Не та... (СИ)

Я тоже спокойна, только тишина давит. Подъехав к посту, Влад потихоньку тормозит, когда полицейский показывает жезлом знак «остановится». Я натягиваю горло свитера повыше, шапку поглубже на глаза, и выхожу из машины. Пять человек, два в машине, три на улице. Не густо.
Начинаю считать считалочку про себя:
В снег упал Сережа,
А за ним Алешка,
А за ним Иринка,
А за ней Маринка.
А потом упал Игнат.
Сколько на снегу ребят.
Надо же, так долго не стреляла, а руки помнят. Трое стоявших на улице даже не поняли, что произошло, упали прям как в считалочке. Два других рванули из машины, «не успею» пронеслось в голове, как услышала сбоку выстрел, соответственно отвлеклась, какого хрена? Одного убрал Влад, а вот другого я не успела, пропустив отдачу, и стрелявший рванул в лес, я за ним, вот дурак, не успеет, за что и получил пулю. Прощай Игнат.
Иду к машине, а интуитивно понимаю, что Влада ранили, распахиваю дверцу, правда. Сердце замерло на мгновение, но мозг уже работал в другом направление, черт возьми я долбаный прагматик.
— Какого черта ты полез!!!?
— Ты бы не успела, — говорит, прижимая руку к боку.
— Бляяя, дай посмотрю.
Вот прямо в бок, так тонко, не люблю такие ранения, не знаешь задеты органы или нет. Ты не сдохнешь Князев! Я не для этого поставила на кон все, чтобы ты так глупо оказался у Аида.
— Где твой телефон? Нужно избавится, — протягивает и я оставляю два наших гаджета на дороге, предварительно выстрелив в них.
Сажусь за руль и мчусь в пункт который выдал мозг. Благо по картографии у меня была пятёрочка. Сразу вспомнила поселение когда изучала карту в телефоне, там можно подлечить Влада. Смотрю на него, а он белый как мел.
— Сможешь глубоко вздохнуть и немного повернуть корпусом? — спрашиваю. Он слушается и его глаза щурятся от боли.
— Острая? Возможно терпеть?
— Не острая, возможно, — хрипло выдаёт он.
— Значит органы не задеты… просто не отрубайся пока не доедем, — прошу его, слегка улыбаясь, на что он безразлично отводит взгляд. А, что хотела то? Чтоб он тут растёкся от твоей просьбы?
Гнала как сумасшедшая, конечно по проселочной не удалось полихачить, но неслась максимально быстро. Подъехали к покосившемуся дому, стоявшему на отшибе, как бы поодаль от поселения, постучалась, никого. Зашибись блин, придётся взламывать, но дверь была открыта, помогла Владу выбраться из машины, довела его до кровати стоявшей в маленькой комнатке, помогая лечь.
— Так ты полежи, я сейчас, — скомандовала ему, видя как он потихоньку отключается.
Начала рыться в ящиках, чтоб найти спирт или водку, в итоге нашла самогон, сойдёт. Притащила аптечку с машины, кстати машина — нужно избавится, осторожно подтянула джемпер и ливанула на рану самогона, он тут же очнулся и зашипел от боли.
— Давай дружок, сейчас будет операция, будем из тебя металл доставать, пей, — протянула ему бутыль, он глотнул даже не поморщившись, забрала бутылку и вылила самогона на руки. Страшно всегда, но надо и залезла пальцами в рану, Влад замычал, потерпи мой хороший, не больнее же чем правду узнать? Наверное.
Пулю достала она была не глубоко, мазнула как говорится, тут же зашила, и вколола антибиотик. Хорошая аптечка, на все случаи жизни прям. Влад отрубился, как только начала шить его. Посидела возле него прислушиваясь к дыханию, так пора от машины избавится. В километрах пяти было озеро, доехав до него, затопила «крошку», благо спуск крутой был. А ещё пошёл снег, прям хлопьями, чему я очень обрадовалась, так как все следы заметёт, если не растает.
Когда вернулась в дом, Влада колбасило, поднялась температура, найдя какие-то допотопные одеяла, накинула на него, дом топить не стала, дабы не привлекать внимания. Ночь не спала смотрела периметр, ходя от окна к окну. Дом вроде был жилой, а где хозяин тогда? Как будто услышав мои мысли к утру появился сам — дед, поджарый такой с пакетами провизии.
— Здравствуйте, — поздоровалась я когда он зашёл в кухню.
Он даже не удивился, поставил пакеты, как ни в чем не бывало и сел на стул.
 
