Требуется невеста, или О на С 2 (СИ)

— Я знаю, — отвечает она глухо и обхватывает себя за плечи руками. — Я испугалась. Со стороны казалось, что вы друг друга убиваете.
Стерев сочащуюся из губы кровь, морщусь от боли в рёбрах.
— Надолго ты его?
— На несколько часов точно. Может, до утра. Возможно, он даже не будет этого помнить.
Только сейчас я замечаю, что её бьёт крупная дрожь. Хочу к ней приблизиться, но Лэй резко пятится и срывающимся голосом заявляет:
— Я… я на тебя больше не работаю.
— Ленни…
Пытаюсь прервать её, успокоить, но она на выдохе, сквозь слёзы, продолжает:
— Ни на тебя, ни на Фелисию.
— Эления, всё хорошо. Ничего не случилось.
Но она меня как будто не слышит.
— То, что сейчас здесь было… — истерично всхлипывает.
— Всё нормально, мы просто поссорились.
— Поссорились? — Светлая нервно вскидывается. — Да вы чуть не поубивали друг друга! Я не хочу, — шумно сглатывает и продолжает: — Я не хочу больше иметь с тобой ничего общего. Я не принадлежу тебе, я не твоя игрушка. Как только выберете свадебное агентство, я передам им всё, что успела до этого сделать. И не говори, что не отпустишь меня! Если это не сделаешь ты, то сделает Фелисия. Но я думаю, ты не захочешь, чтобы я с ней говорила и объясняла причины.
— Эления, тебе нужно успокоиться. Нам обоим нужно успокоиться и…
И я мысленно ругаюсь, понимая, что говорю вообще не о том. Что это не то, что она сейчас хочет от меня услышать. Вернее, не так! От меня она сейчас вообще ничего не желает слышать.
Кажется, я действительно её душу́. И, кажется, то, что сегодня здесь произошло, даже для меня было слишком.
— Хочешь вернуться в Кадрис? — спрашиваю, засунув куда подальше все свои порывы.
— Да, как можно скорее.
Киваю и добавляю:
— Тебя отвезёт Эстебан, я предупрежу его.
Бросив на жениха взгляд, Эления опускает ресницы и спешит уйти, а я из последних сил борюсь с желанием броситься за ней следом. Остановить её, удержать, попытаться объяснить, что просто схожу с ума. Из-за неё. Из-за чувств, что она во мне вызывает. Вот и творю йорг знает что, сам не понимаю, что делаю.
Сделав над собой усилие, позволяю ей улететь вместе с дочерью. Ксанора переносят в спальню, а я запираюсь у себя в кабинете и думаю о том, что будет дальше. Снова и снова. Сейчас от моего решения зависит многое.
Наконец, взяв сейт, связываюсь со своей невестой:
— Фели, нам надо поговорить.
  
Глава 12: Эления
 
Две недели спустя
Эления
— Ну что ж, как я и предполагал, за две с половиной недели ни одного приступа. Лекарство успешно их купировало, а значит, дней через десять уже можем смело проводить операцию. Точную дату и время вам сообщит мой секретарь.
Доктор Суарес весело подмигивает Мариселе и вручает ей фруктовую конфету за то, что на протяжении всего обследования она вела себя как послушная девочка.
А я сижу и честно пытаюсь переварить услышанное, осмыслить и принять заключение врача. Десять дней… Нет, я, конечно, безумно рада и в то же время волнуюсь страшно. А вдруг во время операции что-то пойдёт не так? Вдруг случится что-то непредвиденное?
Одно дело её планировать и совсем другое осознавать, что вот совсем скоро моей дочери придётся пережить такое важное в её жизни вмешательство. Расстаться с частью её естества, пусть и губительной.
Ох, йорги, да я поседею за это время!
— Доктор Суарес, — я закусываю губу, совсем не горя желанием касаться этой темы, и в тоже время понимаю, что обязана его спросить, — а не может ли так случиться, что операция вдруг сорвётся? Просто я… больше не работаю на сонора Хороса.
Ну вот, я это сказала. Пусть проверит, уточнит, чтобы потом не возникло недоразумений и неприятных эксцессов.
Доктор едва заметно хмурится, но тут же спешит спрятать своё удивление за улыбкой:
— Сорваться она может только в том случае, сонорина Лэй, если вы в день операции не явитесь к нам в клинику. А так все счета уже давно оплачены, и я очень надеюсь, что вы внезапно не передумаете. У Мариселы сейчас наиболее благоприятный для подобного вмешательства возраст, плюс мы её подготовили. Ещё полторы недели — и забудете о том, что вашего ребёнка когда-либо что-то беспокоило. И она забудет. И дальше уже в ней будет развиваться только светлое начало, не заглушаемое и не подавляемое отцовской магией.
 
