Пустынный океан (СИ)

На этих словах на девушку посмотрели уже и её спутники. Беспомощность Фархана давила на него, вызывая гнев. Она проверяет его? Хочет, чтобы он преклонился перед ней?
— Не нужно передо мной преклоняться, — граф замер, — скажите мне, почему вы так хотите помочь этому народу?
— Это мой долг.
— Неверный ответ. Вам еще одна попытка на то, чтобы быть честным.
Граф опустил взгляд, сжав кулаки. На вид хрупкая оболочка, а внутри черти пляшут. Что ей нужно от него? Так трудно поставлять рыбу, если её в избытке? Конечно, когда человек чувствует власть, он начинает зазнаваться. Относится ли она к этим людям? Одно теперь граф знал точно: эта якобы Богиня точно читает мысли. А это совсем не на руку Совету, где лжет или умалчивает каждый второй. Тяжело выдохнув, Фархан отцепил застежку плаща — разговор явно будет долгим.
— Потому что я обещал. Таким образом я искуплю свои грехи.
Девушка улыбнулась и кивнула. Видимо, о самих грехах говорить не придется. Отчего-то она кинула веселый взгляд на огромного маара, что тут же нервно прокашлялся.
— Вы ведь любите свой народ…
— Это уже не так важно.
— В любом случае, теперь и вам есть, что нам предложить! — граф настороженно посмотрел на довольное лицо девушки. — Прошу вас, расслабьтесь. Нам с вами теперь очень долго сотрудничать.
  
Глава 31
 
— Граф Элмонд, я правильно понял ваши слова? — возглавляющий Совет старец, которого, по мнению Фархана, уже давно было пора снять с должности, презрительно сощурил глаза, превратив их в одну узкую полоску. Никто и не обещал, что осуществить идею будет так легко. — Вы хотите доверить жизни нашей Империи какой-то мнимой Богине?
— Уверяю вас, даже если она не Богиня, то как минимум маг невероятной силы. Если представим её людям, как Богиню, это может сплотить народы, которые последуют за защитой, — Фархан старался говорить как всегда жестко и уверенно. Сегодня это было особенно трудно, учитывая недовольство половины Совета.
— Не слишком ли много чести мы окажем какой-то девушке, назвав её Богиней? — граф Вилморт язвительно усмехнулся. Еще бы. Его кровное родство с умершим герцогом делало из него первого на очередь к замку и трону, уж ему конкуренты не к чему. Любое посягательство на его права он прекращал довольно кровавым путем, однако, на гордости глупцов легко сыграть.
— Религия во все времена объединяла народы. А если вы, граф Вилморт, покажете народу сошедшую Богиню, ваше влияние в массах лишь увеличится.
В зале Совета воцарилась тишина. Эти люди и понятия не имеют, с кем связываются. Фархан вонзил в палец острый ноготь, чтобы хоть как-то сохранить свою невозмутимость и долю злобы. Теперь он очередная пешка этой Богини, несмотря на то, что девушка отнеслась к мужчине радушно. Она улыбалась, но в её глазах не было ничего. Блеклая пустота. И несмотря на то, что роль пешки Фархана злила и раздражала, в награду за службу ему была обещала слишком ценная награда, которую он в тайне желал все это время. Богиня обещала подарить ему женщину, что будет способна выносить его наследника. Откуда ей было знать о том, что граф уже потерял надежду продолжить свой род? Одним Небесам. От этого Фархан начинал бояться Богиню с каждым днем лишь больше. Она видела все: что было и что будет. Своими силами она могла повлиять на судьбу, и это было страшнее смерти.
— Хорошие слова, граф Элмонд. Вы, полагаю, встали на сторону Богини? — граф Вилморт встал со стула, привлекая к себе внимание всех собравшихся.
— Да, я видел, на что она способна. Могу с уверенностью заявить о том, что люди увидят в ней Святую.
— Уважаемый Совет! — Вилморт самодовольно провел рукой по усам. Этот его жест злил Фархана особенно сильно. — Думаю, нам стоит прислушаться к нашему другу. Харран довольно точно изъявили свои намерения касательно нас, и еще один враг нам ни к чему. Если мы можем заручиться поддержкой сильного союзника, то будет глупо с нашей стороны упустить данную возможность, — мужчина еще раз посмотрел в сторону Фархана, — Граф Элмонд и будет ответственным за это. Я не хочу рисковать своим положением, представляя народу мнимую Богиню. Прошу понять.
 
