В снежном плену (СИ)
Тут же босс выполнил и свое обещание — «повесить за яйца» одного пойманного насильника. Сказано было баб только по согласию трогать? Ну вот и нефиг приказ шефа нарушать! Впрочем, переспать с кем-то за кастрюлю картошки или банку муки — это было в порядке вещей! По добровольному согласию же? Никто не принуждал? Позднее босс избавился и от еще нескольких неугодных — в основном, конечно, тех еще дегенератов, но главное было не в этом, а что те могут попытаться претендовать на его место.
А вот в своих вылазках Василий столько всякого повидал… И следы боев между местными и пришлыми, и свидетельства зверских расправ, и… Всякое, в общем! Натыкались и на всяких уродов — вроде выродков из «Церкви Апокалипсиса», убивающими и жгущими на кострах всех, кто не является приверженцами их религии или уже успевших появиться банд людоедов. Когда отряд Василия впервые разгромил стойбище последних — от увиденного блевали буквально все! Но больше всего впечатлил его вид девушки лет двадцати, которую ублюдки держали в качестве «живых консервов» в каком-то сарае… Вроде как она была последней, кто еще выжил там. Запомнилось, как она смотрела на них. Грязная, из одежды только какое-то тряпье, а в глазах так и застыл ужас от всего пережитого… Они пытались что-то спрашивать, но там лишь молчала в ответ.
— Пристрели ее чтоб не мучалась, — брезгливо сплюнув на землю, дал «добрый совет» все тот же Каширин.
— Зачем? — откровенно ошарашило Василия такое предложение.
— А хули толку с нее? Бесполезна ж! Только обуза… А шеф жратву всем подряд не раздает. Разве что из своей доли добычи что дашь…
— Не буду я никого убивать, — желая пристрелить как раз самого Каширина, отрезал тогда Василий.
Как ни странно, но против этой девчонки босс ничего против не сказал… Что одновременно обрадовало и немало удивило Василия. Впрочем, ответ на вопрос был как раз простой. Аркадий Тимофеевич Пальцев, бывший босс русской мафии одного из крупных городов восточного побережья США, всегда хотел быть чем-то большим, чем бандитом — пусть даже богатым и авторитетным. Нет, ему хотелось стать Личностью! Именно так, с большой буквы! Чтобы имя его вошло в историю — и, желательно, не только в виде записей из криминальных хроник. Мания величия — дело такое… Вот и представилась ему именно такая возможность! И во многом как раз благодаря идее Василия… Захватив город Аркадий Тимофеевич объявил здесь себя мэром, ввел новые законы и даже объявил своих подручных госслужащими — чиновниками, военными и полицейскими. И велел отныне называть себя только мэром и ни как иначе — кое-кого, за «неуважение к власти», уже даже публично выпороли — после чего все остальные, во всяком случае на людях, стали называть его не иначе как «господин мэр». Ну кроме самих «мафиози». И вот теперь ему очень хотелось понять, что же за человек такой Василий… Нужно ли его убирать или лучше, наоборот, приблизить? Ну а с девчонкой — оно ведь не шибко-то и многого стоило… Кстати, когда ее отмыли и приодели, она оказалась даже вполне себе внешностью. Симпатичная даже, потому-то ее и не съели сразу, а оставили «напоследок».
Вообще подобный случай, когда они громили стойбища людоедов или сектантов и освобождали их пленников, был первым лишь для Василия, хотя и не последним. А вот другие отряды и до того с ними уже сталкивались… Обычно освобожденных людей отпускали по домам — но не просто так, а с поручением передать главам их общин предложение о встрече. За счет этого даже смогли установить кое-какие торговые и союзнические отношения с соседями. Но куда эту девчонку отправишь в таком-то состоянии? Не дойдет же никуда! Она и ест-то вон лишь когда поставишь перед ней тарелку и дашь в руки ложку…
И все же основные мысли его были о том, что же сейчас происходит в СССР… Справляются ли они с последствиями вулканической зимы? Выживет ли страна? Увы, но имеющихся у них приемников не хватало для того, чтобы поймать передачи с другой стороны Земли, а действовавшая на Кубе советская радиостанция прекратила вещание еще в середине лета. Отныне он отрезан от новостей с той стороны Земли! Напоследок сообщив о том, что кубинцы покидают родной остров — но придет время, и они еще вернутся.
