Дева для властелина (СИ)

Зей недвусмысленно потёрся об неё сзади, и Кору снова брезгливо передёрнуло.
А Айден чувствовал, как его накрывает. Здесь, в Верхнем мире, он не имел той власти, что под землёй. Но темная грозовая туча уже окутывала, огненная волна гнева заполняла пространство внутри. Утробно рыча, просыпался внутри Зверь, чёрный, хищный, беспощадный. Воплощение его ярости. Но пока Айден ещё пытался его усмирить…
– Что я должен сделать, чтобы ты её отпустил? – вздохнул он.
132 Персефона
Зевс, причмокнув, поднял глаза к небу, словно там искал подсказку.
– А ничего… – зло захохотал он. – Вот, понимаешь, думал я, думал, думал, чтобы такого с тебя поиметь… Ведь ты тоже во всей этой истории замешан, верно? Это ты меня Деми сдал. Гадёныш мелкий, брата променял на сучку! Слово своё нарушил. Ты же весь из себя такой благородный и честный… А? И что теперь стоят твои обещания? Предал меня, сука! За это, Адя, надо ответить.
– Когда я обещал молчать,  – голос Айдена был угрожающе тих и спокоен, – я не знал, что ты, выродок, мою женщину изнасиловать пытался.
– Подумаешь! Убыло бы с неё… – осклабился Зей. – Тогда пытался, а теперь я это сделаю! Трахну у тебя на глазах, а ты смотреть будешь, и пальцем меня не тронешь, иначе будет у неё в голове на одну дырку больше. Вот и всё, что я хочу. Спесь с тебя сбить! Гордый слишком стал… Слышь ты, засранец! Сильно много возомнил о себе! Старший брат ему теперь не брат. Помнишь, как ты меня из своих владений выгонял, как мне – мне! – сказал: «Пошёл вон!»? Что ж сейчас такой смиренный, где твоя гордыня, где твоя дерзость? Припух, гадёныш? 
Айден молчал, словно окаменел. А вот Зевс, распалив сам себя, покраснел и брызгал слюной.
– Сейчас я тебе все унижения припомню. И нос мой сломанный припомню! И как от меня отрёкся… Мне ничего от тебя не надо, братишка! Баблом ты не откупишься. Нет, этого мало. Я  хочу тебя растоптать! Чтобы ты понял, как мне обидно было… Хочу, чтобы ты на коленях стоял, чтобы умолял, чтобы в соплях и слезах захлебнулся! А? Встанешь на колени? Ради неё встанешь?
Айден молчал, лишь неотступно следил за Зевсом ненавидящим, прожигающим насквозь взглядом.
Если бы всё можно было решить так просто, он бы уже стоял на коленях, он бы уже умолял. Гордость – это самая меньшая цена, которую можно отдать за спасение того, кого любишь.
Вот только этим сейчас явно не отделаться…
Зей и сам это понимал, хмыкнул зло:
– Нет! Этого мало…  Ведь действительно встанешь. Даже выделываться не будешь. Это слишком просто для тебя. Адя, Адя, до чего докатился! Фу, тряпка! Ради девки унижаться готов... Властелин Царства Мёртвых готов встать на колени ради бабы. Позорище!
Зевс потянул Кору за волосы, заставив запрокинуть голову, провел стволом по щеке, шее, оттянул вырез платья.
– Может, весь секрет в ней, а? – усмехнулся, плотоядно облизнув губы. – Скажи, что в ней такого особенного? Чем она тебя взяла, братишка? Зелёная ведь совсем, плоская… Что ты в ней нашёл? Давай-ка проверим прямо сейчас, чем она так хороша…
Дуло пистолета упёрлось снизу в подбородок Коры. Зей отпустил её волосы, прижался к спине вплотную, облапал бесцеремонно, потянул вверх юбку, сунул руку между бедер, которые Кора отчаянно пыталась сжать. Она всхлипнула, скривившись.
– Не смей! – прорычал Айден, дёрнувшись вперёд.
– Назад! – пистолет впился сильнее в нежную кожу. – Пристрелю ведь!
– Ты не рискнешь, – прошипел Айден, – она твой щит. Убьёшь её – я убью тебя!
– Ага, а ты иди, проверь! – Зевс так вдавил ствол в шею Коры, что она вскрикнула болезненно, коротко. – Обоих пристрелю! Ты-то очухаешься… А вот она… не факт.
Айден сжал кулаки до хруста в пальцах, сделал два шага назад.
Нельзя рисковать! Надо взять себя в руки. Помни девиз Зея: «Мы – олимпийцы, нам можно всё!»… Для него нет ничего святого.