Все согласно кивнули, и на этом собрание было закончено. Взяв со стола свиток, Фархан быстрым шагом направился прочь из комнаты. По его виску, несмотря на прохладу, стекала капля пота. Все прошло именно так, как Богиня и сказала…
Еще раз поцеловав Эофию и проверив, достаточно ли ей тепло, я наложила на кроху очередной ряд защитных чар, чтобы она всегда была в безопасности. Безусловно, я могла чувствовать её состояние даже на расстоянии в несколько тысяч километров, однако, я и подумать не могла, что разлука вызовет в моем сердце столь сильный отклик. Передав Эофию в руки её дедушки, я еще раз подоткнула её платок, из которого она то и дело высовывала ручки.
— Не волнуйся ты, рыбка, — Алайр в очередной раз за день погладил меня по голове, успокаивая не то меня саму, не то себя. — Я позабочусь о ней. Надеюсь, не разбалую, — он гулко рассмеялся, прижимая сопящую кроху к себе.
Рядом, ломая пальцы, не находил себе места Альфинур. Он то подходил к дочке, то ко мне, пока Алайр одним взглядом не усадил его на место. Ему было тяжело, и мои слова о том, что это ненадолго, на него мало действовали.
— В столице опасно, — повторила я причину столь внезапного решения, — я не могу так сильно рисковать. Пока все не уляжется, ей будет гораздо безопаснее в горах с фениксами.
— И когда же все уляжется? — Альфинур поднял свое грустное бледное лицо.
Нескоро. Я хотела сказать правду, но лишь замерла с приоткрытым ртом. Я видела, сколько выпадет на нашу участь, но объяснить не могла. Будущее не может быть известно многим. Это очередная тяжелая ноша.
Я не ответила ничего, лишь вновь поцеловала Эофию, сжимая руку Алайра. Тот улыбнулся в ответ, целуя меня в лоб.
Мы отправлялись в столицу по морю на небольшом корабле, который я создала из воды. Всего десять человек: я, мои мужья, Фирюэль с Лийамом и Геграсом и еще один помощник-тролль. В присланном письме Фархан сказал, что в народе уже объявлено о сошествии Богини, что, как и предполагалось, было воспринять скептически. Тогда он, как я и просила, огласил весть о том, что с водного корабля Святая снизойдет до земли с первыми отблесками заката. Подобные красивые сказания отчего-то всегда действовали на людей гораздо эффективнее, нежели обычные изречения. Успех, по словам Фархана, это возымело: сегодня столица наполнилась людьми, решившими посмотреть на сошествие. Совет, как и обещал, также помог в привлечении народа, устроив в городе фестиваль на оставшиеся в казне деньги. Поэтому теперь дело было за мной.
Помахав рукой фениксам, стоящим на берегу, я успокаивала бешеное сердце, смотрящее лишь на маленький сверток. Тяжело, слишком тяжело. Корабль поплыл по воде, разрезая волны и устремляясь вперед так быстро, что ни один другой корабль, построенный из древа, не смог бы сравниться с ним по скорости. Море становилось для меня не просто дарованной стихией, не просто домом, что пробуждает бурлящую кровь, оно будто было продолжением меня, неотъемлемой частью. Я не выживу без него, а оно без меня. Настолько крепкой была эта связь, не подвластная описанию.
Два дня назад я случайно порезала палец. Два дня назад я поняла, что в моем теле больше нет крови. Вместо неё текла вода. Во что я превращаюсь? Можно ли сейчас назвать меня демоном, русалкой? Мне не нужна еда, мне не нужен сон, кожа бледнеет, и кто знает, что происходит внутри моего тела, раз вместо крови обычная вода. Мои эмоции остались со мной лишь благодаря людям, что находятся вокруг и дарят свою любовь. А если бы их не было, могла бы тогда я что-нибудь чувствовать? Тот рыцарь из легенды…Которому Богиня даровала такую же силу…Он ведь остаток своей жизни провел в храме, так почему?
— Эолин, — я повернулась к Валефору, что сидел все это время рядом со мной на одной из бочек, — могу я задать тебе вопрос?