— Нет, конечно же, я не передумаю, — заверяю врача и, облегчённо выдохнув, прощаюсь, сказав, что буду ждать звонка от его секретаря.
В холле клиники, упаковав Литу в тёплый комбинезончик и курточку, вызываю такси. За последние дни сильно похолодало, и теперь мы одеваемся с особой тщательностью — не дайте боги простудиться перед операцией!
Взяв дочку на руки, поднимаюсь на верхнюю аэростоянку. Сейчас быстро домой, обедаем, дожидаемся Дину, и я лечу на собеседование. Не уверена, что после операции мы останемся в Кадрисе, но случиться может всякое, и работа мне точно не помешает. Я и так уже две недели маюсь без дела (не считая того, что ищу новое жильё, потому что из этой квартиры нас могут попросить в любое мгновение), что очень отрицательно сказывается на моём финансовом положении.
Полмесяца назад, сразу после злополучной помолвки, мне на счёт поступила приличная сумма от высшего. Та самая, которая была обозначена в нашем договоре. Вот только потянуть из неё пусть даже сотню дрейхов мне не позволяет совесть. Я ведь так и не довела до конца проект Сольт-Хорос, не организовала свадьбу года. Но продолжать работать на мужчину, от одной мысли о котором у меня внутри всё переворачивается и ум заходит за разум, я просто больше не в состоянии.
Думала, справлюсь, ведь я вроде как профессионалка. Но, видимо, не такая уж и профессионалка, либо чувства к Гаранору Хоросу оказались сильнее чувства долга.
Странно только, что в первые дни после того кошмара со мной так никто и не связался. Я всё ждала, что мне позвонят из какого-нибудь свадебного агентства, которое с радостью заменит беженку-Светлую, но звонить мне никто не спешил. Не выдержав, скинула все материалы и контакты Камиле, получив в ответ лаконичное: «Благодарю, сонорина Лэй. Я обязательно передам боссу».
И всё.
С Ксанором тоже, кажется, было… всё. На следующее после драки утро мы с ним поговорили, и я призналась, что это из-за меня у него случился провал в памяти и именно из-за меня ближайшие пару дней его будет мучить дикая мигрень. Собиралась также признаться и во всём остальном, несмело, осторожно, уповая на лучшее, но Тёмный очень сильно на меня разозлился из-за того, что посмела на него воздействовать, и не стал дальше слушать. Ушёл, прежде заявив, что вряд ли захочет ещё когда-нибудь меня видеть.
С тех пор, вот уже полмесяца, я его и не видела.
Фелисия со мной тоже не связывалась, а мне хватило смелости лишь отправить ей одно-единственное сообщение с извинениями, что не смогу продолжать вести её свадьбу.
Но сонорина Сольт никак на него не отреагировала.
Шантажист, к счастью, тоже больше не давал о себе знать. Может, потому что Хорос успел с ним (или скорее с ней) разобраться, или он попросту затаился и выжидал. Чего — непонятно. Оставалось надеяться на первое, что Гаранор решил эту проблему, а также на то, что это видео нигде никогда не всплывёт.
Особенно сейчас, в преддверии выборов. Это будет подобно атомному взрыву.
Лита уснула в такси, а я, думая о событиях недавнего прошлого, не заметила, как пролетело время. Выходя из машины, пытаюсь настроиться на грядущее собеседование и очень надеюсь, что оно окажется успешным. Для всей Грассоры я по-прежнему невеста Ксанора Хороса. Возможно, мой статус добавит мне баллов в глазах хозяина свадебного агентства «Любовь до гроба». Согласна, не самое удачное название, но агентство достаточно известное, пользуется популярностью, и я бы с радостью в нём поработала. По крайней мере, в ближайшее время. Ещё бы как-то избежать расспросов о свадьбе Хороса, осторожно признаться, что больше не веду её и…