Её надо срочно вырвать из этих мерзких, грязных лап.
Айден лихорадочно соображал, как успеть метнуться вперёд так, чтобы перехватить руку Зея и не дать ему выстрелить.
Но Зевс не дал ему придумать план, не оставил вариантов, не позволил сохранить здравый смысл и хладнокровие…
 
Его мерзкая лапа снова поползла по телу Коры. По её бледному искажённому лицу покатились слезы.
– Убери от неё руки, тварь! – рявкнул Аид, и тьма устремилась с рыком изнутри, поглощая волю и разум.
– Как скажешь! – насмешливо фыркнул Зей. – Я могу и не руками…
И рванул тонкую ткань платья, раздирая от груди почти до самого низа.
Кора закричала жалостно, пытаясь закрыться руками, затрепыхалась бессильно.
Айден кинулся вперёд, уже не думая о пистолете, о том, что будет…
Зей понял, что перегнул палку, глаза от страха на лоб полезли. Вцепившись в Кору одной рукой, вторую, ту, что с пистолетом, он выкинул в сторону Айдена.
Громыхнул выстрел… Раскалённая мучительная боль опалила правую ключицу и плечо. Эта боль откинула назад на пару шагов, подкосила. На миг в глазах потемнело, Айден рухнул на колени, согнулся. Нет, его так легко не остановить!
Страх в глазах Зея превратился в ошалелый ужас. Понял, что натворил. Теперь пути назад нет. Если Айден сейчас встанет, ему конец…
Не дожидаясь, пока брат соскребёт себя с земли, Зевс снова поднял дрожащую руку, нажал на курок. Загрохотали выстрелы… Но ни один из них уже не достиг цели.
Во-первых, Кора с отчаянным криком накинулась на Зевса, ударила по руке, сбивая траекторию пуль, заколошматила отчаянно маленькими кулачками и даже несколько раз успела дотянуться до распухшего носа Громовержца.
Но через миг она отлетела в сторону – Зей ударил её по лицу наотмашь.
А, во-вторых, Зей не успел бы попасть в Аида...
Тени от деревьев и разрушенной стены, лежащие на камнях, поползли стремительно к Повелителю Подземных Чертогов, стягивались со всех сторон – тёмная непобедимая рать. Тьма устремлялась к Тьме.
На месте с трудом поднимавшегося с земли раненого мужчины, уже распрямлял своё жуткое и совершенное тело Зверь. У любого из богов внутри дремлет Зверь, тайная сущность, тотем, животная ипостась.
Зверь Айдена напоминал сильно подросшего Цербера. «Сильно» – это размером с грузовик. Чёрный Волк, или Пёс. Сложно сказать точно…
Айден считал себя Волком. И старался его не выпускать. Волк был безжалостным, как само Царство Мёртвых. И не подчинялся никому, даже воле своего хозяина, Айдена. У Волка был свой взгляд на справедливость и милосердие.
Огромная жуткая гора мышц, клыков и когтей. На спине, кроме шерсти, прочная броня, как рыцарские латы. Когти, словно стальные кинжалы. В глазах раскалённой магмой мерцает багровый подземный огонь.
И Тьма клубится грозовой тучей вокруг, так что свет дня меркнет, касаясь чудовища, явившегося из самого Тартара.
Зверь прижал уши, оскалился с грозным рыком, слегка опустил голову, готовясь к прыжку. По передней лапе на землю стекала кровь, капельки осыпались на камни, как гранатовые зёрна.
Но уж это точно не удержит неистового Зверя…
Волк шагнул к оцепеневшему от ужаса Зевсу, и под мощной лапой вздрогнула земля.
133 Персефона
Кора
Кора отлетела в сторону, больно сбила об острую каменную крошку ладони и колени. В голове загудело, потемнело в глазах. Глупое ощущение дежавю не проходило – снова её лапал этот мерзавец Зей, снова ударил так, что сейчас она потеряет сознание.
Нет! Не сегодня! Отключаться нельзя! Айден! Он стрелял в Айдена!
От боли в сердце  и страха снова потемнело в глазах, но Кора заставила себя подняться...
И застыла, широко распахнув глаза. Онемела от представшего ей зрелища.
Она всегда чувствовала, что в Айдене есть что-то такое… тёмное, завораживающее, пугающее своей силой. Она умела видеть Тьму его гнева. Но впервые она увидела подлинный облик Зверя.
И он её поразил до дрожи. Не испугал, хотя и был поистине ужасен, но поразил. Восхитил! Огромный чёрный пёс. Безжалостный и жуткий, как сама Смерть. Порождённый Тьмой и Яростью.