— Ну, здравствуй, коль не шутишь, — ответил он басом.
— У Вас дверь открыта была.
— А я не закрываю, у меня брать нечего, чего пожаловала?
Я махнула головой в сторону комнаты и он проследил за моим взглядом. Помолчал, затем сказал:
— Я думал девяностые прошли, а нет еще отстреливают бедолаг. Часто раньше залетные были, только успевал на ноги поднимать.
Я достала пачку денег из сумки, положила на стол перед ним.
— Помогите, мне уехать надо, а ему отваляться неделю.
Дед смотрел на пачку и у меня сомнений не было, что он не согласится. Махнул головой и взял деньги.
— Через неделю его заберет брат, они похожи, зовут Илья. Если кто придет раньше, говорите, что были, но ушли. И не вздумайте сдать, месть мое второе имя. Как очнется, вы ему скажите, что я Илье сообщу где он, но через неделю, не раньше, пусть ждет. Спрятать есть его куда?
Дед вновь серьезно махнул головой.
Влад спал, бледный, губы белые, я присела рядом, долго смотрела, стараясь запомнить каждую черточку, очертила своё любимое созвездие у него на щеке, поцеловала в плечо и произнесла тихо, боясь разбудить:
— Ты был по настоящему, прости…
  
Глава 23
 
Влад
Пять лет прошло с того момента когда я последний раз видел Агату. Все пять я искал ее, возможно, ее не было в живых, но я все равно искал, вспоминал места, о которых она говорила, где бы хотела побывать. В Париже было наблюдение за Софи, но там она не появлялась. Она вообще пропала, Агаты не было во всем мире и меня вместе с ней. Естественно жизнь продолжилась, я решал вопросы-проблемы, которые образовались после покушения, зарабатывал, путешествовал, встречался с женщинами, в общем жил, но всегда с чувством занозы, которую не мог вытащить, занозы по имени Агата. Я вспоминал наш последний день, прокручивая каждую деталь в голове, она стала абсолютно другим человеком за миг. Вместо трогательной, маленькой Агаты, появилась расчётливая машина. Как она убивала. Как она вытаскивала пулю. Движения отточены, сконцентрированы, а выражение глаз без эмоциональное — как будто она хлеб режет, безразличное — как будто в ней нет души. Нет, я не удивился когда она выложила все карты на стол, я черт возьми жил с этой мыслью. Я знал, что она подставная, чувствовал своей чуйкой, хотя не нашёл на неё ничего, но блять я видел по ее взгляду, что она не та, за которую себя выдает, сколько в этих глазах было огня, пока она изображала покорность, как будто гасила свою ярость, сущность, которая в ней жила. Она влетела в мою жизнь, как долбаный ураган, но я не мог ничего поделать, потому что это не поддавалось контролю, как стихия. Просто ты понимаешь, что это твой человек, который возможно встречается, раз в жизни и как бы ты себя не держал, тебя рвет к ней всем своим нутром. Как дурак помчался к ней в Париж, когда она исчезла после моего дня рождения, не наказать, просто сама мысль была невыносима, что Агата мой прекрасный Алмазик, возможно, кому-то приглянется и будет дарить жаркие ночи не мне. Сорвался, бросил все, Илья ржал надо мной, но у меня зубы скрипели до оскомины, когда представлял себе картинки одну краше другой, сам себя накручивал, но ничего поделать не мог. Господи, какая она была. Я видел сотни женщин, я видел красавиц, умных, экзотичных, умопомрачительных и ни одна не сравнится с ней. Как будто она только пришла в этот мир, как будто только начинает жить, эти распахнутые глаза полные восторга, удивления на все, чтобы я не сказал и чувственность, какая-то на уровне инстинктов, я мог повести головой, и она понимала, что я хочу. Смеялся над ней, когда пыталась вывести меня на эмоции, и держался из последних сил, когда ей это удавалось, потому что моей девочке не стоило видеть меня с другой стороны, хотя если быть честным мы оба были лицемерны, не показывая настоящих себя. Она часто снилась мне, ее глаза меняющие цвет в зависимости от времени суток, когда в первый раз заметил, был поражен, ее слова которые шептали мне, когда я был в отключке «ты был по настоящему, прости…» то ли придумал, то ли действительно она мне их говорила.