Пацан. Воин. Маг. Сражайся или умри! (СИ)

— Балабалмия кулкасдай булкан!
— О! Еще одни бормотун-непонятка! — сказал Сашка. — Эй, родной, ты по-человечески можешь разговаривать? Ду ю спик как-нибудь инглишь, а? Йя-Йя? Ферштейн?
Димка заметил, что снятый с ветки был в обуви, но его одежду не тронули разбойники — ни серый плащ (где-то он недавно такой видел?), ни рубашку серую с кучей кармашков. Смутная догадка зашевелилась в голове.
И спасенный тут же подтвердил её. Он похлопал по карманам рубахи и вытянул из одного пузырек с белыми шариками.
Парни переглянулись.
— Еще один наркоша, — усмехнулся Андрон. — Сейчас своими колесами закинется и начнет втирать, какой он великий волшебник Буль-Буль-Заде!
Человек бросил один шарик в рот, сморщился, а ему наверняка было больно морщить разбитое лицо, две слезинки, сбежавшие по фиолетовым щекам, это подтвердили.
А потом он сказал:
— Благодалю, что спасли меня от нечестивых лап вонючих лазбойников, хлаблые воины!
— Ты кто вообще, а? — спросил Сашка. — Как звать? С какого района? Кто по жизни?
Разыскивая свои кроссовки, он реквизировал у одного из лесных гопников дубинку — короткую, с небольшим утолщением на конце, которое придавало ей определенно сходство с бейсбольной битой. Дубинка ему понравилась настолько, что он не выпускал её из рук. Она же, вероятно, и слова для беседы начала подсказывать. Как и любая волшебная палочка.
— Меня зовут Великий Маг Шмульгель Неподлажаемый!
Парни заржали в голос, распугав всех птиц, которые начали было возвращаться к поляне после битвы разбойниками.
  
Гоп-стоп, мы подошли из-за куста или ща опять будет кравища
 
— Андрон, ты как всегда прав, — выдавил Сашка, утирая слезы. — Тут вокруг одни наркоши и маги, мать их…
— Это не налкотики! — заверещал великий маг. — Это лингвопилюли, выпьете — и станете понимать язык всех людей и лазных нелюдей!
— Ты там язык на дереве прикусил, как там тебя? Шмульге?
— Шмульгель я, говолю же!
— Шмульгер, что ли? — переспросил Сашка.
Тот в ответ часто закивал и добавил:
— А шепелявостью меня наказала Богиня, вот! Это божественное плоклятие, никак не лечится! — сказал он это явно с гордостью.
— И чем тут гордиться? — подумал Димка.
— Погоди, и людей, и не людей, говоришь, можно понимать? Хочу попробовать! Угости! — протянул ладонь Сашка, в другой руке у него по-прежнему была дубинка.
Попробуй откажи такому в просьбе. Маг вздохнул и откупорил пузырек.
— Эй, а ты не боишься, что тебя тоже вштырит, как этого Шмуля, будешь потом ходить и орать: Я — Великий Маг Сашок Великолепный! В темноте Светящийся! — заржал Андрон.
— Это не налкотики! И я не Шмуль! — замотал головой волшебник. — Абсолютно точно! Это очень дологая магическая субстанция, один шалик — два, нет, четыле золотых стоит!
— О, дорогая штука, значит — хорошая, — рассудил Андрон, — беру две. Но ты помнишь, нам скидка сто процентов, как тем, кто тебя с дерева снял!
— Ну как, парни, закинемся колесиком? — с улыбкой спросил Сашка. — Не знаю, как вас, а меня лично бесит, что местные, — он кивнул в сторону валявшихся на траве разбойников, — матерят меня на каждом шагу, а я не знаю, что им ответить, не понимаю ни бельмеса!
— А как она действует? — спросил осторожный Димка. — Побочные реакции есть?
— Действует быстро, — ответил маг. — Побочные бывают иногда, редко. Изжога.
Сашка, не дослушав, закинул белую горошину в рот и проглотил:
— А ничего, пацаны, норм. Привкус, правда, не очень, как у сосисек просроченных. Кааа… И отрыжка, как от сосисек. И изжога… оу… как от кетчупа с лимонадом…
— А, тогда фигня, — сказал Андрон и тоже смело закинулся неизвестным веществом.
Димка вздохнул, ну, куда деваться, и проглотил отдающую плесенью горошину. Бэээ…
Маг посмотрел на них и тоже вздохнул:
— Бывает, плавда, на употлебляющих лингвопилюли понос нападает, потому как вытяжку из помёта голного тлолля не все пелеваливают…
— Не понял, — отвесил челюсть Андрон. — Это что мы только что сожрали? А? Это что за говнопилюли, Айболит, сука?
 
