Жена. Дорого (СИ)

Это она о чем? Узнала, что у нас договорной брак? Или есть что-то еще?
Но я не успеваю уточнить, потому что дверь за спиной Кристины распахивается, толкая ее в спину, отчего она с руганью вынуждено делает несколько шагов вперед, открывая мне дорогу.
– А нечего кегли свои расставлять, – вместо извинений огрызается девица, которой не терпится попасть в заветную кабинку.
Пользуясь случаем, я проскальзываю мимо Кристины, мелочно наступая ей на ногу новенькой туфелькой. Кристина добавляется новый экземпляр в мою сегодняшнюю коллекцию перекошенных женских лиц. Не очень красиво, но мне становится немного легче.
Почему-то мне кажется, что она с проклятьями ринется за мной, но дорогу ей перекрывают следующие страждущие.
И вроде бы ничего страшного, но я возвращаюсь к Тимуру в отнюдь нерадужном настроении.
– Ты чего такая? Там бабайка дежурит? – почти угадывает Крамер.
– Тимур, ты ничего не хочешь мне рассказать? – прямо спрашиваю его. Мне не дают покоя слова Кристины.
Крамер качает головой.
– Знаю ли я все, что следует, о нашей помолвке? Или есть какие-то недоговоренности?
– Ничего такого не припоминаю, – снова отрицает он, и я успокаиваюсь. Тимур все же представляется мне человеком, который не будет держать камень за пазухой. Скорее, он сразу огреет дубиной. – А в чем дело?
– Да так. Встретила одну неприятную личность, – я не стану заводить разговор о Кристине, потому что сама поставила условие не упоминать ее. Хотя мне все равно очень хочется узнать обстоятельства их знакомства.
Крамер сказал, что не она его девушка, вспоминаю я, и у меня портится настроение еще больше. Сейчас не она, но, возможно, была ею. А ведь есть еще и настоящая.
– Ты уже выбрала? – спрашивает Тимур, глядя на то, как я бессмысленно листаю меню.
Я понимаю, что у меня сейчас любое блюдо встанет поперек горла.
– Прости, но у меня пропал аппетит. Ты заказывай, я кофе попью.
– Как ты себе это представляешь? – фыркает Крамер. – Ладно, поступим по-другому. Подожди меня.
Он ненадолго скрывается в самой таверне и возвращается в сопровождении официанта, несущего красивую плетеную корзину, накрытую веселой клетчатой салфеткой, из-под которой торчит горлышко бутылки.
– Как насчет прогулки? Глядишь, и аппетит нагуляется.
С ума сойти! Не знала, что в этом месте такой сервис. Или это только для таких как Крамер? Впрочем, я слабо себе представляю, как мотаться по городу с такой корзиной в руках.
– Это очень мило, но ты за рулем, а все-таки в новых туфлях. Да и корзина выглядит тяжелой…
В подтверждении моих слов по виску официанта, который держит ее на весу, скатывается крупная капля пота.
– В общем, я не думаю, что бродить сегодня вместе с ней – удачная идея, – озвучиваю я свои сомнения, хотя корзина и впрямь выглядит нарядно, как на картинках в интернете о красивой жизни английских аристократов.
– Эта идея, может, и не удачная, но у меня есть получше, – улыбается Крамер так заразительно, что я непроизвольно улыбаюсь в ответ.
– Что ты задумал?
Он хулигански мне подмигивает:
– Хочу устроить тебе сюрприз.
Как любая девушка, я обожаю сюрпризы, но только когда они тщательно спланированы. С другой стороны, сегодняшний день был таков, что вряд ли может произойти что-то хуже, чем то, что уже случилось. Кажется, сегодня я собрала все неприятности.
И я поддаюсь приглашающему жесту Крамера и протягиваю ему руку. Другой рукой он без малейшего напряга перехватывает корзину и ведет меня сквозь шатающиеся кругом парочки назад к автомобилю.
Мы едем довольно долго по старой объездной дороге, которая в ранних летних сумерках выглядит как заброшенная тропа из сказки, ведущая в темный лес колдуньи.
Тимур так и не говорит, куда меня везет, но на одном из поворотов я успеваю заметить указатель на Дубовый умет.
– Ты опять везешь меня к себе? – хмурюсь я.
– Не совсем, – продолжает интриговать Крамер. – Скоро увидишь.
Надеюсь, он не планирует опять показывать мне спальни в своем доме. Это все испортит совершенно точно.
 
