Возвращение Безумного Бога 6 (СИ)
Я тяжело вздохнул и обернулся, окидывая взглядом своих спутниц. Настя дремала на заднем сидении. Мирмеции, притихшие и измученные, жались к Насте, словно к маме… Айсштиль и Лилия, перевязанные, но живые, полулежали бок о бок на пассажирском сидении. На их бледных лицах застыло отрешенное выражение. Богини вымотались до предела и спали беспробудным сном, истратив почти всю свою Духовную силу в чудовищной схватке.
— Ну что, девчонки, добрались, — произнес я, пытаясь улыбнуться. Голос мой прозвучал хрипло и устало, — Сейчас пойдем внутрь, подлатаемся немного. Только вот…
Я замялся, не зная как сказать. Настя тут же уловила мои сомнения и ободряюще кивнула:
— Не волнуйся, Кость. Прорвемся. Девочки — они сильные. Справимся как-нибудь.
Она выбралась из машины и, прихрамывая, заковыляла к багажнику. Пару минут повозилась, что-то сосредоточенно бормоча себе под нос. А потом с победным возгласом выволокла наружу массивный брезентовый сверток и водрузила его себе на плечи.
И таких свертков в объемном багажнике монстромобиля было еще много…
Я вздохнул, зная, ЧТО скрывается под грубой тканью. Пришлось использовать все свои способности, все сенсорные умения мирмеций, чтобы отыскать в руинах тела моих погибших дочерей. Тех, кто пал смертью храбрых, защищая дом от ублюдков-налетчиков. А чертовы ублюдки даже не погнушались забрать их с собой, как и живых мирмеций. Видимо, для опытом или чего-то такого…
Что ж… Теперь мы привезли тела домой, чтобы оказать последние почести, похоронить с честью.
Сглотнув подступивший ком, я вылез из монстромобиля и, подхватив на руки Айсштиль, двинулся за Настей. Мирмеции поплелись следом, неся Лилию.
Моим глазам предстала настоящая сюрреалистическая картина. Некогда величественный, ухоженный особняк, гордость нашего рода, теперь походил на жуткие декорации из фильма ужасов. Выбитые окна слепо таращились в серое небо, закопченные стены щерились дырами от пуль и когтей. Дубовая дверь болталась на одной петле.
Но, как ни странно, кое-где уже кипела работа! У обугленных стен высились штабеля свежих досок и кирпичей. Вдоль фасада тянулись леса, над которыми сновали туда-сюда проворные фигурки в рабочих комбинезонах. То тут, то там звенели пилы, стучали молотки, шипели сварочные аппараты. Кажется, с алхимического предприятия уже прибыл отряд работяг-мирмеций…
А на крыльце, подбоченясь и зорко озираясь по сторонам… стояла Кристина Валерьевна собственной персоной!
Я застыл как громом пораженный, не веря своим глазам. Как⁈ Откуда⁈ Ведь она же… пропала во время налета! Ее ведь похитили вместе с остальными! Неужели удалось сбежать⁈
— Костенька! Девочки! — Кристина, всплеснув руками, со всех ног кинулась к нам. Подлетела вплотную, горячо обняла меня, расцеловала зардевшихся мирмеций, — Слава Богу, вы целы! Как же мы за вас волновались!
— Мамочка! — из глаза Насти брызнули слезы. Она крепко обняла родительницу, счастливо смеясь. Весь образ мрачной и готичной девицы был моментально разрушен…
На глазах у Кристины выступили слезы облегчения. Она суетилась вокруг нас, причитала, ощупывала, проверяя на наличие ран и увечий. А я лишь ошарашено моргал, силясь понять, что вообще происходит.
— Кристина, — выдавил я наконец, — Ты… как? Откуда?
— Ох, Костя, и не спрашивай! — всхлипнула она, утирая слезы краем передника, — Столько всего пережили, столько натерпелись! Думали, конец нам пришел…
Она на миг умолкла, переводя дух. Потом вздохнула и продолжила уже спокойнее:
— Короче, та женщина в маске и ее люди — они нас спасли. Представляешь? Не обманули, оказали медицинскую помощь. А потом, вежливые такие, подбросили до дома и распрощались. Представляешь?
— Какая еще женщина в маске? — не понял я.
— Ну та, участница турнира из команды простолюдинов… как ее называют… Госпожа, вот!
У меня челюсть отвисла от таких новостей. Госпожа со товарищи, вдруг ставшие героями дня? Да быть того не может! С чего бы им заделаться благодетелями?
