Дева для властелина (СИ)

Как жить дальше, если  она для него стала смыслом жизни и благословением, а он для неё – проклятием и воплощением всех страхов?
Говорила, что уже не боится, но глаза… Да, взгляд не умеет лгать.
Зайти к ней, попрощаться? Или просто исчезнуть?
Айден приостановился в саду, глядя на буйно разраставшуюся зелень. Их сад. Они возводили его вместе. Она принесла с собой жизнь в его Царство Мёртвых. И он наивно понадеялся, что имеет право полюбить эту жизнь. А она никогда так не считала.
Так стоит ли прощаться?
Как будто она будет грустить без него! Да она только рада будет его отсутствию.
Но… А сам-то как? Невыносимо знать, что её не будет рядом. Несколько часов, или дней. Неважно, как долго – важно, что не будет. Невыносимо больно.
Привыкай, Айден! Месяц пролетит быстро. При-вы-кай!
Он стремительно двинулся на выход. Но, уже покинув гостиную, вернулся. Пусть она никогда не будет принадлежать ему. Но просто сказать «До свидания!», он имеет право!
Айден всё ещё в сомнениях заглянул в её спальню. Кора лежала на постели, с головой укутавшись покрывалом, завернулась, словно в кокон спряталась. Спит? Или плачет снова?
Он постоял, послушал тихое дыхание. Кажется, уснула.
Значит, и проститься не судьба!
Осторожно, чтобы не разбудить своими шагами, Айден выскользнул из комнаты и ушёл прочь.
Его ждали война, боль, страх и чужие смерти. А любовь…
Любовь не для Властелина Мёртвых!
102 Море
Кора
Проснувшись, Кора даже не поняла, вечер сейчас или уже утро. Она не помнила, как уснула.
Когда они вернулись, Кору изрядно знобило. Несмотря на то, что она прихватила с собой полотенце и бельё, там, на берегу моря, она не переоделась. Не до того было...
Просто натянула платье на купальник. Пока шли рядом с Флегетоном, одежда значительно подсохла. Но всё-таки в пещерах было довольно прохладно – это вам не тропический пляж, и она слегка замёрзла. Кору лихорадило. Впрочем, возможно, виной тому была не сырая одежда, а расшатавшиеся нервы.
Чтобы согреться и успокоиться, Кора, едва оказавшись у себя, быстренько забралась под горячий душ, а потом закуталась в плед. Её разморило и незаметно склонило  в сон.
И вот сейчас она проснулась в абсолютной тишине, слегка потерянная, и на неё мгновенно обрушился целый поток тревожных мыслей и волнующих эмоций.
Едва вспомнив, что произошло, Кора подскочила на постели – в голове резко, как выстрел, сверкнуло: «Айден!».
 Нужно срочно его найти, и…
Она не знала, что скажет ему, но сказать обязательно нужно.
Сказать нужно было ещё там, сразу, когда он ждал. Когда смотрел так, что её сошедшее с ума сердце биться на минуту перестало.
Но она не смогла. Онемела, в горле перехватило, все слова растеряла, забыла.
Она ещё не пришла в себя от его неожиданного поцелуя. И вдруг это признание…
С ума сойти! Он сказал, что любит её. Он любит её!
Так сказал, что она поверила, сразу поверила, невозможно было не поверить.
Кору накрыло волной таких эмоций, что она захлебнулась в этом цунами. Сердце затрепетало маленькой птахой, в глазах потемнело, ноги подкосились.
Оказалось, что она была совсем не готова вот к такому повороту – объятия, от которых бросило в жар, нежность его прикосновений, близость мужчины, к которому как магнитом тянуло…
Первый поцелуй... Неужели это случилось? Её первый поцелуй. Да такой первый поцелуй, о котором даже в сокровенных своих девичьих мечтах не грезила!
Неудивительно, что она едва на месте не умерла от всего этого. А он…
А он решил, что она снова испугалась его.
О, боги, что же она натворила!
Только теперь всё вспомнив и сопоставив, Кора поняла, что подумал Айден, и почему он вдруг так помрачнел и замолчал, словно пожалел о том, что сделал. Он решил, что она испугалась, ЕГО испугалась. А ведь она испугалась совсем не Айдена. Она себя испугалась.