— Ну что там? — когда в их лагерь вернулись разведчики, спросил Василий, отвлекшись от воспоминаний.
— Готовят костер, ублюдки! — выругался один из разведчиков, совсем недавно ставший частью «мафии». — Опять кого-то собрались жечь! Хотя пока тихо там… Дрыхнут, уроды!
— Часовых обнаружили?
— Да, — подтвердил разведчик. — Там и искать-то нечего было… Хозяевами чувствуют себя, даже и не прячутся!
— Сможешь нарисовать, кто где там?
— Да без проблем…
Через несколько минут Василий и еще пара человек сидели и разглядывали карту, тщательно планируя предстоящий налет. Под ехидно-пренебрежительные взгляды большинства «мафиози». Планы ими какие-то, понимаешь! Да ворваться туда и покрошить всех! Делов-то! «Томсонов» у них мало что ли? И все же спорить с бригадиром никто не желал — знали, что он на хорошем счету у шефа, а с тем шутки плохи!
Так что налет начался лишь спустя пару часов, на закате… И, как вскоре понял Василий, не зря планировали! Оружия-то у сектантов хватало, ломанись они наобум — тут бы половина и легла! А то и все они. Бандитов подвело лишь то, что они-то готовились именно к отражению стихийного налета, а не против тщательно спланированной, пусть и далеко не идеально исполненной, военной операции.
Пленных было два… Молодая семья из какого-то поселка неподалеку, кто в недобрый час отправились по торговым делам куда-то в соседний городок, да так и попали в лапы сектантов. Само собой, те отобрали всю приготовленную на продажу продукцию, та их самих собирались казнить как «еретиков». Однако повезло… Именно в этот день на общину сектантов наткнулись «мафиози».
— Что с этими тварями, — подразумевая фанатиков «Церкви Апокалипсиса», спросил Колян.
— На кол их! — неожиданно для самого себя бросил Василий первое, что пришло в голову.
— Что? — чуть ли не полезли глаза на лоб у Носова.
— Повесить то есть, на ближайших фонарях! — «внес коррективу» Василий.
Поняв, чего их ждет, полтора десятков захваченных в плен сектантов задергалась и даже попыталась бежать, но кто же им это позволит? Накинув на шеи веревки, их быстренько вздернули. Пусть их братья по вере увидят, что бывает с такими ублюдками!
— А с нами что будет? — поинтересовался освобожденный из плена мужик.
— Иди домой, — махнул рукой Василий. — И передай главе своей общины предложение о встрече…
Что ж… Католическое рождество уже прошло, а вот на новый год Василий таки сможет преподнести небольшой подарок своим. Пусть даже большую часть заберет себе шеф, но… В поселке сектантов они обнаружили полно самых разных ценностей! Не иначе как из награбленного у других людей. Так что тут и на долю Василия немало выпадет. А еще… Елку что ли поставить? Хоть так малость скрасить одиночество и серую повседневную жизнь?
Глава 9
— Так, что у нас там? — вслух произнес лейтенант МГБ Рыжов, открывая папку с отчетами по объекту «Умник».
Откровенно говоря, он не очень понимал, чем же обычный студент сумел обратить на себя внимание самого министра госбезопасности, что его записали в интересные для советского правительства кадры. Но раз уж пришел приказ «присмотреть» за ним — значит, надо выполнять! И последнее время это стало чуть ли не главной работой товарища Рыжова. Впрочем, это было не сложно — объект ни от кого не скрывался, никакой подозрительной деятельности замечено не было… Можно сказать, обычный студент.
Итак, что у него есть по «Умнику»? Родился в 1949 году, закончил городскую школу № 34. В кружках или каких-нибудь клубах, вроде мотоклуба имени Дара и Ельянова, не состоял, особой активности не проявлял. По сути, обычный пацан, каких в Союзе полно. Предположительно — занимался самообразованием, в старших классах изучая университетский курс физики и математики, на что при разговоре указала его школьная учительница по физике Симонова Наталья Николаевна. С ее слов, демонстрировал хорошее знание предмета на гораздо более высоком, чем изучается в школе, уровне.