Но додумать я не успел. Потому что в этот момент на крыльцо, прихрамывая и опираясь на резной костыль… вышла сама Мелинта! Королева мирмеций собственной царственной персоной!
— Мелинточка! — взвизгнула Настя и, бережно опустив ношу на порог, опрометью кинулась к ней. Повисла на шее, разрыдалась от облегчения, — И ты тоже жива!
— Ну-ну, девочка моя, полно, — ласково проворковала Мелинта, гладя Настю по спутанным волосам верхней парой рук, — Все благодаря тебе и Косте…
Остальные мирмеции тоже бросились к своей королеве, сбились в радостную кучу-малу. Один я стоял, будто громом пораженный, хлопая глазами и пытаясь уместить в голове случившееся. Девчонки засмеялись и просто втянули меня в свою многорукую кучу обнимашек…
— Я не понимаю… — пробормотал я, качая головой, по инерции целуя щеки, которые они мне подставляли. Бессознательная Айсштиль на моих руках тоже получила свою порцию ласки от мирмеций, — Почему? Зачем они вас спасли?
Королева на миг задумалась. Ее точеное бледное лицо приняло отрешенное выражение, словно она прислушивалась к чему-то внутри себя. Потом Мелинта вздохнула и мягко произнесла:
— Не знаю, милый. Но, похоже, нам и впрямь несказанно повезло. Та женщина… как бы она ни была опасна и могущественна — сегодня она явила милосердие. Не дала свершиться непоправимому. Хотя с Дарьей она поступила весьма жестоко…
Она покосилась на большой брезентовый сверток, оставленный Настей на пороге, и скорбно поджала губы. Да, погибших эта Госпожа уже не вернет… Но хотя бы уцелевших не дала в обиду.
— Кстати, о Госпоже! — спохватилась вдруг Кристина Валерьевна, — Костенька, тебе тут письмо от нее. Просила передать лично в руки, как вернешься.
И она протянула мне некий плотный конверт из дорогой кремовой бумаги. Запечатанный витиеватой сургучной печатью с неизвестным мне гербом.
На гербе было изображено скорпионье жало.
Я принял послание из рук Кристины и в задумчивости повертел его в пальцах. Хм… странно. Очень странно… С чего бы этой таинственной Одаренной писать мне? Да еще и в таком формате?
Недоверчиво хмыкнув, я мысленно потянулся к конверту, пытаясь учуять подвох. Ну там, магическую ловушку там или еще какую пакость. Ведь от такой стервы всего можно ожидать!
Но нет, вроде чисто. Обычная дорогая бумага, обычные чернила… Никаких следов колдовства или подлянок.
Плечи неудержимо клонило к земле, сердце разрывалось от осознания всего случившегося. Погибшие девочки, раненные подруги, разрушенный дом… И вот вроде бы я бог, повидал всякого… множество смертей смертных соратников… а почему-то в этот раз переношу тяжелее обычного…
Вздохнув, я обвел унылым взглядом пепелище, в которое превратилось наше родовое гнездо. Ох… сколько же сил и средств теперь придется вбухать, чтобы хоть как-то привести все в порядок! Благо, сейчас с деньгами нет проблем.
Безумовы всегда возрождались из пепла, как птица Феникс. И сейчас отступать нельзя.
Помотав головой, я крепче прижал к себе Айсштиль и двинулся внутрь особняка. Пригнувшись, прошел через дверной проем, зашагал по усыпанным штукатуркой коридорам. Девушки потянулись следом, не отставая ни на шаг.
Несмотря на общую разруху, в доме уже вовсю кипела работа! Повсюду сновали мирмеции из алхимического предприятия и уцелевшие слуги. Перетаскивали вещи, сметали мусор, оттирали копоть со стен. Где-то в глубине дома бодро стрекотала дрель — похоже, там уже вовсю шел ремонт.
А командовала всем этим безобразием… Сахаринка! Моя бравая доча примерила на себя роль бригадира, и щеголяла форменным комбинезоном и красной косынкой на голове. Она носилась туда-сюда, раздавая указания направо и налево.
— Так, девочки! — звонко разносился под сводами ее командирский голос, — Шевелим лапками и жопками, не спим! Надо до вечера хотя бы сектор А расчистить! Работаем!
Мирмеции согласно застрекотали, прибавив ходу. Да, наша Сахаринка — она такая. Если уж возьмется за дело — мигом всех построит и организует. Вот ведь хозяйственная моя…