Требуется невеста, или О на С 2 (СИ)

— И этого я тоже не знаю.
— Лен… — Няня хмурится.
Мне хорошо знаком этот её взгляд, поэтому я решаю сбежать до того, как Дина выпустит в меня новую обойму вопросов.
— Не спускай с неё глаз, — прошу, стараясь, чтобы в голосе проскальзывали и строгие нотки.
Прежде чем Дина успевает мне что-либо ответить, я сбегаю теперь уже из ванной комнаты, лихорадочно размышляя, куда бы податься. По-хорошему, надо вернуться к гостям, но ноги не несут. С трудом добираюсь до холла и останавливаюсь возле лестницы, не решаясь войти в зал.
А ведь это только начало вечера. Боги, дайте мне силы пережить его продолжение! И ночь… тоже пережить. Довести до конца то, что всё-таки решила довести.
— Сонорина Лэй, вам просили передать. — Ко мне подходит официант и протягивает небольшую коробку в светло-голубой обёртке.
— Положите к остальным подаркам, — говорю я, вспоминая о горке коробок и коробочек, возвышающейся в зале для приёмов.
— Просили передать лично вам в руки.
— Кто просил?
— Одна из гостий. — С этими словами официант вручает мне подарок и уходит разносить напитки, а я, вместо того чтобы вернуться в зал, сворачиваю в коридор и толкаю первую попавшуюся дверь. В комнате, в которой оказываюсь, сумрачно, тусклый свет бра растекается по стенам, но почти не освещает это небольшое помещение.
Подталкиваемая нехорошим предчувствием, срываю обёрточную бумагу и удивлённо хмыкаю. Кто-то решил подарить мне сейт? Далеко не самый щедрый подарок, если учесть, что модель устройства, мягко говоря, не новая. Раскрыв лаконичную упаковку, достаю сейт, касаюсь прозрачного экрана, и перед моими глазами тут же рассыпается искрами голограмма.
Знакомая обстановка… моя гостиная… и я в объятиях… жадно целующего меня мужчины. Не Ксанора. Сердце пропускает удар, а потом заходится в бешеном ритме. Нас видели вместе!
За мной следили!
Увидеть со стороны себя и его… вот такими… Если до сих пор я подозревала себя в безумии, то сейчас окончательно в этом убедилась. Я безумная или, скорее, безумно влюблённая. Не знаю, где нашла только силы оттолкнуть тогда Гаранора. В девушке на видео нет ни капли протеста. Одно лишь желание быть с ним.
Принадлежать этому мужчине.
Меня прошибает холодный пот.
Дрожащими пальцами вытряхиваю всё оставшееся содержимое из коробки и подбираю с пола пластиковую карточку, на которой отпечатано тёмной вязью:
Ты знаешь, от чего должна отказаться, чтобы это видео не предали огласке. Что для тебя важнее, Эления, его или твоя карьера?
Несколько секунд я стою неподвижно, глядя на въевшиеся в пластик буквы. Те с трудом складываются в слова, а слова, в свою очередь, ни в какую не желают становиться понятными фразами. Никак не получается вникнуть в смысл написанного, перед глазами по-прежнему стоит йоргово видео, и я уже готова обвинить во всём Гаранора, списав всё это на очередной его фокус.
На что только не пойдёт этот Тёмный, чтобы разлучить меня с Ксанором.
Наконец, с большим опозданием, до меня доходит, что говорится в записке не о Ксаноре, а о моей работе. А кто у нас против того, чтобы я занималась свадьбой Хороса? Стерва Акилла, кто ж ещё. Хайме ведь говорил, что она так и не успокоилась.
Чтоб её йорги сожрали и потом долго переваривали…
В изнеможении опускаюсь на край дивана. Как можно быть такой злопамятной? Или она ещё на что-то надеется? Думает, я сбегу, поджав хвост, и она тут же предложит Фелисии свои услуги? Вот идиотка!
Утрамбовав клятое устройство в сумочку, я глубоко вдыхаю, затем выдыхаю, надеясь, что дыхательные упражнения помогут успокоиться. Как бы не так! Меня всю колотит, мебель перед глазами прыгает, совершает какие-то невообразимые кульбиты.
Если бы Кришон сейчас была здесь, честное слово, убила бы! А так… пусть её убийством займётся высший. И сам решает, как выйти из этого щекотливого положения с наименьшими потерями.
Для меня, для него… Мне уже всё равно!
Оказавшись в зале, полном гостей, я ищу глазами Гаранора, но, как назло, натыкаюсь на Сивиллу. Сонорина Сольт приветствует меня своей неизменной ядовитой улыбкой, салютует бокалом и зачем-то ко мне приближается, как обычно, старательно виляя задом.
 