— Это — экстлакт из окаменевшего помета голного тлолля, полученный способом магической возгонки. Очень ледкое вещество. Очень дологое…
— Точно окаменевшего? — спросил Андрон, прикидывая для себя уместность употребления окаменевшего дерьма.
Маг покивал.
— Тогда ладно, — выдохнул парень, поняв, что как ни крути, а дерьмо оно всегда дерьмо. — Парни, я понял, это, короче, что-то типа угля активированного! Только закаменевшее и белое! Фу, ссс… ык…
— А по-моему, — сказал Димка, — вот этот гад — и есть тролль самый настоящий. На рожу его сизую смотришь и кажется, что он смеется над нами! Смеешься, плесень?
— Нет, что вы, уважаемые, ни в коем лазе! — отчаянно замотал головой лысый колдун.
— Слушай, тролль горный, — навис над ним Димка, пусть и без дубинки, но тоже внушительно. — Ты лучше расскажи, где это мы? Что за лес, что за страна? И почему все местные — словно из Средневековья сбежали!
Маг снова кивнул согласно и проверещал:
— Сей же час, доблестные юноши. Все-все, как на духу.
Он достал из другого кармана прозрачный флакончик с жидкостью синего цвета, откупорил и ловким движением, достигаемым регулярными тренировками, плеснул содержимое себе в рот.
Резко выдохнул. Улыбнулся во все зубы, показывая, что у него отсутствуют несколько коренных.
— Э! А он, похоже, бухает в одно рыло, — глядя на довольную рожу мага, возмутился Андрон. — А спасителей своих угостить?
— Нет, что вы, — замахал руками Шмульгер. — Это не выпивка, это магическая субстанция — концентлилованная хлань, полученная методом алхимической перегонки из помёта челного длакона! Клепкая штука, но жутко полезная!
— Эх, куда мы попали, парни, — сморщился Сашка. — Они тут, наверное, всё из говна лепят! Ты, картавый! Хорош лыбу давить! Давай на вопросы отвечай!
Колдун на глазах преобразился — выпитая субстанция явно пошла ему на пользу. Лицо посветлело, стирая следы избиения, плечи развернулись. Он легко вскочил на ноги, но даже задрав нос, все же оказался невеликого росточка — по плечо Сашке, который был из парней самым низкорослым. Димка был чуть повыше, а про Андрона и говорить нечего. Очень высокий. И очень худой.
— Ласскажу вам, отлоки, куда вы попали. Этот мил называется Западная Милгадия, мил магический, полный волшебной хлани! И плавит им наш Величайший Светлый Властелин Гадомысл!
— У, — разочарованно протянул Андрон, — а я думал, мы в Скайрим попали! А здесь…
— Гадомысл велик и могуч, все существа в нашем миле подчиняются ему! Он же — велик и светел! Вот!
— Слушай, Шмулг, как тебя там, а ты сказал, что у вас драконы есть? — спросил Сашка. — А че за драконы? И где?
— А там где-то, — помахал рукой маг сразу в нескольких направлениях, — в Завалийских горах! Там их много.
— Я чёт не пойму, — сообщил Димка, потирая лоб. — Если это Западная Миргадия или Милгадия, с этим картавым не разберешь, то должна быть и Восточная, да? Как минимум?!
— А, какая там Восточная, — скривился маг. — Так, пала пловинций непоколенных, дикали. Плюнуть и ластереть!
— Ясно, — сказал Димка. Чем дальше, тем увереннее ему казалось, что Шмульгер — тот еще балабол, а при этом еще и многое не договаривает. — Если мы сейчас в другом мире, как нам обратно домой вернуться?
Маг шмыгнул носом и важно сообщил:
— Ну, я мог бы это сделать…
— Так давай, возвращай, у нас в санатории ужин скоро, нас там с собаками искать начнут! И может быть найдут…
— Диман, погоди, тут же прикольно, — попытался возразить Сашка. — Столько, наверное, всего интересного! И драконы! Прикинь? Драконы, Змеи Горынычы, Лазурные и Агмалитовые!
 
— Что-то не вижу ничего интересного в том, чтобы получать по голове и стоять, к дереву привязанным! — съязвил Димка.
— Давай, — повернулся он к магу. — Колдуй!
— Не могу пока, — развел тот руками. — Хлани не хватает, её для пеленоса много надо. Одного бутылёчка не хватит.