перебили вашу шайку, — ухмыльнулся Кроу. — А ты, гляди-ка, живой и толстый. И доспехи на тебе неплохие!
— А мы теперь, Кроу, не волки лесные. Бугор у нас новый. Мы теперь бри-га-да, — выговорил он по слогам слово, услышанное от Андрона, правда, ударение перепутал. — Мы — «Реальные кабаны»! И вчера штурмом отбили у эльфов Барак-Дур!
Рыжий Кроу от таких новостей нахмурился и почесал концом дубины лоб.
— Так это что — новый бугор? — показал глазами на Андрона.
Тот выпятил грудь и надул щеки, незаметно снял с пояса дубинку и за спиной передал Сашке.
— Да, это он, — с гордостью ответил Кабан. — В честном бою всю шайку одолел. Один.
— Ха, не верю! — презрительно сощурился рыжий громила. — Хлипкий какой-то. Сморчок лохматый!
«Реальные кабаны», с щитами и мечами в руках, собравшиеся в этот момент вокруг телеги, недовольно загудели.
Кроу радостно ощерился.
— Ну что, кабаны, или как вас там? Как будем выяснять, кому дорога достанется? Стенка на стенку? Или один на один?
— Один на один, — быстро ответил Андрон. — Продуешь — твои люди будут подчиняться мне!
Пусть вооружены головорезы Кроу были хуже, но их было в два раза больше.
— А если я тебя в землю вобью по макушку, то всё ваше добро — наше! А твои реальные свинки пойдут голые и безоружные на все четыре стороны. Мне в шайке слабаки не нужны!
Андрон вздохнул и склонил голову, чтобы Сашке было удобнее врезать ему по затылку.
«Бля, опять башка целый день трещать будет…»
— Нет, вы все-таки дайте мне выпить! — слабым голосом потребовал Димка.
Сашка замахнулся, но его руку перехватил Кабан.
— Нет, — тихо, но твердо сказал он. — Бугор ранен, у него нога болит. Так нечестно будет. Я сам пойду!
— А справишься? — засомневался Андрон.
В себе-то он был уверен. Болит нога или нет, но в боевом состоянии он всю шайку рыжего громилы узлом завяжет на бантик, но вот Кабан? Этот Кроу на голову его выше и в плечах шире, а уж пузо у него в два раза больше, точно.
— Справлюсь, бугор. Обещаю!
— Дайте места, — махнул Кроу своим, и те разошлись полукругом по краю небольшой поляны.
Болты из арбалетов вынули и луки опустили, но зорко и подозрительно смотрели на то, как с другой стороны поляны полукругом выстраиваются «реальные кабаны».
При помощи друзей Димка смог вылезти из телеги и подошел к Кабану.
— Знаешь, друг, — сипло сказал он. — У тебя выбор теперь небольшой. Сражайся или помри.
Кабан заглянул в серьезные серые глаза в черных хоккейных кругах и молча кивнул.
Димка, тяжело дыша повис на плече Андрона, в руке он крепко сжимал найденный кувшин с элем.
— На всякий случай, — пояснил он.
Кабан, сбросив шлем и отстегнув меч, шагнул в круг. Кроу поджидал его, помахивая своей дубиной, как тростинкой. Дубинка Кабана была почти вполовину короче.
Бойцы встали друг напротив друга. Никаких поклонов противнику, только скрежет скрестившихся взглядов. Кабан был собран и хмур. Рыжий Кроу скалился щербатым ртом и крутил свою дубину то одной рукой, то другой. И был похож на грузовой вертолет.
 
— Кроу дрался на арене, — раздался возле уха Сашки негромкий голос.
Он повернул голову. Это был, э, как же его зовут? Точно, Мих. Самый мелкий и слабый из «кабанов», но ценился всеми за то, что умел хорошо готовить. В шутку говорили, что он кашу из секиры может сварить.
— Дрался за деньги и всегда побеждал. В схватках никого не щадил. Однажды устроили бой Кроу со знаменитым Койёном Варваром. Ему обещали хорошо заплатить, если он ляжет под Варвара. Но Кроу обиделся и размазал эту знаменитость по всей арене! После этого его к боям не допускают, никто с ним драться теперь не хочет.
— Слушай, а ты откуда это все знаешь?
— Так я же при кухне на арене два года отработал.
— Понятно. Значит, этот рыжий — боец серьезный?
— Лучший! — уверенно заявил Мих.
— А Кабан?
— Он неплох, но у Кроу — опыт. И он очень хитрый, гад.
«Да уж, — подумал Сашка. — Похоже, нашему сейчас наваляют.»
Но проигрывать этот бой Кабану никак нельзя. Надо что-то придумать, помочь ему как-то. Но как?
— Ну что, бывший лесной волк, — прогудел Кроу, всё сильнее размахивая своей дубиной. — Ты сам вызвался на бой. Прости, но с этой поляны уйдет только один! Я!
Даже не договорив, рыжий громила атаковал. Загудел воздух, и дубина со всего маха обрушилась на противника. Тот оказался готов. Чуть отшагнул и подставил под удар своё оружие. Раздался громкий треск. А потом трещало почти непрерывно. Кроу бил сверху и снизу, тыкал дубиной, как копьем. Он был очень силен, но оказался еще и очень быстр для такого пузана. Нереально, неприятно быстр.
Кабана пока спасало только то, что он был чуть быстрее, успевал парировать или отступать, но под лавиной обрушившихся на него ударов он и думать не мог о нападении. Только защищался.
Так ему бой не выиграть, — понял Сашка.
Вот Кабан заблокировал удар сверху, который был такой силы, что руки у него дрогнули и подогнулись колени. Кроу пнул его своей ножищей в грудь. Все на поляне услышали, как что-то в груди у Кабана громко хрустнуло. Он отлетел на пару шагов и упал. С рычанием, перехватив дубинку, как копьё, рыжий громила бросился к нему, чтобы добить и втоптать оставшееся в землю. Но не добежал.
Кабан, изогнувшись всем телом, выстрелил обеими ногами в панцирь Кроу, добавив новую глубокую вмятину. Здоровяк остановился и захрипел от боли. Его противнику хватило времени, чтобы откатиться в сторону и встать с дубинкой в руках.
— Теперь ты меня разозлил! — хрипло сообщил ему Кроу и попер, как бык на матадора.
Сашка отступил на шаг, скинул с плеча лютню, провел пальцами по струнам и начал тихонько, вполголоса наигрывать.
— То-ре-адор, сме-ле-эее в бой, то-ре-адор, то-ре-адор!
Кабан вдруг выпрямился во весь рост и шагнул навстречу противнику, ощерил окровавленные зубы и громко сообщил Рыжему Кроу:
— А щас будет кравища!
Его поддержал восторженный крик «кабанов». Громче всех орал Андрон:
— Порви его на британский флаг! Оле, оле, оле, оле! Кабан — чемпион!
Тихо шептали струны, и рисунок боя поменялся. Кабан стал неуловим. Он не дрался, а танцевал. Вот Кроу в молниеносном выпаде пытается пробить противника насквозь, но текучий и пластичный, как вода, ловкий и быстрый, как тореро, Кабан уходит в сторону с линии атаки и бьет рыжего по колену.
Новая атака. Воздух визжит, и Кабан стремительно спасается бегством с траектории размашистого удара, способного дерево свалить. Он, невероятно изогнувшись, так, словно тело его стало резиновым, пропускает дубину над собой, отходит в сторону и бьет Кроу по локтю. Жестко, точно, делая противника одноруким и очень злым. Теперь левая рука Кроу мотается — дряблая и беспомощная.