Но Тимур привозит меня не к дому. Повернув на один из съездов, мы немного петляем, а потом выкатываемся на берег небольшого озера, безмятежная гладь которого золотится последними лучами солнца.
Даже еще сидя в машине, я вижу мостки и пришвартованную лодку. Обычную весельную.
– Ну как тебе мой сюрприз?
– Это очень… – я не знаю, как подобрать слово, чтобы описать детский восторг, охвативший меня. – Здорово.
Но Крамеру, похоже, не нужны мои слова. У меня на лице все написано.
Он помогает мне выбраться из машины, и мои ноги утопают во влажной и густой траве. Хочется пройтись по ней босиком, но я понимаю, что это еще одна идея из разряда «так себе». Тимур забирает корзину и ведет меня на мостки.
Пару минут мы созерцаем, как солнце скрывается за деревьями, оставляя вечернюю синеву, а потом, перепрыгнув в лодку, Крамер протягивает мне руки и перетаскивает меня к себе. От воды идет прохлада, Тимур накидывает мне на плечи свой пиджак, а сам, закатав рукава, садится на весла. Под мерное кваканье лягушек и плеск воды мы выплываем на середину озера.
– Линда, – прерывает уютное молчание Тимур. – Ты спрашивала, не хочу ли тебе что-нибудь рассказать.
  
Глава 19
 
Я тут же напрягаюсь.
– У меня такое ощущение, что ты готовишься испортить чудесный момент, – я кутаюсь в пиджак Крамера, словно он – броня, которая может меня защитить от дурных новостей.
– Не совсем, – отзывается Тимур. – Я не вижу в том, что собираюсь рассказать, ничего дурного, но не знаю, как ты это воспримешь.
– А это обязательно делать сейчас? – голос мой звучит почти жалобно. Уверена, что на сегодня с меня достаточно.
– Линда, опять позиция страуса? – усмехается Крамер, но как-то непротивно. – А вдруг тебе понравится то, что я скажу?
– Ты редко меня таким балуешь, – ворчу я. – Почему ты не стал откровенничать, когда я спросила напрямую?
– Потому что здесь это можно сделать без помех: кругом вода, и ты никуда не сбежишь.
– Есть риск, что я захочу сбежать? – у меня даже мурашки по коже.
– Ты – любитель удрать, не дослушав, но напридумать себе невесть чего. Так что, да, здесь и сейчас – самое время и место.
– Ну давай, – кисло соглашаюсь я его выслушать. – Раз ты даже позаботился, чтобы отрезать мне все пути, значит, все равно расскажешь.
Крамер хмыкнув отпускает весла и подается немного вперед так, чтобы в сгущающихся сумерках ему было лучше видно мое лицо.
– Ответь мне сначала на один вопрос. Ты знала, за кого собираешься замуж?
– Конечно, – изумляюсь я. – Мне на той встречей с Сомхадзе все рассказали.
– Я не об этом. Когда мы впервые встретились, Линда?
Я таращусь на него сквозь темноту.
– Такой молодой, а памяти совсем нет. Когда ты нахамил мне в моем кабинете.
– Но ты меня узнала, обратилась по имени, – продолжает докапываться непонятно до чего Тимур.
– Ну, разумеется! Сразу после заключения сделки я погуглила! За кого ты меня принимаешь? – возмущаюсь я.
Крамер начинает хохотать, и его смех гулко разносится над водой вспугивая лягушек. Даже парочка птиц вспархивает с деревьев, заполошно хлопая крыльями.
– За кого принимаю? – Тимур с трудом унимается. – Линда, я даже не знаю, как назвать девушку, которая обязательно гуглит, как выглядит тот, за кого она согласилась выйти замуж.
– Наверно, предусмотрительная особа? – подсказываю ему я.
– Наверно, – он все еще посмеивается. – Действительно. Крайне предусмотрительная.
– Я смотрю, у тебя поднялось настроение. Мне позволено будет узнать причину?
– Да, Линда. В свете того, что ты мне рассказала, вынужден открыть тебе глаза на некие обстоятельства. В твоем кабинете мы встретись не впервые.
– Серьезно? Ты – запоминающийся парень, Тимур, хотя бы своими габаритами. Я бы тебя запомнила. У меня неплохая память на лица, – перебираю в памяти, но никого похоже на Крамера припомнить не могу. Ну не было в моем окружении парней, которых можно запросто представить играющими в рэгби.