— Сегодня планируется ещё что-нибудь интересное? Мне очень понравилось начало вечера.
— Не сейчас, Сивилла, — цежу я, надеясь избавиться от общества этой трии, и продолжаю искать взглядом высшего.
— Что такое? — хмыкает она. — Ещё что-нибудь случилось? Ксана высматриваешь? Так вот же он, окучивает какую-то блондинку.
Проследив за тем, куда смотрит Сивилла, обнаруживаю младшего Хороса в компании смазливой светловолосой девицы. Судя по тому, как та вдохновенно забрасывает его вопросами, — репортёрши. Ксанор охотно поддерживает разговор, улыбается, но мне хорошо знакома эта улыбка, дежурная, ничего не значащая. Просто маска.
Мне он совсем по-другому улыбается, поэтому я тут же теряю интерес к своему жениху и продолжаю искать взглядом чужого жениха.
— Нет, похоже, не Ксана, — язвительно продолжает эта всё подмечающая гадина. — Ты бы всё-таки определилась, Ленни, которого из Хоросов предпочитаешь. Бери пример со своего приплода. Хоть одна из вас не страдает проблемой выбора.
Боги, ну почему именно сейчас? Когда я и так с трудом сдерживаюсь и уже готова едва ли не рычать! А может, и кое-кого покусать. Интересно, как высшее общество Грассоры отреагирует на кусающуюся фею? Журналисты точно сойдут с ума от счастья — столько сенсаций за один короткий вечер.
На миг прикрываю глаза, вспоминая о своей нереализованной мечте придушить Сивиллу, а потом, не сдержавшись, хватаю её за запястье (пусть скажет спасибо, что не за горло), и с силой, на какую только способна, яростно его сжимаю.
— Ты делаешь мне больно, — багровеет трия.
— Ещё даже не начинала. Но обязательно сделаю, если ты ещё хоть слово скажешь о моём ребёнке.
Сольт кривится:
— Пустые угрозы!
— Но останутся ли они таковыми, когда я стану женой Хороса? Продолжай в том же духе, Сивилла, и обязательно это выяснишь. — Пересилив себя, отпускаю её и добавляю: — В какой-то мере мне жаль тебя. Непросто ровняться на таких сестёр, как Оли и Фелисия. Ты из кожи вон лезешь, пытаясь выделиться, но всё равно остаёшься в их тени. Наверное, поэтому в тебе столько желчи.
— Да ты у нас психолог, Эления, — фыркает богатая наследница. — Ты бы сначала в себе разобралась, прежде чем в чужих жизнях начинать копаться.
— Держись от меня подальше. От меня и от моей дочери.
Мысленно послав Сольт к йоргам, отхожу, гадая, как бы незаметно подступиться к Гаранору, но меня перехватывает младший Хорос, и дальше уже мы вдвоём отвечаем на вопросы журналистки. К счастью, девушка не пытается копать глубоко, интересуется лишь нашими отношениями и дальнейшими планами. Отвечает в основном Ксанор, а я так, невпопад поддакиваю и продолжаю украдкой поглядывать на его брата, надеясь улучить момент и отдать ему сейт.
К сожалению, до конца вечера возле меня постоянно кто-нибудь вертится. Как и возле высшего. Фелисия ни на шаг от него не отходит, а попросить при ней уделить мне немного времени… Я хоть и сумасшедшая, но не настолько.
Приходится держать всё в себе, улыбаться и делать вид, что я безумно счастлива и всё в моей жизни замечательно. К счастью, немного отвлекает присутствие Литы, но лишь до тех пор, пока няня не забирает её наверх, чтобы уложить спать. А с уходом моей малышки меня снова начинают грызть мысли о йорговом устройстве у меня в клатче, который словно обжигает мне пальцы.
 
— Жду не дождусь, когда все уберутся, и мы наконец останемся вдвоём, малыш, — шепчет, обнимая меня, Ксанор. — Ты и я… Моя уже почти сбывшаяся голубая мечта.
— Читаешь мои мысли, — отвечаю я совершенно искренне, потому что больше всего на свете мечтаю о том, чтобы этот дом наконец опустел.
Гости начинают разлетаться где-то около полуночи. Улетают и сёстры Сольт, и я боюсь, что вместе с ними, с Фелисией, улетит и Гаранор. И придётся тогда ждать до завтра, держать это в себе всю ночь. Ночь, которую я проведу с Ксанором. Как и обещала.