Да, в какой-то краткий миг так и было – вернулся прежний ужас. Она даже попыталась его оттолкнуть – память так не вовремя напомнила о том мерзком эпизоде в машине, что Кора непроизвольно отстранилась. Но то была лишь секундная слабость.
 
Она отмахнулась от этого липкого страха, потому что в ту минуту чувствовала Айдена так, словно мысли его читала, душой и сердцем своим чувствовала: тот, кто прикасается так, так бережно, трепетно, нежно – силой брать не будет. Его руки и губы испепеляли все страхи и опасения. И она доверилась ему… Окончательно и бесповоротно.
Но страшно всё равно было. Ведь никогда прежде Кора ничего подобного не испытывала.
От того, что вдруг стало происходить с собственным телом, душой и разумом, ей действительно стало страшно до ужаса. И, видимо, эти эмоции, с которыми невозможно было совладать, от которых её затрясло, отразились на её лице. А иначе, почему сам Айден вдруг так перепугался, отступил, тревожно всматриваясь в её глаза?
И он  решил, что ей противны его прикосновения. Он просил прощения и шептал что-то о том, что больше не посмеет…
А ей так хотелось, чтобы он посмел, хотелось крикнуть: «Нет, не отпускай меня! Целуй меня! Целуй ещё! Только ты, ты один, и никто больше. Я так хочу этого!».
Но ничего у неё не вышло. Слишком уж смутилась, не смогла ответить, не смогла заставить себя хоть слово произнести.
Глупая, глупая, глупая!
Что же она наделала? Меньше всего ей хотелось ранить Айдена, но именно это она, кажется, и сделала.
Он в любви признался. А она... Всё, что смогла – стоять  и ресницами хлопать.
Настолько была ошеломлена, что всё испортила. Даже одним словом в ответ его не удостоила. Промолчала, потом сбежала, едва Эви его отвлекла разговором.
Что он теперь о ней думает? Ведь он может решить, что его признание для неё вовсе ничего не значило.
А у неё…  Слёзы наворачиваются, сердце из груди выпрыгнуть норовит, петь хочется, летать хочется, танцевать хочется  – стоит только вспомнить этот безумный взгляд, и тихое: «Я просто… люблю тебя».
Никто на неё так раньше не смотрел. Даже мама, которая любит больше жизни.
Айден смотрел так, словно она была не просто самой красивой на свете, а так, словно в этом мире никого, кроме неё, и не существует, будто она самое важное, и прекрасное, и нужное.
Словно она – это ВСЁ.
Такое восхищение, такая нежность, такая преданность была в его глазах. И такая печаль. Он не ждал, уже не ждал, что она ответит, и она не ответила.
Что же она наделала! Только бы ещё можно было всё исправить!
Она прямо сейчас к нему пойдёт и…
Кора не знала, что сказать, чтобы искупить свою вину, чтобы горечь из его сердца ушла.
«Ничего не буду говорить, – решила она. – Просто подойду и… Поцелую! Сама. Возьму и поцелую. И он всё поймёт. Без всяких слов и объяснений».
103 Море
В саду Кора обнаружила Цербера – тот подскочил, завилял хвостом и поплёлся следом.
А она, лёгким весенним ветерком, пронеслась по всем апартаментам, но Айдена не оказалось ни в библиотеке, ни в спальне, ни даже в галерее.
Кору уже охватила лёгкая тревога, и даже грусть, но тут она услышала какие-то шорохи на кухне.
В счастливом предвкушении, она устремилась туда, навстречу тихим звукам и вкусным запахам, но её ожидало новое разочарование.
– Ой, а… – Кора с удивлением смотрела на Эвридику – совершенно вылетело из головы, что та вернулась, – а где Айден?
Наверное, вид у Коры сейчас был довольно глупый и растерянный.
– Айден уехал. Срочные дела. Сегодня, наверное, уже не вернётся,  – Эвридика улыбнулась мило, как и всегда. – А я вот ужин приготовила нам. Садись скорее! Я составлю тебе компанию, пока он отсутствует.
– Так он… надолго?
Кора рухнула на стул, плечи поникли, улыбка сползла с лица. Она так расстроилась, что даже все эти аппетитные блюда не радовали.
– Думаю, его несколько дней не будет, – спокойно пояснила Эви. – А что? Если что-то нужно, говори – я сделаю.
– Нет, мне ничего не нужно, – чуть не плача, покачала головой Кора. – Мне он нужен.